Хотя в трагедии с крушением малайзийского «Боинга» ещё не скоро можно будет поставить точку, уже теперь очевидны некоторые её последствия. Римский юрист Кассиан Равилла однажды изрёк бессмертное: «Cui prodest?» (кому выгодно?). Только по этим предварительным итогам можно сделать некоторые выводы.

Начнём с последствий, непосредственно влияющих на ситуацию прямо сейчас:

 — киевская хунта перешла в крупномасштабное наступление, многократно усилив плотность огня и не считаясь уже ни с какими разрушениями и жертвами среди мирного населения. Это стало возможно благодаря тому, что внимание западной общественности целиком поглощено сбитым самолётом. Помимо этого, те немногочисленные западные политики, которые раньше высказывали осторожное неодобрение методами киевской хунты, сегодня не смеют высказываться против (либо их голос просто не слышен);

 — силы ополчения перестали использовать средства противовоздушной обороны, так как любой сбитый самолёт теперь будет использован как лишний довод в пользу их виновности. Можно было бы поспорить о целесообразности такого решения, но факт остаётся фактом — ни одного воздушного судна хунты после падения малайзийского «Боинга» сбито ополченцами не было. Это, в свою очередь, развязывает руки наступающим и позволяет ещё активнее использовать авиацию;

 — моральный подъём в рядах войск хунты и карателей. Единодушное осуждение Западом России и лично Путина раскручивается в хунтовских СМИ как признак неизбежной и скорой перемоги.

Теперь — о более всеобъемлющих последствиях:

 — то, что в крушении погибло большое количество европейцев, позволило усилить давление на те страны Европы, которые уклонялись от активного применения санкций против России. Первой скрипкой такого давления стал британский премьер Дэвид Кэмерон, страстно убеждающий европейских коллег ужесточить давление на Россию. Очевидно, что это будет сделано, хотя и не совсем понятно, в какой мере. Сейчас Кэмерон пытается вовлечь в свою игру канцлера А. Меркель и президента Ф. Олланда. Заметим, что санкции уже расширились, хотя никаких результатов расследования крушения, как, впрочем, и самого расследования, пока нет;

 — Польша сегодня запросила у НАТО дополнительные гарантии своей безопасности, исходя из того, что «соседняя страна подверглась агрессии». Вопрос будет рассмотрен на ближайшем саммите НАТО. Вероятно, это станет поводом к размещению дополнительного контингента сил НАТО в Польше или в усилении её противоракетной обороны, чего там добиваются давно и страстно;

 — трагедия используется в западных СМИ с целью развенчать начинающий крепнуть даже в глазах европейцев имидж В. Путина как единственного дееспособного лидера современности. Хор безосновательных обвинений и грубых фальсификаций в европейских СМИ не оставляет сомнений в том, что эта кампания направлена на «разоблачение» российского лидера и занесения его в список изображаемых под копирку тиранов в один ряд с С. Хусейном, М. Каддафи, Б. Асадом и прочими.

 — в это же время повальное очернение России и Путина позволяет приподнять свой обмякший рейтинг карликовым европейским лидерам, которые сейчас как один поливают нас грязью в СМИ и обещают покарать со страниц газет, пользуясь массовым общественным помутнением.

Всего вышесказанного достаточно для того, чтобы понять, кто главный выгодополучатель от случившейся трагедии. Отмечу снова, что всё это творится без каких-либо реальных оснований к обвинению России. Теперь попробуем понять, какую выгоду получила Россия от уничтожения пассажирского самолёта. Никакую. Какую выгоду от сбитого самолёта получило ополчение Донбасса? Такую же, что и Россия, — никакую. Можно было бы подумать, что виной всему трагическая случайность. Недаром в украинских СМИ первые дни продвигалась версия о том, что самолёт был сбит «пьяными сепаратистами». Однако теперь даже европейские газеты признали, что это невозможно и для уничтожения такой цели нужны не просто трезвые, но и высококвалифицированные специалисты. Говорится это, само собой, с намёком на то, что это были «русские профессионалы из ГРУ».

 

Однако есть и ещё одна версия, которая пока слабо, но продвигается в медиа-пространстве. Она — состоит в том, что «Боинг» был сбит русскими (с территории Донбасса или России — не важно) специально, чтобы подставить Путина и преждевременно завершить его политическую карьеру.

Это, пожалуй, самая опасная для нас версия, потому что только она способна разбить установившееся единодушие в обществе, посеять сомнения, а также расколоть патриотический лагерь, заставив каждого подозревать каждого. Ну и заодно пробудить в нас чувство вины, от которого мы только-только стали сознательно избавляться. И есть мнение, что именно эту версию будут продвигать особенно рьяно. Ведь и для неё не нужны никакие доказательства.