Подписанный в Минске протокол по мирному урегулированию ситуации на юго-востоке Украины вызвал массу вопросов у наблюдателей. Разделить эти вопросы можно на две группы. Первая относится к представительству участников минских переговоров, подписавших протокол. Вторая — к 3-му и 9-му пунктам протокола, позволяющих двояко толковать статус отдельных районов Донецкой и Луганской областей (формулировка протокола).

Однако основным лейтмотивом обсуждения стал вопрос о причинах подписания перемирия со стороны официального Киева. Минский протокол — это шаг к миру или тактический манёвр? Вспыхнут боевые действия сразу после перегруппировки и перевооружения правительственных войск или перемирие продлится до окончания парламентских выборов на Украине?

Каждый из вопросов, безусловно, важный. Каждый несёт в себе самостоятельную смысловую нагрузку. Но, на мой взгляд, и первая, и вторая группа вопросов имеют очень слабое отношение к основной теме.

Внутриполитические расклады в Киеве и грядущие выборы действительно ко многому обязывают Порошенко. Однако обсуждать проблему войны и мира на Украине исключительно в рамках «незалежности» всё равно, что судить о качестве выплавленного на Донбассе металла по технике, используемой при добыче коксующихся углей. Слишком длинная цепочка.

Более короткий путь к пониманию ситуации заключён в ответе на другой вопрос. И вопрос этот звучит очень просто: киевский Майдан и война на Украине — это причина или следствие нарастания международной напряжённости? Иными словами, Украина — это всего лишь лёгкое недоразумение и недопонимание между США, ЕС и Россией или это «поджог Рейхстага» и «новый Пёрл-Харбор»?

Перечислю лишь некоторые процессы и события, напрямую связанные с войной на Украине. Расширение присутствия НАТО в странах Балтии и Восточной Европы. Подрыв хозяйственных связей между ЕС и Россией. Рост военных затрат стран-участниц блока. Наращивание военного присутствия НАТО в Чёрном море. Остановка «Южного потока»…

Кто-нибудь верит, что эти процессы остановятся только потому, что Зурабов и Кучма подписали какую-то бумагу? Кто-нибудь верит, что войну в центре Европы устраивали для того, чтобы президент России выступил в роли миротворца?

Для здравомыслящего человека ответ на вопрос о причинно-следственных связях украинских событий с общемировыми очевиден. А нездравомыслящие должны без нарушения логики ответить на следующий вопрос: почему после подписания мирных соглашений санкции против России только усилились?

Очевидно, что без официального представителя Вашингтона минский протокол нельзя было подписывать. Однажды Янукович уже подписывал мирный план с представителями сегодняшней власти в Киеве под гарантии ЕС и без участия США. Чем всё закончилось, хорошо известно.

Дело даже не в том, что США сегодня — единственная страна, которая имеет влияние на официальный Киев. Дело в том, что подписав минский протокол совместно с украинской стороной, Россия вышла из формата переговоров «Лавров-Керри», по факту оказалась стороной конфликта и потеряла позицию над схваткой.

Столкнуть ЕС и Россию друг с другом — именно этого Вашингтон добивался с самого начала киевских событий. Ещё весной глава Госдепа США Джон Керри заявил, что обострение событий на Украине стало следствием «перетягивания каната между Востоком и Западом», которое устроили Европа с Россией.

Надо понимать, как работает пропаганда и как реагирует на неё общественное мнение. В течение полугода все западные СМИ твердили как заведённые: война на Украине развязана Москвой, а заключение мира зависит только от Москвы. После такой обработки подписание минских соглашений представителем России и по инициативе России, но главное, согласие на перемирие со стороны Украины, является доказательством того, что «во всём виновата Москва».

Особо изящным в этом контексте выглядит тот факт, что российская оппозиция также использует общий мем — «Ключ от мира на Украине находится в Кремле».

Понятно, что война идёт у самых границ России. Понятно, что Москве очень сложно эмоционально дистанцироваться от происходящего. Понятно, что США при этом хладнокровно решают задачу по формированию образа новой «империи зла». Понятно, что в решении этой задачи записано: чем хуже, тем лучше.

Чем больше людей гибнет в этой войне, тем сильнее ненависть между украинским и российским народами. Тем глубже разлад в отношениях ЕС и России. Тем чеканней профиль страны-изгоя.

В такой ситуации любая попытка России запустить мирный процесс на Украине, пока это не устраивает основного игрока, изначально обречена на провал. У России нет иного пути решения задачи, кроме как встать в один ряд с основным игроком. Нельзя играть по чужим правилам. Нельзя допускать, чтобы США сохранили за собой роль третейского судьи.

Необходимо вернуться к формату прямых переговоров «Лавров-Керри», который соответствует реальному конфликту интересов и лишает самостоятельности вторичные сюжеты «Москва-Брюссель» и «Москва-Киев». Киев должен договариваться не с Москвой, а с Донбассом и Луганском.

Сделать это будет очень сложно. Реализация данного сценария сопряжена с новыми человеческими жертвами. Прежде всего, на юго-востоке Украины. Кроме того, тактически этот сценарий укладывается в схему «чем хуже, тем лучше», которая полностью устраивает Вашингтон.

Однако любой другой сценарий в конечном итоге ведёт к потере Россией суверенитета. Кто хотя бы раз в своей жизни сталкивался с рейдерским захватом, знает, что даже незначительное отступление со своих позиций — это медленная смерть.

Не будет Украины, будет Крым. Не будет Крыма, будут Абхазия и Южная Осетия. Не будет Абхазии, будут Курильские острова.

Как ни печально, но выбора у России нет. Либо сдаваться прямо сейчас, не усугубляя ситуацию в дальнейшем. Либо никакого хамона и устриц Белон…