Ситуация на Донбассе зависла в неопределённости. С одной стороны, подписанное перемирие привело к остановке масштабных боевых действий, с другой — перестрелки не прекращаются ни на один день. Предпринимаются даже попытки проведения ограниченных операций. Так, украинское командование не оставляет надежд вызволить из окружения в районе Донецкого аэропорта блокированные там части спецназа. Однако пока что все подобные попытки были отражены. Всего, по заявлениям СНБО, в течение первых 5 дней перемирия подразделения ВСН обстреливали украинских силовиков около 130 раз. Подобные цифры приводят и в руководстве армии Новороссии.

Мир слишком «худой»

На уровне заявлений ясно, что руководства как Новороссии, так и Украины имеют прямо противоположные мнения относительного будущего Донбасса. Порошенко заявляет, что оговорённый «особый статус» для Донбасса является временным и речь не идёт даже о переходе к федеративному устройству Украины. Юрий Луценко, ставший отныне главой предвыборного блока президента, ещё более откровенен и в оскорбительной форме делится планами организации блокады региона. В свою очередь глава правительства ДНР Александр Захарченко 9 сентября заявил, что перемирие есть ни что иное, как возможность для ВСУ без крови освободить территорию ДНР и ЛНР.

Стоит также отметить, что на уровне командиров отдельных подразделений также существует открытое недовольство минскими соглашениями. В частности, командир бригады «Призрак» Мозговой заявил, что 100% личного состава ВСН не поддерживают достигнутых с Киевом договорённостей. Что касается той части украинского общества, которая всё это время поддерживала продолжение войны, то тут заметен явный спад агрессивных настроений. В конце июня, во время предыдущего перемирия, в Киеве собирались митинги с требованием продолжать войну, при этом едва не спалили здание парламента. Сегодня после ряда разгромных поражений ВСУ украинские «ястребы» стали значительно более умеренными, хотя от желания по возможности вредить Донбассу они пока не отказались. В целом стоит отметить, что обе стороны рассматривают перемирие как не более чем паузу перед очередным этапом активных боевых действий.

Что касается ближайших перспектив, то на данный момент существуют три основных варианта: наступление ВСУ, наступление частей ВСН и замораживание конфликта на неопределённый срок. В самой Новороссии именно первый вариант сейчас рассматривают как наиболее вероятный.

Влияние изменившейся обстановки

Действительно, украинская армия сейчас осуществляет активное наращивание сил в зоне АТО. Однако неудачи третьего этапа мобилизации и тяжелейшие потери июля-августа вновь не позволяют Киеву собрать для наступления достаточных сил. По различным оценкам, численность украинских сил в зоне сегодня находится примерно на уровне начала июля, то есть достигает 35–40 тыс. человек. Примерно столько же сил удалось сосредоточить к моменту начала реализации печально известного «Плана Б» Петра Порошенко. Однако в нынешней обстановке существует и несколько принципиальных отличий.

Во-первых, если в начале июля костяк ВСУ состоял из кадровых механизированных и танковых бригад, то сегодня основная масса войск — это территориальные батальоны. Они отличаются крайне слабым техническим оснащением, низкой мотивацией и подготовкой. Отмечены неоднократные случаи ухода с боевых позиций целых батальонов: бегство 5-го тербатальона «Прикарпатье» из района Амвросиевки, самовольный отход 25-го тербатальона из-под Дебальцево, дезертирство роты 9-го батальона «Винница» из Мариуполя или недавний отказ от выдвижения на передовую 14-го батальона «Черкассы» под Волновахой. То есть качество подразделений объективно снизилось, и вдобавок после ряда котлов возникло стойкое недоверие к высшему командованию армии.

Второй фактор — это огромные потери бронетехники и артиллерии. Основой тактики ВСУ в предыдущих боях было массированное использование бронетехники в условиях недостатка противотанковых средств у подразделений ВСН. Если ранее практически все подразделения первой линии ВСУ могли себе позволить создавать бронированные кулаки в несколько десятков машин, то теперь эта роскошь доступна лишь остаткам кадровых бригад. Если такие части, как 1-я и 17-я танковая бригады, 51-я, вновь появившаяся на передовой 72-я и 93-я бригады, ещё могут себе позволить концентрированные удары при поддержке бронетехники, то в остальных подразделениях техника используется «россыпью». Кроме механизированных бригад достаточным количеством лёгкой бронетехники в настоящий момент обладают лишь две недавно сформированные бригады «нацгвардии» — первая сейчас находится в Мариуполе, а вторая к северу от Донецка (именно они участвовали в параде 24 августа и предназначались для решающего удара по Луганску, но наступление ВСН заставило изменить эти планы).

Третий фактор — это изменившееся соотношение сил в зоне боевых действий. Если в начале июля группировке ВСУ противостояло около 8 тыс. ополченцев, то сегодня их количество может достигать 30 тыс., причём количество техники, обученных расчётов и экипажей увеличилось в разы. Однозначно можно говорить о том, что подавляющее превосходство ВСУ утеряно. В том числе подавляющее превосходство в бронетехнике и артиллерии. Если два месяца назад, как оказалось, силы ВСУ были недостаточными для решительной победы, то теперь она невозможна даже в наиболее оптимистичных для украинской армии вариантах развития событий.

Возможные направления ударов

Учитывая все эти факторы, Порошенко не может не понимать, что однозначная военная победа над ВСН для Киева сегодня является непосильной задачей. Вскоре должны состояться парламентские выборы, которые во многом важнее президентских. Поэтому, чтобы не обвалить рейтинг своей именной партии новым поражением, Порошенко нужна хотя бы маленькая, но всё же победа. Причём победа не обязательно должна быть реальной. Зависимость украинского общества от картины, создаваемой в СМИ, колоссальна. Стоит помнить, как занятие незначительного окраинного села возле Луганска украинские СМИ в середине августа преподносили как штурм центра города. Точно так же взятие Иловайска во второй половине августа, очевидно, планировали подать как начало штурма Донецка. Поэтому даже ограниченный успех может быть представлен украинскому обществу, всё ещё находящемуся в иллюзии своего превосходства над силами Донбасса, за важное военное достижение.

Исходя из этого, если наступление ВСУ всё же состоится, то оно будет иметь сравнительно ограниченные цели. Во-первых, наступление должно ухудшить возможности Новороссии организовать более-менее комфортное для региона прохождение зимнего сезона. Во-вторых, в результате наступления должны быть ликвидированы последствия прорыва сил ВСН в конце августа. В-третьих, должны быть заняты такие точки, которые позволят заявить о блокаде центров сопротивления. В-четвёртых, ВСУ постараются вернуть возможность осуществлять террористические артиллерийские обстрелы Донецка и Луганска для дальнейшей деморализации населения региона.

Учитывая эти задачи, вероятно, наступление состоится по трём основным направлениям.

Во-первых, на юге из района Волновахи, где сейчас скапливаются резервы ВСУ, будет нанесён удар в сторону Тельманово и российской границы. Это позволит отрезать Новоазовскую группировку ВСН от прямого сообщения с Донецком. Конечно, полной блокады тут добиться вряд ли удастся, так как ВСН здесь может наладить снабжение с территории России и по Азовскому морю. Однако на карте СНБО можно будет нарисовать обречённые и прижатые к морю подразделения «террористов». Исходя из того, что украинская армия не ограничивает себя в разрушении городов артиллерией, Новоазовск в этом случае сильно пострадает от обстрелов. Вряд ли стоит ожидать, что город получится взять штурмом, так как степная местность здесь исключает эффективное наступление ВСУ, тем более что артиллерия является сильной стороной армии Новороссии.

Второе направление удара будет, скорее всего, в районе Горловки. Здесь украинские войска, вероятно, попытаются захватить Енакиево, чтобы окончательно отрезать город от сообщения с Донецком. Менее вероятна попытка более крупного наступления на юг в направлении Харцызска или на юго-восток в направлении Тореза — для того, чтобы попытаться если не перерезать здесь трассу Донецк-Луганск, то организовать её систематический обстрел артиллерией. В этом случае удар будет поддержан с юга группировкой, которая сейчас сконцентрирована в районе Волновахи. И хотя такой удар сейчас кажется слишком масштабным для ВСУ, о его возможности говорит возросшая активность разведподразделений украинской армии южнее Иловайска и Тореза.

Третье направление — это север Луганска. Здесь в конце августа части ВСН оттеснили украинские подразделения за Северский Донец, тем самым лишив их возможности обстрела жилых кварталов Луганска. ВСУ попытается вернуть утраченные позиции, как минимум заняв посёлок Металлист, и разблокировать части, всё ещё находящиеся в котлах юго-западнее города. Однако тут возможна и более крупная операция во взаимодействии с частями в районе Дебальцево. Сходящийся удар с севера и юга через Перевальск и Алчевск может повлечь за собой блокирование крупной бригады ВСН «Призрак» под командованием Мозгового — и создать условия для организации новой блокады Луганска.

Выполнение этих задач дало бы возможность Порошенко заявить накануне выборов о крупной победе и окончательном переломе в войне. В этом случае, даже если части ВСН не капитулируют сразу, выживание региона зимой будет под большим вопросом. Гуманитарная катастрофа, которая разразится здесь зимой, будет иметь несравненно большие масштабы, чем то, что происходило в ряде городов Донбасса в течение лета. Возможно, на окончательном этапе операции Порошенко вновь выступит миротворцем, попытавшись зафиксировать перемирием положение сторон на зимний период.

И возможные последствия

Нет сомнений, что ВСУ не обладает достаточными силами для осуществления этих задач. Однако коммуникации внутри украинской армии и руководства государства таковы, что украинская сторона не всегда способна адекватно оценивать возможности вооружённых сил. Это было продемонстрировано и в приграничном сражении, и во время попыток наступления на Иловайск и Саур-Могилу. Именно ввиду недостаточной проработки операций со стороны ВСУ нельзя исключать подобного авантюрного развития событий. Остаётся только констатировать, что с большой вероятностью ВСУ ждёт ряд очередных поражений и котлов, которые могут закончиться новым, ещё более сокрушительным наступлением ВСН. Безусловно, в этой операции Украина рискует истратить последние запасы бронетехники и людских резервов. Поэтому руководство Украины рискует, по сути, судьбой всей войны. Ведь в случае поражения части второй линии, состоящие из милиции и гражданских добровольцев, уже не смогут прикрыть от ВСН внутренние районы Украины.

Если наступление будет для ВСУ неудачным, можно говорить о том, что это будет последним крупным наступлением украинской армии в этой войне. После его отражения украинскую армию ждёт неминуемое оставление Донбасса (кроме отдельных очагов в укрепрайонах, которые ещё некоторое время будут способны сопротивляться). А в перспективе — и потеря юго-восточных областей. Отчасти ситуация напоминает положение вермахта накануне Курской битвы. Однако произойдёт это, конечно, только в том случае, если контрудар Новороссии вновь не будет остановлен соображениями высокой политики.

Что касается сроков, то если наступление ВСУ состоится, начала его следует ожидать либо в эти выходные, либо после 16 сентября, когда произойдёт ратификация соглашения с ЕС, либо после окончания военных учений с участием НАТО на западе Украины. Стоит также отметить, что, хотя руководство Украины не считает себя чем-то связанным из-за подписи Кучмы в Минске, поводом для наступления может быть некая провокация, например, в виде массового расстрела мирных граждан (рейсовый автобус или скопление беженцев и т.п.). Подобная картина наблюдалась в середине июля, когда на фоне катастрофы малайзийского авиалайнера ВСУ начали широкомасштабное наступление на отрезание Донецка от Луганска.

В любом случае стоит отметить, что в Генштабе ВСН понимают эти возможности. Сегодня идёт выравнивание линии фронта, оставление или занятие населённых пунктов, улучшающих позиции ВСН, а также активное освоение трофейной техники и тренировка персонала. По большому счёту, именно наступление ВСУ открывает для Новороссии возможности, организовав контрудар, завершить окончательное освобождение Донбасса. А возможно — и перенести войну в сопредельные области ещё до наступления зимних холодов. Впрочем, далеко не факт, что зима станет причиной прекращения боевых действий, как на это сейчас рассчитывают в Киеве. Не исключено, что в ходе отражения атак ВСУ руководство Новороссии может пойти и на нестандартные действия в виде рейда механизированных подразделений по глубоким тылам ВСУ в сопредельных областях. Тем более что отсутствие сплошного фронта, слабость второй линии ВСУ и степная местность вполне благоприятствуют подобным манёврам.