У проектов по доставке (и шире — продаже) российского газа в Европу, как известно, всегда было две грани — экономическая и политическая.

В свою очередь, политическая составляющая, упрощённо, состояла из двух элементов. На севере Европы — это тесное сотрудничество с Германией. На юге — с Италией и странами Балканского полуострова. Квинтэссенцией этой стратегии, собственно, и стали проекты «Северный» и «Южный поток».

По одной из версий — одним из негласных противников строительства «Южного потока» была Германия. Причин тут было несколько. Во-первых, Германия таким образом пыталась снизить российское влияние на Балканах. Во-вторых, Берлин хотел сохранить транзит через территорию Украины, на которую, как ему казалось, он имеет определённое влияние.

Третий фактор — Германия сама в максимальной степени хотела стать распределителем газа в Европе. Тем более что для усиления этой роли уже сейчас есть возможности — ведь отводы от «Северного потока» по-прежнему заполнены только наполовину.

Однако всё пошло не по плану. Во-первых, отказ от «Южного потока» был реализован через его трансформацию в «Турецкий поток», что оставляет за Россией определённые возможности для влияния на юг Европы. Во-вторых, Германия фактически потеряла контроль над Украиной и развитием ситуации. И более того, опасности превращения последней в «Дикое поле» стали общей головной болью и для Германии (как лидера ЕС), и для России.

«Турецкий поток»: вопросы остаются

Одновременно, скажем прямо, с новым «Турецким потоком» не всё гладко и понятно. И появление новой транзитной страны (Турции), договорённости с ней об условиях будущего транзита — это ещё половина проблемы. Мы обсудим этот вопрос позднее, когда появится некоторая конкретика.

Второй аспект — это доставка газа потребителям по территории юго-восточной Европы. Где нет инфраструктуры для масштабной транспортировки при подаче газа со стороны Турции. А «Газпром» уже дал понять, что строить её не собирается: мол, приходите на газовый хаб на границе Турции и Греции и берите себе необходимые объёмы. Мы не знаем, как в европейских контрактах «Газпрома» регулируются вопросы переноса точки сдачи газа. Не факт, что односторонний перенос этой точки на турецкую границу устроит европейцев и соответствует контрактам. А у «Газпрома» и после 2020 года (когда закончится транзитный контракт с Украиной) ещё лет на десять остаются обязательства на 150 млрд кубометров для европейских потребителей. Как-то их придётся выполнять.

Напомним текущие балансы. По «Северному потоку» (50% загрузки) может поставляться 27,5 млрд кубометров + 33 млрд через Белоруссию (газопровод «Ямал-Европа») + 19 млрд действующий «Голубой поток» в Турцию (после скорого расширения на 3 млрд за счёт компрессорных станций, сейчас это 16 млрд) = 79,5 млрд кубометров.

Через Украину сейчас приходится поставлять от 80 (как в прошлом году, когда экспорт составил рекордные 161,5 млрд) до 60 млрд кубометров (как в этом году, так как уже сейчас ясно, что по итогам года экспорт заметно снизится).

Т.е. как минимум 60 млрд кубометров нужно каким-то образом компенсировать. Для этих целей пока и декларируются 63 млрд кубометров мощностей «Южного потока», развернувшегося в Турцию.

Однако более реальной и интересной представляется комбинация: вместо четырёх — две нитки «Турецкого потока» (31,5 млрд кубометров) и запуск «Северного потока» на 100% (дополнительные 27,5 млрд кубометров) = 59 млрд кубометров.

Спрос на российский газ со стороны Турции — 27 млрд кубометров по итогам прошлого года, возможен и некоторый рост. После расширения «Голубого потока» по нему будет транспортироваться 19 млрд кубометров. Поэтому одна нитка «Турецкого потока» (15,75 млрд) решит и проблемы остатков украинского транзита для Турции (менее 10 млрд) и импорт российского газа со стороны Болгарии и Греции (5,5 млрд в сумме). Для этих двух граничащих с Турцией стран ЕС организовать доставку газа без строительства дополнительной инфраструктуры будет проще всего. Но и объёмы здесь невелики. А что делать с остальными странами Центральной и Южной Европы? Построят ли они себе сами нужную инфраструктуру по территории ЕС? Не факт.

Европейский «мини-транзитёр»: Чехия вместо Словакии

По некоторым данным, даже высшие должностные лица «Газпрома» узнали о решении развернуть «Южный поток» только непосредственно в Турции. Так ли это или утечки всё же были, мы едва ли узнаем.

Но в этом контексте интересно отметить, что за три дня до «судьбоносного» визита Владимира Путина в Турцию Словакия предложила очередную альтернативу «Южному потоку». Которая на фоне активно готовящейся прокладки морской части была, разумеется, встречена с усмешками. Сам маршрут действительно пока выглядит странно (в частности, планируется «заход» трубы на Украину).

Странность маршрута обусловлена тем, что Словакия пытается сохранить свою роль в газовых делах. Ведь после отмены украинского транзита и роль Словакии как транзитёра будет близка к нулю.

Но суть предложения вполне здравая — построить минимально необходимые объёмы инфраструктуры для переброски газа из северо-западной Европы.

Вот только в этом случае новым «мини-транзитёром» станет Чехия. Как видно из этой карты, в таком случае минимальные вложения в инфраструктуру (или вообще без оных) позволят перебрасывать дополнительные 27,5 млрд кубометров (с ныне простаивающих объёмов «Северного потока») в традиционный пункт сдачи-приёмки российского газа — австрийский хаб Баумгартен.

Но этих 27,5 млрд не хватит на все страны региона. Ведь одна только Италия импортировала в прошлом году 25 млрд кубометров российского газа (хотя это и оказались рекордные объёмы, годом ранее Италия купила у «Газпрома» всего 15 млрд кубометров).

Вторая нитка «Турецкого потока": нужна новая инфраструктура в ЕС

Появляется вопрос: нужно либо ограничить экспорт в Европу новыми возможностями инфраструктуры («Голубой поток», одна нитка «Турецкого потока», «Ямал-Европа», 100%-ная загрузка «Северного потока» = 123 млрд). Либо задуматься о второй нитке «Турецкого потока».

Но тут без «целевых» газопроводов по территории ЕС не обойтись. Можно направить газ, который пойдёт через Турцию, в Италию и тогда «запитать» страны Центральной Европы через дополнительный газ «Северного потока». Или же газ из «Северного потока» через Австрию пойдёт в Италию, тогда придётся думать, как транспортировать направленные через Турцию объёмы на рынки Центральной Европы. Но на текущей стадии — это ненужные детали и спекуляции.

Главное, что проблема европейской инфраструктуры, проблема, которая и мешала реализации «Южного потока», по большому счёту никуда не делась. Если же будет построена и вторая нитка «Турецкого потока», то для 15 млрд кубометров создавать инфраструктуру в ЕС придётся. Но всё-таки — для 15 млрд, а не для 45.

«Золотой ключик» к Nord Stream

Так или иначе, ключевым в приведённых выше построениях является разрешение на 100%-ную загрузку Nord Stream. Почему есть основания предполагать, что оно будет получено.

Германия, в общем-то, заинтересована в полной загрузке «Северного потока». Деньги здесь теряют (на простое сухопутных отводов) и немецкие партнёры «Газпрома». Но главное — немецкие газовые хабы конкурируют сразу с двумя хабами северо-западной Европы (Бельгия: ZEE, Нидерланды: TTF). А сейчас о намерениях создать свой хаб заявляет и Польша. При этом немецкие газовые хабы (их два, но вероятно, будет объединение) пока значительно уступают бельгийскому и голландскому по основным показателям (объёмы торгов, ликвидность и т.п.)

И в этом ключе полная загрузка «Северного потока» для Германии усилила бы её роль как газового распределителя, добавила бы новые объёмы газа на биржевой рынок. Возможно, именно такой вариант и будет реализован: разрешение на полную загрузку в обмен на обязательства «Газпрома» реализовывать часть газа через немецкие биржи.

Понятно и другое: пока «Южный поток» оставался в проекте, разрешение на 100%-ную загрузку «Северного потока» давать было нельзя. Ведь тогда создавался бы прецедент, который мог быть использован для «Южного потока». Теперь этот фактор исчезает, а Германия может серьёзно задуматься о полном открытии Nord Stream.

Если, конечно, к весне мы не увидим от Еврокомиссии особого приглашения «Газпрому» с просьбой вернуться в проект «Южный поток». Разумеется, теперь уже с условием 100%-го доступа к мощностям.

Север вместо юга

В самом широком смысле описанные коллизии означают отказ от развития на рынках Южной Европы в пользу Северо-Западной. И, напомним, помимо описанных субъективных факторов (создаваемые Еврокомиссией проблемы для «Южного потока»), к этому подталкивают и объективные обстоятельства: неизбежное и скорое падение добычи в Северном море (Великобритания, Нидерланды), а возможно, и в Норвегии. И одновременно — кое-какие дополнительные объёмы газа появляются на юге ЕС (Азербайджан к 2020 году — 10 млрд для Европы, а в дальнейшем — и запасы Средиземного моря).

При всех плюсах «трубопроводной геополитики» возводить её в абсолют тоже было бы неразумным. Тем более что «газовое» влияние на Западную Европу, быть может, было бы для нас даже более полезно, чем на Южную.