О борьбе с фашизмом…

В последнее время меня настораживает странное, на мой взгляд, понимание нашим государством слова «борьба».

В частности, меня сильно беспокоит то, как наше государство понимает борьбу с фашизмом.

Есть пара примеров.

Вот, например.

Или вот.

Или знаменитая история с солдатиками и бюстами генералов Третьего Рейха в магазине.

Не то чтобы подобная истерия у нас внове. Скорее она традиционна.

В тридцатые годы прошлого века параноики за свастикой охотились с не меньшим энтузиазмом.

Но есть нюанс.

Нюанс заключается в том, что это никакая не борьба.

Вы можете себе представить, например, такую сцену.

Проходит чемпионат, допустим, по ММА. В клетку заходит пара бойцов, и один из них вместо того, чтобы встать в стойку, — вдруг внезапно зажмуривается, затыкает себе уши и перестаёт дышать.

Это не борьба. Это игнорирование реальности.

А реальность такова:

«Трое школьников в посёлке Важины Ленинградской области закидали камнями бывшего узника концлагеря. Как сообщает 47news, 77-летний Анатолий Федотов возвращался домой после награждения медалью к 70-летию Победы.

Второклассники преследовали пожилого мужчину на протяжении трёхсот метров. После того как супруга Федотова выглянула из окна и сделала детям замечание, один из них оголил ягодицы.

«Закидали 77-летнего глухого и хромого старика камнями и булыжниками. Он никогда плохого слова никому не скажет. Мой дед был ребёнком в лагере у фашистов, голодал», — приводит издание слова внучки пострадавшего Ольги Ермаковой. По её словам, в посёлке в настоящий момент проживают более сотни бывших узников концлагерей.

Нападавших школьников задержали и провели с ними воспитательную беседу. В ходе неё выяснилось, что значение слова «узник» детям неизвестно».

Внимание, вопрос: как так получилось, что дети, учащиеся во втором классе, ничего не знают о нацистских концлагерях и о значении слова «узник»?

Так и получилось. Информация о нацизме, о его теории и практике изъята из свободного оборота. Результатом этого может быть только одно — полная реабилитация нацизма.

Пройдёт ещё совсем немного времени — и нацизм предстанет перед будущими поколениями в белоснежных одеждах.

И тут нечему удивляться, ведь наше общество само выступило в качестве его прачки, своими собственными руками отстирав от крови и дерьма мундиры от Хуго Босса.

Реальная борьба с нацизмом и фашизмом, на мой взгляд, должна заключаться в принципиально другом, противоположном подходе.

Россиянин должен иметь доступ к основным письменным памятникам нацизма, к научной литературе, к образцам нацисткой пропаганды. Россиянин должен со школы получать знания о теории и практике нацизма, о коллаборационизме, о формах их реабилитации.

Российский гражданин должен знать врага в лицо. Фильм Михаила Ромма «Обыкновенный фашизм» должен войти в школьную программу. «Майн Кампф», «Дер Унтерменш», план «Ост» должны изучаться в обязательном порядке в рамках предмета «История» или «Обществоведение». Только так гражданин России может получить прививку от фашизма — знать его античеловеческую суть, его уродство, несуразность, напыщенность. Понимать, как он смешон, как нелепы его претензии.

Мы должны изучать устройство фашизма так же, как мы изучаем на уроке биологии устройство гидры или лягушки.

Скрывать от граждан России всю правду о фашизме означает подготовить поколения тех, кто будет перед фашистской риторикой безоружен и беззащитен. Визжать по поводу каждой свастики в публичном пространстве — это означает показывать свой страх перед ним.

А мы ведь не боимся его, не так ли? Мы ведь смотрим на нацизм и фашизм с огромной этической высоты? Мы судим о фашизме и нацизме с позиций превосходства?

Или нет?

Или мы всё же чего-то боимся?

Бояться фантазмов, химер, лжи и выдумок — это ведь не про нас, не так ли?

Или же мы прячем от себя что-то действительно опасное?

Кто громче всего кричит о фашизме в России, при этом постоянно его реабилитируя методом приравнивания к коммунизму? У кого Сталин хуже Гитлера или как минимум ему равен?

Что мы можем такого найти в нацистских документах, чтобы кому-то не хотелось бы, чтобы мы знали?

У меня есть предположение.

Первое, что мы можем найти в том же «Майн Кампф» — это критика современной буржуазной демократии, которая действительно является властью капитала, а никак не властью граждан. Критика, которую невозможно опровергнуть.

Второе, что мы можем найти в том же «Майн Кампф» и «Дер Унтерменш», — это пещерный антисоветизм и русофобию, которые вплоть до запятых и прочих знаков препинания сходны с тем, что говорят про СССР российские постсоветские медиаклассики. Всё те же мифы, всё ту же пропаганду. Всё те же устойчивые выражения про «народ рабов», «генетическое отребье», «миллиарды, расстрелянные лично Сталиным», «пирожные в блокадном Ленинграде».

Третье: из плана «Ост» мы можем почерпнуть сведения о том, что он наполовину уже осуществлён в отношении нас совершенно цивилизованными, абсолютно якобы не фашистскими государствами, называющими себя нашими друзьями и союзниками. Вплоть до введения частей плана «Ост» в собственные законодательные акты типа «акта о порабощённых народах».

И четвёртое: изучая историю и сущность коллаборационизма в период Второй мировой войны, мы можем получить сведения о происхождении современной элиты Америки и Восточной Европы и истоки их идеологии.

Самое же страшное в том, что окончательно осудить нацизм и фашизм и разойтись с ними навсегда — невозможно без реабилитации советского проекта.

А объяснить механизмы возникновения и развития фашизма — невозможно вне классовой теории.

Нужно дать себе отчёт в том, что уничтожения России как тогда, так и сейчас хочет капитал. А следовательно — нам нечего искать союзников в лагере неолибералов. Мы не можем исповедовать сами ту идеологию, в соответствии с которой мы — препятствие на пути к прогрессу и нас не должно быть. Мы не можем закрывать глаза на правду и прятать её от себя. Наши союзники по БРИКС — это страны-пролетарии, а в мире сложилась революционная обстановка. Запад не может управлять миром по-старому, страны-пролетарии не хотят жить по-старому, возрастает политическая активность всех субъектов международного права. Мир готов к международной революции.

Русская идея, которую мы безуспешно искали последние четверть века, — всё та же. Это идея развития, образования и труда. Это идея того, что православные называют «обожением» человека — уподобления человека Богу через духовный, трудовой, ратный или научный подвиг.

И не может быть мира между трудом и капиталом — как между Богом и дьяволом.