Уважаемые читатели! Одновременно с войной на Донбассе украинские националисты продолжают тяжёлые бои с малыми и большими монументальными формами на территории всей страны. По достоверным сведениям, с начала года воины одолели около 300 памятников Ленину, но до победы ещё далеко, ведь осталось не менее 2200 скульптур, и это не считая бюстов, барельефов и горельефов с изображением Ильича. Однако вчера противостояние вышло на новый уровень — неизвестные в балаклавах героически победили памятник главному герою легендарного советского фильма «Весна на Заречной улице» Саше Савченко в самом центре Запорожья. В таком радикальном памятникофобстве мы углядели знакомые симптомы. Их и обсудим.

…Памятник герою знаменитого фильма 50-х не простоял и года, при этом он постоянно подвергался нападкам — его разукрашивали, ломали и вот вчера, наконец-то, уничтожили на глазах равнодушной милиции и не рискнувших вмешаться прохожих. Напомним, что фильм увековечен в Запорожье не просто так, а потому что он здесь и снимался, на предприятиях «Днепроспецсталь» и «Запорожсталь». Логично было бы предположить, что, развивая борьбу с клятым советским наследием, украинские националисты перенесут свой гнев и на указанные заводы, сравняв их с землёй и засеяв пепелище подсолнухом, но нет. Ахметовскую «Запорожсталь» пока пытались только отжать, да и то безуспешно.

А незадолго до этого, 7 ноября, в Запорожье же «активисты» пытались снести памятник Дзержинскому, кричали «ганьба!», водили хороводы и даже организовали сбор средств на верёвку для этих нужд, собрали 1000 гривен, но не придумали, где купить верёвку среди ночи, поэтому ретировались, обещав вернуться (гривны назад не вернули). Если думаете, что я шучу, то вот.

Днём ранее, 6 ноября, в Одессе неизвестные похитили бронзовый бюст Георгия Жукова и отпилили голову памятника Ленину. И так далее.

Карательные операции против памятников — вовсе не украинское ноу-хау. Это вообще-то фирменная черта исламского интернационала, который начал взрывать и валить памятники «ещё до того, как это стало мейнстримом». Например, исламисты в Ливии после свержения власти Каддафи подвергли тотальному геноциду не только символику прежней власти, но и шиитские святыни. Исламисты в Мали после переворота учинили холокост неугодным мечетям, медресе и мавзолеям исламских деятелей, в том числе охраняемым ЮНЕСКО. В Сирии террористы на захваченных территориях зачищают христианские святыни, храмы и святыни шиитов. Прямо сейчас боевики ИГИЛ в Ираке равняют бульдозерами с землёй шиитские храмы, исторические сооружения и 1700-летние церкви.

Я хорошо помню, что, когда ещё пылала Ливия и разгоралась Сирия, по сети циркулировали ролики с не похожими на людей исламистами, которые под истошное «Аллах акбар!» отрезали головы живым людям и расстреливали безоружных. Тогда популярны были разговоры о том, что это у них кровь такая дурная. Тогда любили порассуждать, что вся эта средневековая исламистская дикость не свойственна «белому человеку». Мол, «чурки они и есть чурки», у них это «в генах заложено», а мы не такие. Прошёл год — и я не вижу никакой принципиальной разницы между действиями отмороженных исламистов и отмороженных карателей, уничтожающих памятники, сжигающих людей заживо, сбивающих гражданские самолёты и расстреливающих детей и стариков. Ну, да, кричат при этом не хвалу Аллаху, а «Слава Украине!», так это не меняет сути.

А суть такая, что варварство не имеет национальности. А если совсем точно — то никто не застрахован от впадения в варварство на основании национальности. Какая бы ни была культурная история за плечами — человек может взять и продать её. За чувство воодушевляющего единства с телевизором, за чувство символически состоявшейся мести, просто за право не думать.

На наших глазах древняя и дорогая нам часть исторической России превращается в дикое поле. В пространство эволюции, повёрнутой в обратную сторону. Только то, что у природы занимало миллионы лет, там откатывается назад со скоростью пылающего метеорита. Это, конечно, беда.

Но, с другой стороны, у борцов с памятниками появился реальный шанс в скором времени вернуться в состояние могучих «протоукров», которые, как известно, умели управлять предметами взглядом, летать в астрал и изобретать колесо. Для этого осталась самая малость — расколотить дубинами оставшихся лениных и найти, наконец, верёвку ночью.