16 марта 2014 года в Крыму состоялся референдум о воссоединении с Россией. Через два дня Крым был включён в состав Российской Федерации.

Между политическим событием и историческим фактом очень тонкая грань. Из тысяч политических событий попадают в вечерние новости десятки, а становятся главами в учебниках истории единицы. «Крымская весна», обернувшаяся сменой юрисдикции Автономной республики Крым и города-героя Севастополя, относится ко второй категории.

Это историческое событие, поэтому рассматривать его следует со всех точек зрения, а не только с пропагандистской. «Возвращение в родную гавань» – это, безусловно, красивая метафора, но в действительности содержание намного глубже и будет иметь последствия о которых мы сегодня пока что не догадываемся (…).

Рассуждения Семёна Уралова об историческом значении
и исторических последствиях воссоединения
– на портале «История.рф»

(…) Торгово-экономическая война против России, которую мы стыдливо называем «санкциями», прямо связана с созданием Крымского федерального округа. Россия могла бы создать ещё одну непризнанную республику на базе Крыма по типу Приднестровья или Южной Осетии — на это закрыли бы глаза. Но права на прирост новыми территориями России никто не давал.

16-18 марта 2014 года России был выписан билет на мировую войну. Если до этого была уверенность что РФ сама по себе будет разлагаться и деградировать, то «крымский прецедент» показал, что Федерация может прирастать территориями. А значит способна стать империей-союзным государством. Последующие события в Донбассе и в особенности в Сирии показали, что такая заявка действительно имеет место быть.

Поэтому торгово-экономическая война против России будет продолжаться. Более того, она явно будет расширяться за счёт новых форм и участников. И рано или поздно Россия окажется окружённой обозлёнными национальными государствами, которые теряют территории во взаимных конфликтах. А все осколки национальных государств так или иначе будут ориентироваться на Россию. И не потому что так сильно любят Россию, как в Крыму, а потому что больше рассчитывать не на кого. И выбора у России на самом деле не так уж и много: там, где нет твоей военной базы, обязательно возникнет военная база глобального противника.

Поэтому «Крымский прецедент» – это намного больше, чем патриотический пафос и «возвращение в родную гавань». Это момент исторического выбора России.

История учит нас, что если ты начал двигать границы, то остановиться можно лишь только тогда, когда они обретут свои естественно-исторические и культурные очертания. Потому что империя-союзное государство – это в первую очередь доминирование культуры и универсальное право. А воздушно-космические силы, вежливые люди, средства пропаганды, 86-процентные рейтинги и результаты референдумов – всего лишь непременные сопутствующие признаки.