И евромайдановские, и российские блоги кипят от последних новостей — начала трёхстороннего переговорного процесса и предложения Путина отменить постановление о возможном применении армии на Украине. Причём украинские блогеры уверены, что «Порошенко сливает Юго-Восток Путину», в то время как многие российские комментаторы утверждают прямо противоположное — «Путин сдаёт Новороссию». Почему перспектива мира не по душе ни тем, ни другим — стоит разобрать отдельно.

Украинские блогеры пишут так:

«Для меня 100 дней Порошенко закончились. В АП знали, что на итоговых переговорах будут Бородай, Болотов, Царёв. Но план согласовали. Сделали это, конечно, красиво — отправили Кучму, нигде не упомянув, что решились сесть за стол переговоров с террористами. Мол, Медведчук же не входит ни в какую группу. Да и Бородай с Болотовым тоже. Они просто будут заходить в кабинет. Просто будут садиться все вместе за один стол. Просто будут принимать решения. И просто будут расходиться. А в группе, конечно, только Кучма, Зурабов и Тальявини. Только они. И никаких террористов, конечно. И никаких подстилок Путина. Терпеть не могу политику. Писать о наших героях на передовой — это что-то настоящее. А смотреть, как Порошенко стесняется открыто признать переговоры с террористами — гадко. Причём я совершенно не понимаю, чья это игра — план Путина или план Порошенко. И какова итоговая цель. А понимает ли Порошенко? Миротворцы Медведчук и Царёв? Сторона переговоров — террористы ДНР и ЛНР? «Порошенко поставил ультиматум?»

Или так:

«Кучма, Шуфрич, Царьов, Медведчук, Бородай, Болотов, Губарев…Эти личности теперь решают судьбу Украины? Это и есть «рішучі кроки по втіленню мирного плану», о которых говорил Порошенко? Как это всё мерзко! За такой «мирный план» погибли свыше полутора сотен и получили ранения свыше трёх сотен наших солдат и офицеров? Мрази, разжигавшие войну, финансировавшие и вооружавшие сепаратистов, теперь нас «принуждают к диалогу»? И уродам, сбившим наш Ил над Луганском, всё сойдёт с рук? И генералам, по чьей вине это произошло, тоже? Все крысы на своих должностях, Коваль расформировывает «Айдар». Какие ещё сюрпризы приготовил для нас однотуровый президент?»

Но большинство комментариев гораздо жёстче:

«Воевать — так до победы! За что наши солдаты погибли? Только капитуляция врага! Не иначе!»

Правда, есть и пытающиеся успокоить собратьев. Доводы в основном сводятся либо к «перемирие нужно, чтобы забрать раненых», либо к «это хитрый план, сейчас террористы расслабятся, а мы по ним как вдарим!»

Любопытно, что реакция российской патриотической блогосферы практически ничем не отличается, если поменять полюса. Здесь и привычное уже:

«Вот и слил Путин Новороссию. А вы говорили «хитрый план». Все предатели в Кремле»

И зеркальное украинским воззваниям:

«Никаких переговоров с фашистами! Разве ради этого погибали люди в Одессе и Мариуполе?»

И попытки погасить страсти:

«Подождите ещё, нет повода для паники. Перестали убивать — и то хорошо. А по счетам мы потом разберёмся. Стрелкову тоже нужно время для отдыха и пополнения сил».

Но, повторюсь, обе стороны в массе восприняли новости о перемирии и переговорах негативно, едва ли не как личное предательство.

О ходе и перспективах переговоров мы поговорим отдельно, а сейчас хотелось бы понять, почему реакция сторон так схожа, несмотря на идеологическую пропасть между нами.

У меня есть версия. Нас так усиленно готовили к войне, что она стала казаться нам неизбежной. Настолько неизбежной, что идея мира или перемирия кажется абсурдной, предательской и неуместной. Некоторые так настроились на войну, что стали скучать и поглядывать на часы в её ожидании. Ну, когда там уже Путин введёт войска? Действительно, всё, что можно было проанализировать, — давно проанализировано. Враг и цели определены, а промедление подобно смерти. В обществе (и в киевско-майданном, и в нашем) скопилось такое чудовищное напряжение, что оно требует разрядки. Общество буквально настаивает на военном решении, ожидание доставляет боль. И тут вдруг какое-то перемирие, какие-то переговоры…

Нас, конечно же, настроили на войну сознательно. И с апреля поддерживали этот настрой, не давая жару спасть. Погодите ругать СМИ за несбывшиеся ожидания. У СМИ не было другого выбора, так как вероятность войны и правда была очень велика. Она могла начаться в любой день, любую ночь, любой миг. И нас к ней готовили, чтобы она не стала для нас неожиданностью. Нам заранее разъясняли, за что нам предстоит воевать, кого защищать и кого бить. Это нормально. Хуже было бы, если б не объясняли.

Но вот появился шанс обойтись без полномасштабной войны. А нас заранее не настроили на такой вариант. И многие из нас обескуражены, многим кажется, что нас предали. Это тоже нормальная реакция. Считайте, что это неизбежное побочное явление периода усиленной пропаганды. Нам придётся это пережить и перестроиться. А редакторам ведущих СМИ попотеть, чтобы погасить разожжённое в нас желание войны и мести.

Кого-то, возможно, коробит от мысли, что его «использовали». Сочувствую, но нас используют постоянно, просто в особо опасные моменты так усиленно, что мы это замечаем. А обычно мы об этом даже не задумываемся. Но любая власть пытается формировать общественные настроения для своих целей. Это тоже нормально, на то она и власть. Важно лишь то, что это за власть и что у неё за цели. И тут у нас с евромайдановской публикой есть принципиальная разница — их используют все кому ни лень и по многу раз, нас мобилизуют в исключительных случаях и во имя наших же национальных интересов, предпочитая не будоражить без крайней нужды.

Поэтому ничего удивительного в схожести реакций украинской и российской блогосфер нет. А то, что появилась призрачная надежда обойтись без масштабного кровопролития, — это и правда хорошо, в этом обе стороны правы. Но это нам ещё предстоит осознать.

P.S.

…Разумеется, «использовали» нас или нет — детские трупы и женщин с оторванными ногами в Новороссии никто не выдумал.

Прощать и забывать такое во имя каких бы то ни было национальных интересов — дело невозможное. Попытки такое простить и забыть — дискредитировали бы эти самые национальные интересы. К ним сразу возник бы вопрос, в чём они состоят-то, если не в защите женщин и детей от бомб.

Но сейчас наше государство полагает: лучший способ защитить тех, кто ещё цел и невредим — это переговоры и демонстрация всяческого миролюбия.

Право ли оно — увидим.