Организация стран — экспортёров нефти (the Organisation of Petroleum Exporting Countries — OPEC) создана (на конференции 1960.09.10–14 в Багдаде) для предотвращения конкуренции между ними и для создания того, что называют «рынок продавца» — когда продавцов достаточно мало, и они влияют на условия торговли в большей мере, чем покупатели. До недавнего времени она охватывала большинство крупных экспортёров и действительно всерьёз поддерживала цену на максимально терпимом для потребителей уровне. Но сейчас на нефтяном рынке появилось несколько новых крупных игроков. И главное — Соединённые Государства Америки, уже четыре десятилетия работавшие на этом рынке исключительно в качестве покупателей, вдруг неожиданно для всех снова стали продавцами. А ведь они ушли с нефтяного рынка в 1970-е по результатам тогдашнего нефтеторгового кризиса — того же самого, благодаря которому ОПЕК стала влиятельной.

1973.10.06, когда по иудейскому религиозному календарю отмечался Судный день и значительная часть личного состава вооружённых сил Израиля находилась в отпуску для молитв, Египет и Сирия атаковали Израиль. В первые пару дней они добились заметного успеха, но вскоре вернувшиеся в строй призывники и срочно мобилизованные резервисты перешли в контрнаступление. Оно развивалось столь успешно, что арабские экспортёры нефти объявили о прекращении её продажи западным странам до тех пор, пока те не добьются возвращения войск Израиля на исходные позиции. 1973.10.24 Война Судного дня завершилась. Но за это время цена нефти подскочила так резко, что арабы почувствовали вкус денег. Тогда они и начали всерьёз относиться к координации своей деятельности, чтобы поддерживать высокую цену.

Соединённые Государства Америки за век до тех событий стали одним из крупнейших в мире экспортёров нефти. Но к тому времени они уже не продавали содержимое собственных недр за рубеж, а использовали только внутри страны, да вдобавок контролировали — через услуги геологоразведки и разработки, поставку оборудования, а то и прямое владение — месторождения в других странах, чтобы оттуда получать нефть дешевле, чем могли добыть у себя. В разгар кризиса их собственной добычи не хватило для покрытия внутренних потребностей. Достаточно сказать, что очереди на бензоколонках растягивались на многие километры. По итогам этого кризиса СГА решили впредь свои месторождения вовсе не трогать, а оставить их стратегическим резервом на случай подобной же политической катастрофы и покрывать свои потребности исключительно импортом.

Чтобы импорт был возможен при любых экономических неурядицах (ведь в тот момент бушевал общемировой валютный кризис, и незадолго до Войны Судного дня СГА официально отменили золотое обеспечение доллара), они добились создания так называемых нефтедолларов — то есть договорились с членами ОПЕК, что те будут принимать в уплату за свой экспорт исключительно доллары (с полной гарантией отоваривания этих долларов всем, что сами СГА производят на экспорт). Это позволило им удержать главную роль доллара на мировом рынке, поставленную под сомнение валютным кризисом. Таким образом, им на какое-то время стала выгодна дорогая нефть. А когда оказалось, что дорогая нефть порождает серьёзные проблемы в американской высокотехнологичной — и потому энергоёмкой — промышленности, СГА вышли из положения, снизив издержки на рабочую силу путём вывода значительной части своих производств из своей страны в регионы, где оплата рабочей силы пренебрежимо мала. Правда, это в свою очередь породило проблему скрытой безработицы (её последствием стали, в частности, целые поколения людей, вовсе не умеющих работать). Сейчас осложнений, связанных с неиспользованием собственной американской рабочей силы, уже очень много. Например, нынешний массовый бунт в Фергюсоне — одно из свидетельств неприемлемости положения в стране: бунтовать начинают люди, уже пару поколений сидящие на разных формах пособий по безработице.

Для возрождения собственного производства СГА нуждаются в резком снижении энергетических издержек. Отсюда и нынешняя программа сланцевой нефтегазодобычи. Правда, сланцевый бум продержится всего несколько лет. Сейчас сланцевые нефть и газ в СГА дешёвые только благодаря тому, что там скопился громадный запас невостребованного бурового оборудования. Вследствие решения законсервировать собственную нефть американская промышленность, изготовляющая буровое оборудование, продолжила работу в основном на экспорт, а на внутренних складах скопилось неимоверное количество невостребованной техники. Именно благодаря дешевизне аренды разработка сланцевых месторождений, требующих в расчёте на единицу добычи бурения многократно большего, чем в классических пористых месторождениях, пока в СГА сравнительно дёшева. Понятно, этот бум сохранится недолго. По сути, только пока не будут сняты сливки (то есть разработаны самые удобные участки сланцевых месторождений) и пока естественный износ бурового оборудования не вынудит заказывать новое — по большей цене. Но этих нескольких лет в принципе должно хватить для восстановления значительной части рабочих мест — а там видно будет, как дела дальше пойдут. Уинстон Леонард Рэндолф-Хенрич Спенсёр Чёрчилл (1874.11.30–1965.01.24) отмечал: политический деятель думает о следующих выборах, государственный — о следующих поколениях. Вот американские политические деятели и хотят восстановить рабочие места хотя бы до следующих выборов.

Вдобавок сланцевая добыча не только сокращает закупку СГА нефти за рубежом, но и принуждает их продавать немалую часть добытого. Нефтепромышленность самих СГА давным-давно заточена под другие сорта сырья. Сланцевая нефть лёгкая: тяжёлые фракции нефти просто не могут просочиться сквозь тончайшие щели между слоями горной породы. Из сравнительно коротких углеводородных молекул даже высокооктановый бензин не получить, не говоря уж о смазочных материалах. Поэтому сланцевая нефть дешевле обычной, и чтобы оплатить ею свой привычный импорт, СГА экспортируют больший её объём, чем ввозят из-за рубежа. Это дополнительно давит на мировой рынок.

Есть, конечно, и другие причины обвала нефтяного рынка в целом. Так, спад мирового промышленного производства сократил общую потребность в энергии. Сокращение эмиссии долларов ограничивает возможности надувания биржевых пузырей. Но всё же, по мнению большинства аналитиков, именно сланцевый бум оказался главной причиной потрясения.

Такая долгая предыстория нужна, чтобы понять: что вообще в данном случае может сделать ОПЕК. Если ОПЕК просто резко сократит нефтедобычу, чтобы таким образом подстегнуть спрос и повысить цену, это даст лишь ограниченный эффект — ведь американцы, естественно, в ближайшие годы будут наращивать экспорт. Соответственно, цена хотя и вырастет, но незначительно. Таким образом, повышение цены не вполне компенсирует снижение её добычи, и бюджеты членов ОПЕК испытают очень серьёзное потрясение.

Поэтому, скорее всего, будет принято решение удерживать добычу на таком уровне, чтобы мировая цена нефти сделала нерентабельной американскую нефтедобычу. Это, конечно, тоже приведёт к убыткам, но в стратегической перспективе убытки окупятся, ибо как только сократится новое бурение в СГА, прекратится серьёзное влияние американской нефтедобычи на мировой рынок. Благодаря этому временные потери обернутся длительным выигрышем.

Полагаю, на конференции ОПЕК будет решено поддерживать цену примерно $80 за баррель сорта BRENT (Broom, Rannoch, Etive, Ness, Tarbert — названия пяти нефтеносных горизонтов в Северном море, откуда с 1970-го добывается сырьё для североевропейской нефтехимии). Сейчас эта нефть немногим дешевле такого уровня. Нефтяные экспортёры скорее всего пойдут на временные убытки ради удушения неожиданно взявшегося нового конкурента — и ради восстановления управляемости нефтяного рынка в целом.

Судя по динамике выбывания скважин в сланцевых месторождениях (то есть снижения добычи в скважине до полной нерентабельности её дальнейшего использования), такой уровень цен придётся поддерживать года два, а то и три. Для нас это, конечно, очень неприятно. Но резервов у нас на это хватит. Если же мы заодно займёмся использованием той части резерва, что размещена в американских — когда-то ценных — бумагах, то мы ещё и таким способом поспособствуем сокращению американской нефтедобычи. Ибо, насколько я могу судить, дешевизна её обеспечена не только запасами бурового оборудования, но и легкодоступностью кредитных ресурсов.