Участившиеся нарушения режима прекращения огня в Нагорном Карабахе свидетельствуют о том, что доселе замороженные конфликты вновь начинают выходить на первый план. В новом году России придётся в полную силу заниматься утихомириванием как Украины и народных республик, так и Баку с Ереваном.

Подняться на уровень выше

В каждом обострении стороны традиционно обвиняют друг друга, а потому и в этот раз их поведение было аналогичным. Полную хронологию событий можно прочесть у Айка Халатяна, однако в целом дело было так: началось всё с разведывательно-диверсионной операции азербайджанских ВС на линии соприкосновения в ночь на 3 января, по итогам которой азербайджанцев отбросили на исходные позиции, а ВС Карабаха понесли потери — двое убитых и один раненый. Следом Баку заявил об артиллерийском обстреле армянами своей территории, однако Ереван и Степанакерт данные сообщения опровергли, назвав дезинформацией, а МИД Армении обратилось к мировому сообществу с просьбой повлиять на Баку.

Кто первый начал в данном случае, как и в предыдущих обострениях, летом и осенью, — не суть важно. Сообщения официальных ведомств республик диаметрально противоположны, однако нас интересует не динамика разморозки Карабахского конфликта, а интересы сторон и цели, которые преследуют внешние участники событий.

Региональные тенденции

Во-первых, конфликт, похоже, окончательно разморожен, а стороны перешли от обстрелов друг друга из стрелкового оружия к использованию артиллерии и зенитно-ракетных комплексов. Загнать джинна войны в бутылку теперь будет куда сложнее: Баку и Ереван накачали военные мышцы, старые раны зарубцевались, воспоминания утратили яркость, а обиды лишь обострились.

Во-вторых, с каждым новым нарушением режима перемирия градус взаимной армяно-азербайджанской ненависти растёт, что вновь подталкивает стороны к росту своей активности на линии соприкосновения, попутно загоняя общества в состояние патриотической истерии. Мотивы поведения у противников разные: Армения защищает Карабах, Баку желает его вернуть/отбить и каждая из сторон пытается реализовать свои национальные интересы, которые противоречат интересам соседей по региону.

В-третьих, как отмечает журналист Надана Фридрихсон, существенно меняется политическая обстановка в Закавказье, а Москва не успевает должным образом отреагировать на подобные изменения:

«2014 год наметил определённые контуры деструктивных процессов, которые могут начать проистекать в ближайшей перспективе. В этом плане надо признать, что армяно-азербайджанский конфликт чутко реагирует на региональные изменения.

С 1 января Армения стала участником евразийского проекта, который, ввиду экономического кризиса в России, проходит серьёзный стресс-тест, что не может не сказываться на позициях армянского руководства. Параллельно мы видим усиленное давление Запада на Азербайджан, которое традиционно увязывается с темой прав человека и демократических свобод. Не стоит упускать из виду и пугающие процессы как внутри, так и вокруг Грузии.

Все эти обстоятельства позволяют говорить, что очередная эскалация конфликта маркер того, что ситуация на Южном Кавказе вот-вот может выйти из-под контроля. Из-под контроля тех стран, которые взяли на себя ответственность быть посредниками в нагорно-карабахском конфликте определяющем споре с точки зрения распределения сил в регионе. И в первую очередь это касается России.

Москва так и не научилась реагировать на серию вызовов. Внимание российской дипмашины, втянутой в украинский кризис, приковано к Киеву и сопутствующим сюжетам с ЕС и США. Проблематика же Южного Кавказа отошла на второй план. А между тем, с точки зрения многих стратегически важных для России проектов регион остаётся значимой геополитической зоной. Особенно в связи с решением Москвы заменить «Южный поток» на «турецкий маршрут».

Свято место пусто не бывает, и совершенно очевидно, что в период, когда Баку противится идее быть однозначным игроком Запада и сближает позиции с Россией, в период, когда в Армении вновь активизируются прозападные силы, в т.ч. стараниями посла Великобритании, хрупкой архитектурой карабахского мира (хотя де-факто до мира далеко, учитывая динамику нарушения режима прекращения огня) легко воспользоваться».

Кому это выгодно

Интерес Еревана в текущем конфликте — в удержании за собой Нагорного Карабаха и признании территориальных приобретений Армении внешними субъектами.

Баку всячески пытается взять эти земли под свой контроль — как заявляют власти республики, «восстановить свою территориальную целостность» — и поднять государственный престиж путём реванша. При этом элиты Азербайджана понимают, что:

  • Внимание Москвы и Запада приковано к Украине, а потому есть возможность укрепить свои позиции в конфликте, а следом поставить всех перед фактом свершившегося.
  • Начинать полномасштабную войну опасно, так как гарантий победы в ней нет, а риск уничтожения нефтедобывающей инфраструктуры и нефтепроводов чрезвычайно велик. Примечательно, что ТНК разморозка конфликта также невыгодна, так как угрожает их азербайджанским инвестициям.

Потому Баку ведёт игру на грани фола, однако полномасштабной войны не желает. Впрочем, это не означает, что его не попытаются подтолкнуть к кровопролитию.

Интерес США

Поведение посредников в деле урегулирования карабахского конфликта не учитывает интересы Вашингтона, которому выгодна его эскалация по целому ряду причин.

Война в Закавказье противоречит, с одной стороны, интересам России и ОДКБ, которые являются военно-политическими союзниками Армении и гарантами её безопасности, а с другой стороны — Турции, ставшей ближайшим союзником Азербайджана, с которым Анкара связана обязательствами совместной обороны.

На фоне потепления отношений Анкары и Москвы, наращивании кооперации в газовой сфере разжигание конфликта позволит Вашингтону:

  1. Столкнуть Россию и Турцию лбами в Карабахе, что автоматически приведёт к существенному охлаждению отношений.
  2. Принудить Москву к «выбору» между Арменией и Азербайджаном — например, оказать военную помощь Еревану, с которым Кремль связывают союзнические отношения, что автоматически приведёт к разрыву отношений с Баку.
  3. Обратить вспять весь прогресс по вопросу урегулирования каспийской проблемы и сорвать замыслы по созданию прикаспийской зоны свободной торговли.
  4. Вновь придать актуальность вопросу членства Азербайджана в НАТО (чему Баку всячески сопротивляется) или же глубже загнать Азербайджан в сколачиваемый Турцией военный союз на Закавказье с участием Азербайджана и Грузии.
  5. Дать Грузии повод для нового витка антироссийской пропаганды и обоснование для сближения с НАТО, которое получит прекрасную возможность для дальнейшего укрепления своих позиций на Кавказе.
  6. На волне конфликта провести непредсказуемые кадровые перестановки в Ереване и Баку.
  7. Приманить в регион исламистов и джихадистов с Ближнего Востока.

В итоге США и Евросоюз смогут пожать плоды разрыва России и Азербайджана и укрепить сотрудничество в газовом вопросе, а также усилить позиции Азербайджана как главного антироссийского плацдарма на Закавказье.

***

Потому первейшая задача России — недопущение эскалации конфликта и всяческое сдерживание сторон от скатывания в полноценную войну. Решить этот конфликт, как и ситуацию в Донбассе, в логике военного противостояния невозможно. Надана Фридрихсон резюмирует:

 «Так или иначе, но очередная вспышка в Карабахе — далеко не последняя и является маркером ухудшения общей ситуации на Южном Кавказе. К сожалению, в 2015 году мы станем свидетелями ещё не одного примера нарушения режима прекращения огня. Причём каждая эскалация будет носить «особенный», нетипичный ранее характер.

К сожалению, Россия пока не даёт должной оценки происходящим событиям, полагая, что до войны далеко и что существующие договорённости будут поддерживать нынешний статус-кво.

Вместе с тем новый генсек НАТО уже отмечал, что с его приходом особое внимание будет уделено Казахстану и Белоруссии, а это фактически означает, что Альянс вплотную займётся евразийским проектом.

Удивительного тут мало: перспектива сближения евразийской и европейской интеграции, о чём уже несколько раз заявил Владимир Путин, крайне претит определённым группам влияния. И вполне возможно, что одним из механизмов по разрушению интеграционного проекта может стать ситуация, при которой Москве придётся выбирать между Баку и Ереваном.

Конечно, это произойдёт не сразу. Пока стресс-тесту подвергаются Белоруссия и Казахстан. Но к 2016 году такой сценарий на Южном Кавказе вполне возможен, и он подразумевает значительные перемены в отношении статуса-кво».

Стало быть, успокаивать Азербайджан будут Турция и Россия, а Москва вдобавок возьмётся охлаждать пыл Еревана. США же, наоборот, будут всячески науськивать стороны выводить конфликт на новый уровень ожесточения.

Таким образом, в ближайшие год-два на кону будут стоять политические стратегии России и Турции на Закавказье, а изменение текущего баланса сил может привести к форменной катастрофе для всех сторон конфликта, кроме США, научившихся пожинать плоды хаоса.