Вчера, накануне годовщины начала Великой Отечественной, была представлена новая символика армии, которая в той войне отстояла страну и одержала величайшую победу в мировой истории.

Коллега Александр Горбенко и другие товарищи били тревогу ещё в прошлом году, когда были обнародованы первые, так сказать, плоды творческих потуг, вдохновлённые, напомню, эмблемами пива, американской армии и попсового телешоу. Вместо этого безобразия энтузиасты предлагали даже нечто более приемлемое. Не было услышано. То, что вышло в конечном итоге, ничем не лучше: 

Сверху — новая символика российской армии, снизу — логотип американского супермаркета.

Вот я, честно говоря, не знаю, как это комментировать.

То есть с определением по-прежнему трудностей не возникает: то, что мы видим на картинке, особенно в сопоставлении с другими картинками, — мерзенький фак в спину русскому солдату-победителю, солдату-защитнику, очередное покушение на единство и преемственность отечественной истории.

Почему сделано именно так — в принципе, не имеет значения. Может, из любви к исторической правде авторы идеи вернули российский триколор к исходному состоянию — то есть к голландскому, с которого Пётр I и срисовал наш нынешний флаг. Может, из латентной тяги собственно к чему-то голландскому — к тюльпанам, например (а вы что подумали?). Может, от преклонения перед американскими торговыми сетями. Может, чтоб нагадить болельщикам ЦСКА: представляете, как изобретательно над ними будут измываться спартаковские, питерские или грозненские злопыхатели, если на футболках знаменитой «команды лейтенантов» в приказном порядке появится вот это произведение?

Может, от лакомости суммы, предназначенной к освоению.

Может, просто по бездарности, неотъемлемо свойственной креативному классу.

А может, просто от беспомощной ненависти агонизирующей «пятой колонны» к «этой стране» — хоть нагадить «рашке» напоследок, раз уж она, гадина такая, не сдаётся.

Но это уже случилось — случилось, повторяю, именно накануне 22 июня.

И случилось ровно в тот момент, когда страна после короткого и бесконечно мучительного периода помутнения рассудка, после череды издевательств над своей армией, после череды военных реформ — вновь чувствует себя за спиной своего солдата как за каменной стеной, гордится им и о вежливых людях слагает былины. Подчёркиваю: это не русский солдат-победитель, солдат-защитник вернулся в страну — он никогда её не оставлял, — это страна опомнилась и увидела русского солдата таким, какой он есть и каким не переставал быть.

Вот так и будем комментировать. У нас есть армия с легендарной историей, внушающая нам сегодня уверенность в завтрашнем дне, а противникам — тоже уверенность, но не такую радужную, а вовсе наоборот. Эта армия наша. Страна гордится ей, а армия защищает страну независимо от цвета парадного мундира и стилистического решения нашивок.

В конце концов, вполне может статься, что русский солдат прославит в веках и такую эмблему — и никто не вспомнит, откуда она взялась и на что похожа. Но это будет заслуга русского солдата — как и то, что нашу страну уже тысячу лет никто истребить не может.

А у креативных дизайнеров пускай тов. Шойгу с военной прокуратурой хотя бы задним числом поинтересуются, что это они имели в виду.