День примирения? Нет, День Победы!

Игорь Слисаренко

Сфера интересов: политическая коммуникация, публичная дипломатия, международные отношения Образование: Киевский университет им.Т.Шевченко; Лондонская Школа экономики и политических наук Доцент. Кандидат филологических наук

«Мир празднует День Победы!», - сообщали телеведущие 9 мая. Впрочем, полноценного обзора мирового празднования не получилось, в сюжетах преимущественно был показ парада в Москве с акцентом на той части выступления Путина, где он заявил, что Победа «дала великое моральное право отстаивать свои позиции в мире». А еще совместный выход на публику Саркози и Олланда – проигравшего и победившего на выборах президента Франции: они вместе возложили венки к могиле Неизвестного солдата и памятнику генералу де Голлю, основателю «Свободной Франции», а счастливчик Олланд после этого уже самостоятельно возложил венок и к могиле Неизвестного солдата Первой мировой. Поэтому, чтобы составить мало-мальски объемную картину, пришлось заняться поисками информации.

Страны СНГ отпраздновали традиционно. Отличился президент Украины Янукович, рассказавший ветеранам о чудо-стране, где «мы создаем новую экономическую базу для преодоления бедности, где нет места коррупции и чиновничьему произволу… мы продолжаем поднимать стандарты и качество жизни… мы остаемся последовательными в отстаивании демократических ценностей». Наверное, этой страной будет Великое Герцогство Межигорье, поместье президента, по территории не уступающее Монако. Сравнение с этим роскошным княжеством отнюдь не случайное, поскольку недавно пресс-служба главы государства сообщала, что Януковича и князя Альбера «связывает многолетняя дружба»...

В речах отличился грузинский министр иностранных дел Григол Вашадзе, дипломатично указав Москве, что когда Россия станет демократической страной, она сможет вместе с Грузией отметить День Победы, но исключительно 8 мая. Ибо, как пояснил бывший министр образования Гия Нодия, именно 8 мая "все цивилизованное международное сообщество отмечает победу над фашизмом во второй мировой войне". Праздновать 9-го не есть хорошо, утверждает Нодия, поскольку 9-го «советская империя взяла Прагу и укрепила свои позиции в Восточной Германии». Мысль не первой свежести, надо отметить, еще в середине 90-ых ее выносил Жириновский, рассуждая в День Победы перед ветеранами на тему «Если бы Сталиным был я» о том, что войну надо было прекращать сразу же с выходом на советские границы: «9-мая 45-го поехали Прагу освобождать. Зачем?! Она, видите ли, кровью истекала… Ну и пусть себе истекает! А мы войну в Берлине закончили».

Из Праги, которая тогда отчаянно молила в радиоэфире: «Истекаем кровью! Красная Армия, сотвори еще одно чудо – спаси нас!», спустя 67 лет в телеэфир государственный канал пускал фильмы о мужестве чехословацких солдат в боях в Северной Африке и власовцев в Праге, а коммерческие – американские боевики, сериалы и «голые груди», сообщила местная жительница на одном из форумов, предложив тему «Как празднует Европа День Победы».
Интересно, что российский телеканал показал президента Чехии Вацлава Клауса, который пришел праздновать в российское посольство и сказал на хорошем русском о недопущении пересмотра истории. Что имел в виду известный и, как теперь выяснилось, дальновидный евроскептик Клаус под недопущением – понятно. Поставь на одну доску нацистскую Германию и Советский Союз, как того требуют пресловутые – и к счастью чехов и поляков, сугубо декларативные - резолюции парламентских ассамблей ОБСЕ и Совета Европы, уже новая демократическая Германия будет настойчиво требовать от «младших братьев» по ЕС контрибуций за территории и высылку немецкого населения, полученных ими от стран-победительниц в качестве компенсации за оккупацию. Варшава на себе это уже испытала, когда запустила пробный шар несколько лет тому требованием сейма к Германии вернуться к вопросу возмещения «за оккупацию и геноцид». В ответ Берлин дал волю «Союзу изгнанных», не исключив их права обратиться в Европейский суд, после чего польская пресса завопила аршинными заголовками: «Дети палачей вновь хотят нас ограбить!» Поэтому в Варшаве 8-е мая по-прежнему День Победы. И венки от президента и сейма возложили как у могилы польского Неизвестного солдата, так и советского.

Венграм, румынам и другим отмечать как-то не с руки – эти страны были союзниками Гитлера. Только в советском плену оказалось больше полумиллиона венгров и под 200 тысяч румын. Французов, кстати, тоже попалось немало – более 20 тыс. Кейс Франции вообще очень интересный: капитуляция, правительство в Виши, «Свободная Франция» де Голля и… статус государства-победителя, предоставлению которого поначалу очень противились Британия и США. И это, когда число французов, воевавших в вермахте и СС, не уступало совокупному числу войск де Голля, французов в войсках союзников и партизан. Словом, из войны Франция вышла с солидными дивидендами, чем гордится и по сей день. И этого не могут омрачить алжирцы, считающие день 8 мая 1945 г. «началом французского геноцида алжирского народа», когда демонстрации арабов со здравицами в честь Победы и требованиями независимости расстреляли французские войска.

Тщетными оказались мои усилия узнать, были ли официальные церемонии в Лондоне. Похоже, нет. Королева готовилась произнести в парламенте речь, написанную консерваторами, а премьер утрясал дела коалиции. День Победы во Второй мировой всегда был не в почете на островах, если сравнивать с пышными празднованиями дня окончания Первой мировой и Дня памяти в ноябре, когда все цепляют на грудь бумажные маки – символ пролитой британской крови на полях Фландрии. И пусть потери англичан во Второй мировой в два раза меньше, чем в Первой, разгадка такой сдержанности, мне кажется, вызвана утратой величия Британской империи да и самих заморских территорий в следствие обустройства нового мира «Большой Тройкой».Сталин и Рузвельт нашли такое полное понимание в Ялте в вопросе прекращения британского владычества половиной мира и ее влияния в Европе, что Черчилль в бессилии просто запил.

В Норвегии (была оккупирована Германией) правительство допустило короля Харальда Пятого на церемонию празднования Дня освобождения вкупе с Днем ветеранов (в прошлом году монарха просто проигнорировали с приглашением). Местная пресса попеняла правительству, что совмещать ветеранский праздник с такой значимой датой да еще без объявления выходного негоже, тем более, пиариться, раздавая награды военным за службу в Афганистане. И вообще возмутительно, что не устроили церемонию возле памятника Максу Манусу – герою норвежского Сопротивления, которого восторженные соотечественники приветствовали вместе с вернувшимся из эмиграции наследным принцем Олафом 8 мая 1945 г.

Следует сказать, что королевские семьи Европы 8 мая имели очень плотные графики деятельности – выступали на презентациях своих и чужих книг и на благотворительных акциях, смотрели коллекции мод и открывали сезон скачек – в Нидерландах, Бельгии, Швеции… Швеция, как известно, была «нейтральной»: ее король поздравил Гитлера с нападением на СССР, а правительство помогало из всех сил по матчасти. Правда, и Советскому Союзу удалось получить крупную партию высококлассной стали для новой авиации – помогла знаменитая банкирская семья Валленбергов, не устоявшая перед знаменитой советской чистой платиной. И послом Александрой Михайловной Коллонтай. Шведский «Райкин» - суперпопулярный сатирик тех лет шутил с эстрады: «Один наш сосед (Норвегия – И.С.) ограблен и порабощен, другой сосед (Финляндия – И.С.) стал бандитом. И вот за то, что мы не стали ни первым, ни вторым – спасибо вам, мадам Коллонтай!» Именно Коллонтай договорилась и о выходе из войны Финляндии. И душитель Ленинграда Маннергейм счастливо избежал полагающейся виселицы. ТеперьПутин и Медведев могут возлагать букетик на его прибранную могилку – тут я не скажу забористее замечательного русского публициста Владимира Бушина…

Сообщили, что президент Обама по телефону поздравил Путина с Днем Победы, но о какой-либо официальной церемонии на Арлингтонском кладбище не сообщали. Некоторые американские газеты 9 мая известили о кончине двумя неделями ранее 92-летней Марджи Стюарт, облик которой - наивная молодая девушка с волосами цвета красного дерева – решением министерства обороны украшал миллионы плакатов, призванных поднимать боевой дух американских солдат на полях сражений во Второй мировой.

Германия в этом году особо, скажем так, поскромничала. Конечно, это только в тоталитарной ГДР во времена бурной комсомольской деятельности Ангелы Меркель узник концлагеря Эрик Хонеккер сотоварищи могли возлагать венки, движимые личными чувствами. Как говорил мне лет 10 тому член политбюро СЕПГ Гюнтер Шабовски: ««Мы (то есть руководство ГДР) всегда стояли в Кремле по стойке смирно. И над нами за это все остальные насмехались: и поляки, и румыны, и болгары... А мы стояли смирно, потому что нам всегда было стыдно. Стыдно потому, что мы, немцы, допустили Гитлера к власти, что рабочий класс пошел за ним, что многие коммунисты перешли в нацистскую партию... Нам об этом не напоминали, но мы всегда об этом помнили».

Да, массовая психология – если и существует таковая – вещь изменчивая. Интересно, как описывала день смерти Сталина в Берлине Зоя Воскресенская, многим памятная как детская писательница, оказалось, что до писательской карьеры она успешно сделала карьеру в советской разведке как полковник Рыбкина: «Нас поразило, что со всех сторон к памятнику Сталину шли берлинцы. Они несли в горшочках комнатные цветы и аккуратно устанавливали их вокруг постамента. Сотни горшочков уже покрывали площадь, а люди все шли и шли. Мы воспринимали это как знак благодарности советскому народу, освободившему страну от гитлеровской чумы. Но ведь многие из этих людей с таким же энтузиазмом совсем недавно прославляли Гитлера. Когда же они были искренни?»

Пишу «поскромничала», потому что в этом году немецкая пресса в майские дни не потчевала читателей рассказами о «массовых изнасилованиях немецких женщин красноармейцами», комиксами о взятии рейхстага американскими коммандос и пр. А русская служба «Немецкой волны» не проводила опросов типа «Надо ли приглашать немецких ветеранов на празднование в Москву?»

И наконец, в то время, как либералы в России и Украине активно промотировали идею поменять День Победы на День памяти и примирения, твердя, как Нодия, что это, мол, будет по-европейски и цивилизованно, ни в Европе, ни далее, о пресловутом «примирении» никто не обмолвился. Во всяком случае, я не нашел ни одного упоминания как о таковом. Да, есть резолюция ООН от 2004 г., «предложившая всем государствам-членам, организациям системы ООН, неправительственным организациям и частным лицам ежегодно отмечать один из этих дней (8 и 9 мая) или оба эти дня как дань памяти всем жертвам Второй мировой войны». Но, как видим, что-то не склеилось. И думаю, по понятным причинам. Да и память у всех разная: у кого длинная, у кого короче...

Загрузка...

Поделиться: