Уважаемые читатели!

О громких русских кинопремьерах к 100-летию русской революции нам пока что ничего не известно. Скорее всего, их и не ожидается. Если суммировать причины — то у отечественных кинодеятелей в готовом виде на эту тему имеются лишь два шаблона. Первый — старинный, чёрно-белый, героический, со штурмом ворот Зимнего и неудержимым Лениным на броневике. Второй – пост-перестроечный, в жанре французской булки: на идиллическую царскую Россию дам с собачками сваливается из ниоткуда пьяная матросня и давай всех рубить.

Экранизировать заново «Ленина в октябре» никто не станет, потому что на него нет ни творческих позывов у мастеров искусства, ни госзаказа. А плакать о французской булке граждане в кино не ходят, что доказано десятками экспериментов.

В результате творцы не знают, что снимать о русской революции. Они даже не уверены, велено ли снимать о ней вообще, и уж точно не имеют представления о ней сами. Поэтому Леонардо ДиКаприо, вот уже десять лет согласный сыграть Ленина, — сидит без роли.

…И поэтому, вероятно, единственным фильмом к 100-летию революции у нас останется «Голодные игры. Сойка-Пересмешница. Часть 2».

Если вам интересно, какое отношение данное произведение имеет к нашему 1917-му (а также к нашему 1991-му и киевскому 2014-му), — давайте об этом поговорим.

Конечно, фантазийный мир Панема и Российская Империя столетней давности не одно и то же. Подростковая антиутопия — не историко-политическая аналитика.  История девушки Китнисс, которая просто хотела, чтоб её оставили в покое, — не байопик революционного матроса.

Но кое-какие банальные истины о природе революций вообще «Голодные игры» нам всё-таки напоминают…

Полный перечень банальных истин
от Виктора Мараховского
– на портале «История.рф»