Рак финансов

Мировой экономический кризис продолжается. Прошедшая неделя не принесла резких снижений фондового рынка: американские биржевые индексы по итогам недели остались на прежних уровнях, европейские биржи потеряли 0,9%. Вместе с тем несколько новостей недели говорят о выходе кризиса на качественно новые рубежи.

Снижение Федеральным резервом США учетной ставки до пределов 0–0,25% вызывает вопрос: много ли стран продолжат инвестировать в американскую экономику с нулевым возвратом? Длившаяся последние месяцы гонка инвесторов за долларом приняла гротескные формы дней десять назад, когда ставки по казначейским облигациям стали нулевыми. Сейчас ноль ― официальный, объявленный американским Центробанком ориентир для рынка.

Вначале инфляция, затем дефляция, потом гиперинфляция ― вот план монетарных властей США. Первые два шага уже сделаны, остался третий. Триллионные вливания в экономику не могут пройти бесследно, и инвесторы начинают это понимать. Курс доллара к евро падал на неделе до самых низких значений, невиданных с момента введения европейской валюты.

Пузырь на рынке зеленых портретов президентов США ничуть не меньше того, что был на рынке недвижимости

Есть ощущение, что пузырь на рынке зеленых портретов президентов США ничуть не меньше того, что был на рынке недвижимости. В то же время, как сказал классик, рынки могут оставаться иррациональными дольше, чем мы остаемся платежеспособными. Спрос на доллар пока не иссяк, и над предсказаниями грядущего краха многие смеются. Впрочем, над экспертами, обещавшими падение цен на недвижимость, тоже смеялись ― пока цены не стали падать.

Падение промышленного производства США составило 0,6% за ноябрь и стало самым сильным за всю историю наблюдений. Основной вклад внесла автомобильная промышленность. Американский автопром заставляет вспомнить сразу две идиомы: «это не чемодан, это кошелек» и «чемодан без ручки».

Несколько лет активы автомобильных компаний использовались в качестве кошелька. Высокие непроизводительные расходы уменьшали конкурентоспособность, а огромные заимствования привели к зияющим дырам в балансах. В итоге компании Большой тройки ― GM, Ford, Chrysler ― оказались в тяжелейшем финансовом положении.

Сейчас отрасль по производству четырехколесных чемоданов тяжело нести, но жалко бросить. Поставтоиндустриальные пейзажи Детройта показывают возможные социальные перспективы: там, где раньше были вокзалы, яхт-клубы, особняки, ― теперь здания с разбитыми окнами, горы мусора и мерзость запустения. Учитывая то, что в «Большой тройке» и связанных бизнесах занято около 1,6 млн человек, масштаб проблемы очевиден.

Пятидесятимиллиардная мошенническая схема Бернарда Мэдоффа произвела фурор в высших слоях американского общества. Оказалось, что хедж-фонд, стабильно выплачивающий 10,5% годовых, ― обычная пирамида. Иметь счет у Мэдоффа было престижно. Далеко не каждый смертный мог попасть в этот элитный инвестиционный клуб.

Благотворительный фонд Стивена Спилберга потерял 70% активов. Частный австрийский банк Medici прекратил выплаты вкладчикам по этой же причине. Банк за банком объявляют о миллиардных потерях. Семидесятилетнему Бернарду грозит до 20 лет тюрьмы.

Мэдоффа сдали его собственные дети, якобы шокированные признанием папеньки в растрате. Ни минуты не верю в римейк истории Павлика Морозова. На мой взгляд, это ― техничный ход по защите активов, грамотное решение вечного вопроса «а кто же в лавке останется?».

Руководитель главного регулятора фондового рынка США, Комиссии по биржам и ценным бумагам (SEC), Крис Кокс выказал крайнюю озабоченность и намерение расследовать падения компаний, приведшие к потерям инвесторов. Это называется «поздно пить боржоми…» Именно организация поклонника невидимой руки рынка, республиканца Кокса должна была следить, чтобы финансисты не перегибали палку. Результат видит весь мир.

Америка, разбросавшая грабли по всему миру, теперь сама на них наступает. СССР уже воевал в Афганистане ― настала очередь США. Россия уже переживала смутные 1990-е под руководством гарвардских мальчиков ― настала очередь США. Под руководством MBA и Буша империя заходит в тупик.

У стран бывшего СССР есть наработки, которые мы можем предложить Западу. Комитеты обманутых вкладчиков будут весьма актуальны для бывших клиентов инвестиционных фондов. Бартер, взаимозачеты и векселя помогут в условиях кредитного кризиса. Парни в спортивных костюмах за долю малую разошьют корпоративные долги. В кризисные периоды в экономике резко уменьшается количество условностей, и завуалированный бизнес-бандитизм переходит в открытые формы.

Стремление к экономическому росту любой ценой вызвало раковую опухоль мировой финансовой системы. Последствия очевидны для всех, и путь вниз еще не пройден. К сожалению, это все обязательно повторится ― как повторяется каждые лет 20. Экономика циклична, и новое поколение в поисках лучшей жизни снова наберет долгов и не сможет расплатиться. Жаль только конкретных людей, пострадавших от финансовых катаклизмов. Любая личная трагедия перевешивает все, в чем писатели видят историю, а экономисты ― статистику.

Загрузка...

Поделиться: