Одна из самых шокирующих тем в СМИ за последнее время — борьба финских властей против русских мам. У них отнимают детей. Действительно бесчеловечно: не дала русская мама конфетку дочке перед обедом — и вот уже примчались местные архаровцы и забрали дочку в приют. Дочка ревет, зовет маму — но ни в какую! Вот уж фашисты! Как можно в современном цивилизованном государстве так обращаться с семейными ценностями?

Знающие люди говорили мне, что финны очень страдали от малого притока «свежей крови». Из-за того, что Финляндия маленькая страна, выбор невест и женихов был ограничен. Это привело к росту генетических заболеваний. И якобы правительство всеми силами сейчас старается удержать в Финляндии детей из смешанных браков, чтобы избежать генетических проблем в будущем. Отсюда и все эти безобразные истории, когда при малейшей угрозе вывоза ребенка из смешанной семьи в Россию его фактически принуждают поменять семью на финскую или пытаются хотя бы засунуть в приют, отобрать у матери с отцом. Чтобы иметь законные причины для таких действий, были приняты законы, которые «защищают» детей. Причем чудовищно гипертрофированно, по моим домостроевским меркам.

Например, повышение голоса на ребенка или шлепок расцениваются здесь как проявление агрессии и могут служить доказательством нарушения прав ребенка со всеми вытекающими последствиями. Ребенок может позвонить в специальную службу — начнутся проверки, и ребенок может быть изъят из семьи. Сейчас в Финляндии 10 тыс. детей были «спасены» от родителей, что для пятимиллионного населения страны большая цифра.

И вот недавно я с некоторым содроганием увидел в российском телевизоре социальную рекламу — мол, жизнь начинается с первого шлепка, и надо, чтобы он стал последним. Оградим детей от насилия! И попробуй не согласиться — тут же назовут фашистом.

Я не согласен. Я – фашист. Я глубоко уверен: ни в коем случае нельзя отделять насилие в отношении детей от общей проблемы насилия в обществе. Мало того, вмешиваться в семейные устои, какими бы нецивилизованными они ни казались правозащитникам, очень и очень опасно. Это приводит к разрушению семьи и государства.

«Защитники» детей подходят к вопросу волюнтаристски, механистически. «Конвенция по правам ребенка», ставшая основой для многих государственных законов по защите детей, например, не делает различий между грудничками и шестнадцатилетними подростками — они обладают общими правами, хотя понимают их по-разному. Хотя любой детский психолог вам скажет, что трехлетний ребенок, восьмилетний или пятнадцатилетний — это три разных психотипа с разными мотивациями и разным поведением.

Например, конвенция утверждает право ребенка свободно выражать свои мысли. Значит, вы не имеете права делать замечания группам малолетних хулиганов, которые на всю улицу матерятся. Или просто орут во дворах — они имеют право выражать свои мысли. Они имеют право на свое мнение. А мнение родителей, если оно не совпадает с мнением детей? Например, что надо помыть посуду, а не валяться на диване перед телевизором или у сидеть за компьютерной игрой? Родитель может катиться куда подальше — согласно конвенции ребенок имеет право на отдых и досуг. Мало того, если начнешь упрекать ребенка в непочтительном отношении к родителям, конвенция жестко придержит тебя за локоть и укажет, что ребенок имеет право на равенство. Равенство с кем? С родителями? Тут вы достаете из штанов широкий родительский ремень, но пустить его в дело не имеете права — ребенок имеет право на защиту от насилия и жестокого обращения. Подзатыльник — это жестокое обращение? Конечно. А если ребенок в качестве эксперимента выбросил черепашку с балкона или проколол колесо у соседской машины?
У нас права ребенка прописаны на законодательном уровне. А вот права родителей — нет. Считается, что это внутреннее дело каждой семьи. В школах детям подробно рассказывают об их правах. К ним приходят специалисты, раздают брошюрки, дают номера телефонов, куда звонить, в случае если родители нарушают их права.

Мало кто при этом задумывается, что лет с четырнадцати подростки переживают трудный период, который часто выражается в конфронтации с родными. Причины этой конфронтации вам могут объяснить психологи. Через некоторое время она проходит, но вот в тот период — период полового и социального созревания, чадо вполне может упечь своих родителей за решетку просто на фоне истерики. Или освободиться от их «навязчивого» внимания.

Правозащитники! Нет никакого равенства в семье! Не надо вскрывать ей брюхо, вываливая наружу все подробности сложного процесса — часто с ошибками и жестокостью. Любовь к детям — это не только объятия и ласки. Тарас Бульба вообще убил своего сына, когда тот стал угрожать свободе Украины. Есть случаи крайние, но на это существует Уголовный кодекс. Главное — не лезьте к нашим детям со своими брошюрками, не вводите неокрепшие и неопытные души во искушение. Не плодите новых павликов морозовых. Иначе однажды Органы Опеки Придут и за вашими детьми, чадолюбцы вы мои!