…На самом деле, вот даже и не знаю, как это комментировать: президент США Барак Обама направил письмо в Конгресс, в котором уведомил этот самый Конгресс о продлении санкций против Ирана ещё на год.

Об этом «городу и миру», как водится, сообщила пресс-служба Белого дома.

А ровно за день до этого Россия и Иран подписали в Москве пакет соглашений на строительстве всё в том же Иране восьми ядерных энергоблоков, что для российского «Росатома» является на сегодняшний день крупнейшим зарубежным проектом.

Обе новости, в общем-то, вроде как экономические, но было бы смешно отрицать в том числе и их политическую составляющую: уж очень много в последнее время говорилось о том, что после Женевских соглашений США «обязательно договорятся с аятоллами» и Россия будет из региона неизбежно как минимум «вытеснена». Причём вытеснена за счёт иранской нефти и газа под мудрым руководством США, которые были вроде как готовы сделать Тегеран едва ли не своим «главным союзником в регионе (намёки на эту тему поступали, по крайней мере, из Вашингтона настолько регулярно, что даже порядком напугали, к примеру, тот же Израиль). И ещё Россия будет порядком ослаблена.

Ну что тут можно сказать. Результат, в общем-то, «на лице».

«Аятоллы», ко всеобщему «западному» удивлению, не захотели играть роль «благодарных туземцев» и предпочли лукавым ребятам из Белого дома куда более близких географически и надёжных политически ребят из Москвы и Пекина: это, в принципе, стало ясно уже, безусловно, не сегодня, но сегодня данные предпочтения были оформлены юридически.

Тут всё просто.

«Атомная сделка» Тегерана и Москвы рассчитана минимум на десятилетия (там, внутри, помимо всего прочего предусматривается ещё и закупка российского ядерного топлива, его последующая утилизация и, частично, техническое обслуживание на всём «протяжении» контракта). И все эти десятилетия высокие договаривающиеся стороны так или иначе обязаны поддерживать если уж и не откровенно «дружеские», то хотя бы деловые, партнёрские отношения. Иначе, учитывая «тонкость» работы в атомной отрасли, юридически-обязательный контракт вряд ли будет иметь какое-то серьёзное практическое значение.

И более того: раз уж развитие атомной энергетики позволяет Исламской республике высвободить из внутреннего потребления довольно серьёзные объёмы традиционных энергоносителей для экспорта, то (даже не сомневаюсь) стороны договорились и о согласованной экономической политике и в этой сфере. Иначе атомный контракт был бы куда менее выгоден Российской Федерации, а «Росатом», при всех его достоинствах и недостатках, — компания всё-таки государственная.

А это позволяет вполне определённо констатировать: данная сделка носит отнюдь не только экономический, но и вполне себе геостратегический характер. И, более того, является только одним из элементов выстраивающихся стратегических партнёрских отношений. Иначе, повторюсь, в такой «деликатной» сфере, как сотрудничество в области ядерной энергетики, не получается просто «математически». Слишком много факторов, которые при любых видах «взаимоотношений», кроме «партнёрских», могут данную сделку едва ли не в любое время сорвать.

 В общем-то, повторюсь, — в этом нет ничего удивительного: Иран, несмотря на то (тут не надо обольщаться), что является довольно «сложным партнёром», имеет весьма схожие с российскими стратегические интересы в регионе. Плюс ни нам, ни персам не нравится тот пылающий на Ближнем и Среднем Востоке «костерок», куда так активно подкидывают «дровишки демократии» адепты западной цивилизации.

Так что, думаю, — договоримся.

По крайней мере, по «китайскому варианту»: мы слишком разные и ментально и цивилизационно, чтобы быть «единым целым», да никто на это и не претендует и не навязывает друг другу свои «обязательные стандарты» в сфере внутренней общественной жизни. Но доброжелательными и надёжными по отношению друг к другу соседями и взаимовыгодными партнёрами мы быть способны вполне…