Цель настоящего материала — не только ознакомить читателя с состоянием сланцевой добычи за пределами США. Не менее важно обсудить основные параметры газодобычи, что позволит в дальнейшем легче ориентироваться в обилии на первый взгляд не связанных друг с другом цифр, которые предоставляют нам новостные агентства.

На углеводородную «тройку» (нефть, газ, уголь) по-прежнему приходится 87% от суммарного энергопотребления человечества. Несмотря на все усилия по диверсификации используемых видов энергии, «атом», гидроэнергетика и возобновляемые источники (ВИЭ) предоставляют оставшиеся 13%. Но «тройке» всё сложнее исполнять свои обязательства — добыча углеводородов становится всё дороже как экономически, так и энергетически. А альтернативная энергетика до сих пор находится в зачаточном состоянии и составляет 2% от мировой первичной энергии. Атомная энергетика пока не оправдывает возлагавшихся на неё надежд: максимум доли в мировом энергобалансе от «атома» пришёлся на 2002 год (6,8%), и с тех пор доля АЭС снизилась до 4%. То есть светлое будущее, в котором господствует электричество с атомной и возобновляемой электрогенерацией, вновь скрывается от нас за горизонтом нескольких десятилетий. Получается, хотим мы того или нет, дефицит растущего энергопотребления надо чем-то заполнять и, судя по всему, придётся это опять делать углеводородам. Но лёгкие в добыче углеводороды тоже заканчиваются.

«Сланец» против «атома»: десятилетия за три года

Вот почему, несмотря на все издержки (экология, дороговизна и др.), «сланцевый» проект всё же реализуется — пока в США, но продолжить его хотят и другие страны. На сегодня сланцевые газ и нефть — это уже 10% и 5% от мировой добычи природного газа и нефти, хотя добываются они только в Северной Америке и всего несколько лет. Любопытный факт: в 2013 году доля «сланцев» примерно сравнялась с долей атомной энергетики (которой — уже несколько десятилетий) в мировом энергобалансе и составила около 4% (атомная энергия посчитана через тепловую).

Экономика и энергетика сланцевой добычи в США ранее уже рассматривались нами на страницах «Однако». В настоящем материале предлагается обсудить перспективы сланцевой добычи в мировом масштабе, основываясь на том понимании, которое появилось после изучения американской сланцевой добычи.

Энергетическая рентабельность сланцевой добычи по-прежнему остаётся предметом горячих споров. По ряду оценок (для США) она выглядит вполне прилично, и в некоторых случаях даже лучше, чем для традиционной добычи. Впрочем, такой парадокс наблюдается только в США. Это связано с тем, что традиционные месторождения нефти и газа в Штатах истощены, и их «остатки» настолько некачественные, что на этом фоне «сланец» оказывается более выгодным мероприятием. Всё это привело к тому, что на сегодня доля сланцевых углеводородов составляет около 45% от нефтегазовой добычи США. Но не следует забывать, что здесь «сланцам» помогло то, что в наследство от традиционной добычи им досталась вся добывающая и транспортная инфраструктура, а также важные геологические данные от столетней истории интенсивной нефтегазовой добычи в США. Именно поэтому в других регионах мира сланцевый успех Штатов повторить будет достаточно сложно, даже в случае сходных геологических условий. А они в большинстве случае выглядят хуже, хотя и не всегда (подробней об этом ниже).

Но какой бы ни была энергетическая рентабельность сланцевой добычи, этот спор в любом случае пока носит академический характер. Конечно, не исключено, что через пару десятилетий, когда энергетический голод будет ещё более актуальной проблемой, именно на энергетическую рентабельность будет ориентироваться человечество, отбросив финансовые «перекосы». Пока же все компании в мире по-прежнему ориентируются на рентабельность экономическую. Поэтому, говоря о сланцевой добыче в среднесрочной перспективе, именно этот показатель придётся брать в расчёт. Кроме того, подсчёт энергетической рентабельности не так очевиден, как подсчёт экономики проекта. В идеале, эти два подхода должны дополнять друг друга.

Сланцевая добыча в США как модельный пример

К слову сказать, экономика сланцевой добычи тоже часто бывает предметом споров. Компании, заинтересованные в росте котировок своих акций, склонны приукрашивать свои успехи в добыче и занижать себестоимость. Ещё одним «финансовым» фактором, способным заметно скорректировать цену (но уже в сторону повышения), являются отчисления владельцам земли, на которой проводится добыча. Оба примера фактически отражают ту «сланцевую лихорадку», с которой столкнулись Штаты в последние годы.

Но чтобы оценить экономику того или иного сланцевого проекта с приемлемой степенью достоверности, необходимо сравнить два показателя: доходы, то есть выручку от продажи полученного газа, и расходы, где значительную долю составляют расходы на бурение и обустройство самой скважины.

Для примера возьмём месторождение Марселлус — самое рентабельное в США. Стоимость бурения скважины c проведением гидроразрыва пласта (ГРП) оценивается в 5 млн долл. При этом газа (метан) со скважины в среднем удаётся получить около 60 млн кубометров (этот ключевой показатель в дальнейшем мы будем называть «накопленная добыча», или EUR — в иностранной литературе), то есть в нынешних ценах (170 долл. за тыс. кубометров) примерно на 10 млн долларов. Если взять цены 2012 и 2013 годов, то получится 5,7 млн и 7,8 млн долларов. Конечно, остаётся ещё масса других расходов, но если стоимость полученного газа не окупает затраты на бурение (такие примеры мы увидим ниже), серьёзно рассматривать добычу на таких месторождениях не приходится.

Кроме того, на некоторой части месторождения Марселлус есть и «жирный» газ — помимо обычного газа из скважин поступает газоконденсат (этан-пропан-бутан) и конденсат (пентан и выше) которые можно выгодно продать по ценам 40–115 долл. за баррель — стоимость фракций C5+ по цене не сильно отличается от нефтяных котировок. И если такого конденсата на месторождении много, то в некоторых случаях это позволяет окупать добычу лишь на продаже газоконденсата, не сильно задумываясь о ценах на собственно природный газ. В газоконденсатном окне Марселлуса добываемый газ содержит до 2,7 барреля конденсата на 1000 кубометров, а с лучших скважин удаётся заработать на конденсате до 16 млн долл. В том числе и поэтому на Марселлус приходится половина всей американской добычи сланцевого газа.

Однако, далеко не все месторождения так хороши даже в США. Если на Марселлусе глубины порядка 2,3 км и есть газоконденсатное окно, то в Хейнесвилле всё по-другому. Глубина скважин здесь уже около 4 километров. А это приводит сразу к двум трудностям: во-первых, стоимость бурения скважины резко возрастает (как минимум — пропорционально увеличению длины вертикального ствола). Во-вторых, газоконденсаты на таких глубинах уже не встречаются, а значит — дополнительную прибыль здесь не получить. Поэтому, несмотря на то, что скважины Хейнесвилля показывают лучшую в США накопленную добычу, производство газа здесь падает, а буровые с месторождения сбежали в более выгодные регионы (сейчас это — в основном добыча сланцевой нефти).

Итого, при оценке мировых перспектив сланцевой добычи нужно обращать внимание на следующие параметры:

1) накопленная добыча скважины за всё время жизни;

2) цена на газ и др. продукты добычи в данном регионе;

3) глубины залегания сланцевых пластов, что, во-первых, влияет на стоимость бурения, а во-вторых, определяет наличие или отсутствие сопутствующего конденсата;

4) Кроме того, даже при равных глубинах стоимость бурения скважины различается от региона к региону и всегда значительно выше, чем в США. Это связано с различиями в развитости инфраструктуры, рельефе местности и др. параметрах.

И ещё одно замечание. К сожалению, в настоящее время параметры накопленной добычи посчитаны и даже замерены, но только для США. Это связано с тем, что в других регионах сланцевая добыча только началась. Поэтому часто оперируют начальным дебитом (то есть производительностью) скважины. Этот параметр в первом приближении позволяет оценить качество конкретной скважины. В то же время по этим данным не всегда легко достаточно достоверно оценить накопленную добычу. Ведь всё зависит от того, как быстро будет снижаться производительность скважины. Тем не менее, в данном материале мы позволили себе представить оценки накопленной добычи некоторых скважин за пределами США на основе данных об их начальных дебитах и с учётом имеющихся профилей добычи сланцевых скважин в США (мы взяли самые плохие профили, чтобы получить наиболее пессимистическую оценку). А теперь, на основании вышеописанного подхода, обсудим мировые перспективы сланцевой добычи газа.

Великобритания: очень и очень не скоро

У Великобритании с газом, как известно, последнее время проблемы. То Катар не продаёт, то зима холодная, и при всём этом год за годом собственная добыча углеводородов падает. Поэтому сланцевые амбиции звучат в речах вплоть до премьер-министра. Однако сланцевый вопрос Великобритании до сих пор политически не решён, и то, что даже разведка идёт крайне медленными темпами, говорит о том, что в обозримом будущем никакой реальной добычи здесь не предвидится. По данным британской геологической службы, разведочные скважины на сланцевый газ можно считать по пальцам одной руки:

Никаких данных о начальных дебитах, разумеется, пока нет, поэтому и данные по геологическим запасам сланцевого газа обсуждать не имеет смысла, ведь найти сланцевый газ не является особой проблемой, проблема — удастся ли его добыть с приемлемыми издержками.

Польша: в разы хуже, чем в США

Польша уже пробурила несколько скважин, но результаты пока слабенькие. Лучший результат зафиксирован на скважине Lebien LE-2H компании 3Legs Resources, где достигнуты суточные дебиты в 15,4 тыс. куб. м. По меркам США результаты плохие, но стоит отметить, что горизонтальный ствол был довольно коротким (1 километр) и это вторая экспериментальная скважина данной компании на польских сланцах. Поэтому вопрос о технологических возможностях добычи остаётся открытым. Тем не менее, намеревавшиеся развивать сланцевую добычу компании продолжают бежать из Польши. Американский гигант ExxonMobil и ещё несколько компаний отказались от разработки польских сланцев ещё в прошлом году, а уже в апреле 2014 года выяснилось, что и французская Total не будет продлевать свою лицензию на разведку.

Ведь экономически ситуация провальная. В Польше нет двух тысяч буровых установок под рукой, как это было в США перед сланцевой революцией. Как такового, рынка услуг бурения и ГРП тоже нет. В результате, стоимость бурения одной скважины оценивается в 10–15 млн долларов США. Свой вклад в эти расходы вносят и глубины пробурённых скважин — это порядка 4 км. Хотя аналогичная глубина, например, у месторождения Хейнесвилль в США. Но с оценочной накопленной добычей в 10 млн кубометров при цене газа в 400 долл. за тысячу кубометров польская скважина может дать газа на сумму в 4 млн долларов, что даже не окупает затраты на бурение. Даже, заметим, если бы эти затраты были на уровне американских. Всё это ставит под большое сомнение перспективы сланцевой добычи в Польше.

Китай: подтвердится ли неожиданный успех?

Газовая индустрия Китая вообще относительно молода. Поэтому Китай до сих пор находит и приличные традиционные месторождения с извлекаемыми запасами в 310 млрд кубометров. Кроме того, КНР уже достаточно активно развивает добычу газа из низкопроницаемых коллекторов (tight gas, около 33 млрд кубометров в год). Дебиты скважин там тоже не очень большие, поэтому бурить нужно достаточно много. Но Китай занимает вторую строчку в мире по количеству буровых установок (после США) с количеством около 1200 штук (точные данные не публикуются). Этот фактор в теории упрощает будущее развитие сланцевой добычи в Китае.

В последние годы китайские компании (Sinopec, CNPC, совместное предприятие CNPC и Shell, а также компания Yanchang) пробурили несколько десятков скважин на сланцевый газ. Дебиты, однако, оставляли желать лучшего, и всё это ставило под вопрос амбициозные планы Китая по добыче сланцевого газа. Правда, стоит отметить, что во многих случаях бурились «полуразведочные» вертикальные скважины, а не горизонтальные с проведением гидроразрывов. В то же время неготовность компаний к бурению горизонтальных скважин говорила в пользу того, что разведочные результаты были слабые.

Но буквально месяц назад ситуация поменялась после того, как Sinopec объявила о своих успехах на месторождении Фулинь (Fuling). На данный момент с уверенностью говорится о 2,1 трлн кубометров запасов и пробурена 21 экспериментальная скважина. Дебиты для сланцев настолько огромны (до 550 тыс. кубометров в сутки), что заставляют усомниться в качестве представленных данных. Ведь накопленная добыча скважин в таком случае должна превысить таковые на самом лучшем сланцевом месторождении США (по накопленной добыче) — Хейнесвилле. Если данные верны, то Китай ждёт определённый прогресс в сланцевой добыче. В любом случае, к новостям с месторождения Фулинь стоит присмотреться повнимательнее.

Но есть и сложности. Разработка месторождения идёт в провинции Сычуань, которая не отличается высокой плотностью населения и развитой инфраструктурой. Здесь и горный рельеф местности, и землетрясения. Глубина разрабатываемого пласта — около 4,5 километров, что также увеличивает стоимость бурения, которое составит не менее 15 млн долларов за одну скважину.

Канада: мало добывают из-за «лишнего» газа

Сланцевый газ в Канаде представлен бассейнами Монтни (Montney) и Хорн Ривер (Horn River). На данный момент добыча составляет 30 млрд кубометров в год, глубина залегания — 3,2 км. Накопленная добыча скважин составляет порядка 100–200 млн кубометров, что на уровне хороших скважин в США. Ситуация для канадской сланцевой (и традиционной) газодобычи усугубляется тем, что рынок перенасыщен, так как США снижают импорт газа из Канады. В итоге, бурение на газ снизилось в разы просто потому, что он не нужен. Всё может измениться, если Канада начнёт экспортировать газ в виде СПГ. А обилие разрешённых проектов по такому экспорту говорит в пользу того, что нарастить добычу при необходимости Канада сможет.

Сложный выход лучше тупика

Хорошо это или плохо, но мир начинает привыкать к добыче нефти и газа из сланцев, а в ближайшие лет двадцать «сланцы» будут вынуждены стать неудобной, но суровой реальностью для поддержки углеводородного века. На данный момент добыча только сланцевого газа в США сопоставима с суммарной добычей крупнейших стран-газодобытчиков. Уже активно добывает сланцевый газ Канада, надеется закрепиться здесь Китай. Но приходится привыкать к более глубокому залеганию, и глубины в 3–4 километра становятся нормой, осваиваются глубины до 6 км, что, конечно, увеличивает стоимость добычи. Но сотня долларов за баррель открыла доступ к нетрадиционным ресурсам углеводородов — «сланцы», битуминозная нефть, сверхтяжёлая нефть.

Пока данные по сланцевой добыче за пределами США публикуются фрагментарные. В дальнейшем качество таких новостей будет улучшаться, а количество увеличиваться. Цель настоящего материала — не только ознакомить читателя с состоянием сланцевой добычи за пределами США. Не менее важно было обсудить основные параметры газодобычи, что позволит в дальнейшем легче ориентироваться в обилии, на первый взгляд, не связанных друг с другом цифр, которые предоставляют нам новостные агентства.