Украинские финансово-политические кланы не ставят перед собой никаких экономических и политических целей. Поэтому России, как и народу Украины, не найти среди них ни друзей, ни даже врагов.

Тарас Шевченко, двухсотлетие которого Владимир Путин и Виктор Янукович на своей последней встрече договорились совместно отметить на самом высоком уровне, для Украины не просто поэт, а скорее цитатник по разным вопросам на злобу дня. Особенно вопросов политического характера.

Одна из строчек Шевченко по поводу того, что народу не суждено дождаться «Вашингтона с новым праведным законом», довольно часто используется для негативной характеристики местных политических элит. На контрасте с отцом-основателем США они обвиняются в нежелании преодолеть свои клановые интересы и сделать со свалившейся на их головы незалежной территорией хоть что-нибудь, выходящее за рамки текущей выгоды.

Именно в этом заключается суть главного противоречия украинской политики.

Богатеть за счет страны, но без нее

С одной стороны, правящий класс по своей природе почти полностью сформировался на освоении государственной собственности и демонтаже державы. Можно называть это приватизацией или разграблением — нравственная оценка произошедшего сильно зависит от позиций, с которых она делается. Естественно, что по своему целеполаганию, политическим и экономическим устремлениям украинские элиты являются детритофагами. Падальщиками, иначе говоря. В силу существовавших обстоятельств они научились богатеть за счет страны, но не вместе с ней.

Но при этом, с другой стороны, лавры того самого Джорджа Вашингтона не дают спокойно спать даже самым прагматичным представителям донецкой группировки. Стать у истоков ранее не существовавшего и пока еще не состоявшегося государства, направить его развитие так, чтобы Украина превратилась в субъект мировой политики или даже истории… О-го-го, какой шанс. Уникальный, можно сказать. Не каждому поколению выпадает. Пускай у предыдущих президентов ничего не получилось. Тем больше славы достанется тому, у кого получится. Ни один из современных украинских деятелей в здравом уме и трезвой памяти не сможет пройти мимо такого искушения. И если считать выборку из четырех украинских президентов репрезентативной, то ни один еще и не прошел.

Именно конфликт двух вышеуказанных тенденций определил политические, можно даже сказать, мировоззренческие установки тех, кто руководит сейчас Украиной. Эти же характеристики определяют отношения с Москвой. Украинские кланы активно вовлекают Россию в свою борьбу друг с другом, но при этом хотят, чтобы Кремль оставил местным элитам суверенное право осваивать остатки украинской госсобственности и даже не думал о посягательстве на «мечту Вашингтона». Хотя где-где, а в Киеве как раз-то хорошо понимают: Москва всегда будет стремиться решить «украинский вопрос». Цель Кремля для них совершенно понятна: вернуть Украину в свою сферу влияния, причем не в смысле какой-то ситуативной политической комбинаторики, а вернуть раз и навсегда. Но что ответить на это? Как совместить свои противоречивые стремления еще и с требованиями России? Каждая из политических групп, находившихся при власти, пыталась найти оригинальный ответ на этот вопрос. Естественно, не нашла.

Экономический базис украинской политики

Сейчас, глядя на разноцветную палитру украинского политикума, трудно поверить, что все это многообразие в своем генезисе имеет единую платформу. Все крупные капиталы и околовластные группировки сформировались в 90-е годы на основе торговли энергоресурсами. Отчасти местными (уголь и электроэнергия), но в большей степени российским газом и российской нефтью. Трейдерские группы, связанные с правительством и президентом, вначале получали право на продажу энергоресурсов промышленным предприятиям, а потом уже брали под контроль сам производственный сектор.

Первичное накопление шло стахановскими методами. С одной стороны, трейдер зарабатывал на газовой марже, а с другой — вынуждал «вверенные» его опеке предприятия продавать свою продукцию только через посреднические структуры. Такими способами аккумулировались средства на последовавшую вскоре приватизацию. Как правило, использовалась одна и та же схема в небольших вариациях.

В результате неэквивалентного сотрудничества государственных предприятий с трейдерскими группами очень скоро промышленные предприятия оказались в долгах у тех, кто продавал им энергоресурсы. Если упрощенно, эти долги возвращались путем продажи акций, и так трейдерские группы постепенно стали законными собственниками тех активов, которые до этого они контролировали неофициальными методами. Уже потом финансово-промышленные, бывшие трейдерские, группы обзаводились банками. В этом, кстати, отличие генезиса украинских кланов от аналогичных процессов в России. В РФ, наоборот, приватизация пошла именно с инициативы банковского капитала.

Конечно, эта среда не могла быть статичной. Днепропетровских — сильнейший клан 90-х годов — к настоящему моменту можно считать уже полностью разгромленными. Павел Лазаренко, который провел последние 15 лет в американской тюрьме, вряд ли даже захочет возвращаться на Украину после своего скорого освобождения. Его правая рука Юлия Тимошенко заключена в Качановскую колонию Харькова. Из многочисленных фаворитов Кучмы отчасти сохранил свое влияние и состояние разве что президентский зять Виктор Пинчук.

Донецкие, которые еще сравнительно недавно плохо даже представляли географию столицы (история о том, как начальник охраны Януковича десять лет назад нередко переспрашивал названия киевских улиц, — это не анекдот, а реальный факт), теперь стали силой, контролирующей на этой территории практически все. Сейчас уже внутри донецкого клана зреет сразу несколько группировок с разными интересами. В первую очередь это сам президент с сыновьями и некоторыми членами правительства. Обособленно держится самый богатый человек Украины Ринат Ахметов. Явно выделяется из общей массы регионалов нефтегазовое лобби, представленное руководителем администрации президента Сергеем Лёвочкиным, вице-премьером Валерием Хорошковским, министром Юрием Бойко и бизнесменом Дмитрием Фирташем. Претендует на самостоятельность группа братьев Клюевых.

В общем, конкретные персоналии из года в год могут меняться, кто-то выпадает из обоймы, но сами капиталы и активы растут и приумножаются. Над клановыми капиталами выстраиваются политические партии, которые сами по себе лишены не только какого-то значения, но даже идеологии. Массовые миграции профессиональных политиков из партии в партию — лишнее подтверждение этому факту. Поэтому Верховная рада, правительство и президент Украины за двадцать лет своей независимой истории видели более чем достаточно противоестественных союзов в политике — от сотрудничества коммунистов с олигархами до примирения националистов с теми, кто называл себя пророссийскими силами.

Политическая надстройка не России

Украина — не Россия. Наверное, это название книги второго президента Украины Леонида Кучмы — наиболее краткое и точное определение всего содержания украинской политики. Все очень похоже: люди, общество, система власти. Но это не Россия. Или пускай даже так — это наша, украинская часть России. Которая должна быть независимой. Но при этом всегда признавалось, что вся остальная Россия для Украины — это нечто большее, чем просто сосед или даже приоритетный экономический партнер.

Как уже было сказано, толчком к формированию украинских кланов стала торговля российскими энергоносителями. Разумеется, это требовало особых отношений с российской властью и российскими кланами. Поэтому путь на вершину властного олимпа в Киеве совершенно естественно лежал через Москву.

Еще один важный момент: исторически сложилось, что все украинские капиталы имели либо юго-восточное, либо столичное происхождение. Отдельные олигархи, да, могли быть и с Западной Украины. Например, Олег Бахматюк (который вообще держится подальше от политики) или уже упомянутый Дмитрий Фирташ (его считают чуть ли не главным агентом Кремля). Но в своей массе правящий класс был укомплектован выходцами именно с русскоязычного и пророссийского Востока. Этот факт имеет чисто экономическое объяснение — точками роста для финансово-промышленных групп были крупные предприятия металлургической, нефтеперерабатывающей и химической отраслей, которых объективно почти нет на Западной Украине. Галиция дала украинской политике нечто другое. Благодаря этому региону, имеющему антироссийские традиции, украинская политика обрела тот идейный стержень, без которого она была обречена задаваться вопросом: почему мы не Россия?

Излишне будет говорить о том, что украинские кланы точно так же сопротивляются попаданию под влияние Европы и США. Просто с Россией вопрос стоит более остро в силу ряда причин. Россия ближе, Россия важнее для украинской экономики, на Россию в большей степени ориентируется среднестатистический украинец. Поэтому Россия в данный момент опаснее.

Но это не мешает России быть образцом для подражания. Если посмотреть, сколько законов заимствует Верховная рада у российской Госдумы, то не останется никаких сомнений в том, какую политическую модель пытается построить нынешнее украинское руководство. Копируют не только дословно, но и достаточно оперативно. Два-три месяца — и аналогичный документ, только переведенный на украинский язык, подается на рассмотрение парламента.

У ЕС, впрочем, тоже заимствуют. Только есть важное отличие. Европейские нормы принимают из-под палки, после клятвенных обещаний в Брюсселе, что Украина действительно движется в сторону демократических стандартов цивилизованного мира, осуществляет реформы и жаждет взаимопонимания, а еще больше — помощи. Российское же законодательство заимствуется тихо и бескорыстно. Странно даже, что этот вопрос не поднимается на уровне межгосударственного сотрудничества.

Москва, как обычно, должна

Есть, конечно, на Украине также идейные сторонники союза и даже воссоединения с Россией. Их политическое влияние невелико — и понятно почему. Нет экономического базиса. Их не будут спонсировать местные кланы, потому что такой вектор противоречит генеральной линии украинской политики. Их, разумеется, не может спонсировать в достаточных объемах и Россия. Во-первых, Украина не такая маленькая страна, чтобы можно было профинансировать ее политическое развитие в нужном для Москвы направлении. Во-вторых, как бы это выглядело в глазах Киева и особенно Запада?

Проще сказать, чего Москва не может и не должна делать на Украине. Москва не может и не должна решать за незалежный правящий класс проблемы его целеполагания. Хотите строить свою маленькую Россию, в которой у вас есть все права, но нет никаких обязательств относительно будущей судьбы этой страны? Это, конечно, ваше право. Когда зайдете в тупик, скажете.

Москва не может и не должна в ходе внутриукраинской борьбы становиться на сторону какого-то одного политического клана. Есть надежда, что нынешний президент Украины все-таки дал какой-то урок кремлевскому руководству. Или кто-то до сих пор думает, что якобы «пророссийский» Виктор Янукович на посту президента чем-то отличался бы от якобы «националистки» Юлии Тимошенко? Какая разница между донецкими или днепропетровскими? Это люди одного круга, одних жизненных установок, и в аналогичных ситуациях они поступают по одному шаблону. Юлия Тимошенко, будь она сейчас на посту президента, точно так же пошла бы на продление аренды севастопольской базы Черноморского флота и точно так же до последнего сопротивлялась бы вступлению Украины в Таможенный союз.

Единственное, что Москва может попробовать сделать, так это способствовать появлению реальных идеологий в украинской политике. Не финансировать партии, а способствовать идейно, организационно, наконец, «телевизионно» (значительная часть населения Украины смотрит российское телевидение). Чтобы политические силы, наконец, определились, за что и против кого они выступают. В конечном итоге добиваться если не отчуждения украинской политики от клановой системы, то хотя бы частичной ее независимости. Кстати, разве не этого хочет сама Украина?

Персонажи

Александр Янукович

Старший сын президента Украины. Является формальным бизнес-лидером семьи Януковичей. Получил медицинское (врач-стоматолог), а позже — экономическое образование в Донецком национальном университете. Основные сферы его бизнеса: строительная, банковская и теневая (ростовщическо-угольная). В 2012 году стоимость его активов, по оценкам аналитиков одной из ведущих украинских инвесткомпаний, составляет почти 110 млн долларов и стремительно увеличивается. В августе 2012 года украинское издание «Корреспондент» представило ежегодный рейтинг самых влиятельных украинцев, в котором Александр Янукович занял четвертое место, поднявшись за последний год сразу на 26 позиций. Как отмечает издание, история взлета бизнеса сына президента «очень украинская»: самый активный прирост пришелся на те годы, что его отец занимает пост главы государства, при этом активы находятся в Донецке.

Ринат Ахметов

Самый богатый украинский бизнесмен. Владелец компании System Capital Management (СКМ), народный депутат Верховной рады с 2006 года. По версии Forbes, состояние Ахметова в 2010 и 2011 годах было оценено в 16 млрд долларов (39-е место). В то же время инвестиционная компания Dragon Capital оценила активы Ахметова в 2011 году в 25,6 млрд долларов. Сейчас СКМ — управляющая компания крупнейшей финансово-промышленной группы Украины, деятельность которой сконцентрирована в горнометаллургической, энергетической, финансовой сферах бизнеса, а также в телекоммуникациях, медиабизнесе, недвижимости, розничной торговле, глинодобыче, торговле нефтепродуктами, сельском хозяйстве, торговле медикаментами, машиностроении и транспортном бизнесе. В 2012 году на долю предприятий группы СКМ приходится 52,88% от общей выплавки стали на Украине.

К концу 90-х Ахметов стал самым влиятельным человеком в Донбассе, неформальным лидером так называемого донецкого клана. Именно с его подачи и под его патронажем началась политическая карьера Виктора Януковича.

Дмитрий Фирташ — Валерий Хорошковский — Сергей Лёвочкин

Фирташ. Глава совета директоров Group DF, глава Объединенного движения работодателей Украины, сопредседатель Национального трехстороннего социально-экономического совета при президенте Украины (НТСЭС), сопредседатель Совета отечественных и иностранных инвесторов при министерстве образования и науки, молодежи и спорта Украины. По состоянию на март 2012 года журнал «Фокус» оценил состояние Фирташа в 2,834 млрд долларов. Бизнесмен стал одним из рекордсменов по увеличению состояния, за последний год он практически удвоил прошлогодний результат. В 1993 году Фирташ наладил торговые связи со Среднеазиатским регионом и организовал поставки продовольствия в обмен на природный газ и в дальнейшем именно на торговле газом строил свой бизнес. Позже начал инвестировать в химическую промышленность. На сегодняшний день предприятия и компании Фирташа осуществляют деятельность не только на Украине, но и в Австрии, Венгрии, Германии, Италии, на Кипре, в Таджикистане, Швейцарии, Эстонии.

Хорошковский в середине 90-х годов возглавлял фирму «Меркс Интернэшнл» — крупнейший на тот момент на Украине производитель мебели, в 33 года — в 2002 году — стал министром экономики и европейской интеграции в правительстве Януковича. В 2004 году занял пост исполнительного директора «Евраз Групп», владея 2,08% акций этой компании. При президенте Ющенко занимал должности председателя Государственного таможенного комитета, заместителя секретаря Совета национальной безопасности и обороны, главы Службы безопасности Украины. Сейчас — первый вице-премьер правительства Азарова. Лёвочкин начал политическую карьеру как помощник на тот момент губернатора Донецкой области Виктора Януковича. С 1999 по 2005 годы прошел следующие карьерные ступени: консультант президента Украины, референт президента Украины, помощник президента Украины, 1-й помощник президента Украины Леонида Кучмы. С апреля 2008 года — заместитель председателя Партии регионов, сейчас — глава администрации президента. Заметной деятельности, связанной с бизнес-структурами, не ведет.

По мнению экспертов, именно группа Фирташ — Хорошковский — Лёвочкин имеет серьезное, если не ключевое, влияние на международную политику Украины через «своего» министра иностранных дел Константина Грищенко, на энергетику через профильного министра по вопросам ТЭК Юрия Бойко.

Виктор Пинчук

В 1990-м создал инвестиционно-научную группу «Интерпайп». Изначально «Интерпайп» была дилером газовой компании «Итера», в составе специально созданной корпорации «Содружество» занималась импортом туркменского и российского газа. По данным журнала Forbes, состояние Виктора Пинчука по итогам 2011 года оценивалось в 4,2 млрд долларов (в 2010 году — 3,3 млрд долларов). Сегодня финансово-промышленная группа «Интерпайп» в той или иной степени контролирует несколько десятков предприятий, преимущественно — в сфере трубной промышленности и металлургии, а также ряд телеканалов. Супруга бизнесмена — Елена Пинчук (возглавляет благотворительный фонд «АнтиСПИД») — дочь экс-президента Украины Леонида Кучмы. На сегодня, возможно, самый крупный украинский меценат, владелец центра современного искусства PіnchukArtCentre в Киеве.

Андрей Клюев

По свидетельствам соратников, «Клюев — это очень давний и верный помощник Януковича, который был неразлучен с ним. Один из наиболее активных акционеров группы старых донецких». С 1994 года — заместитель председателя Донецкого облсовета, в 1998–2002 годах – заместитель на тот момент губернатора Виктора Януковича. Занимал пост вице-премьер-министра по ТЭК в правительстве дважды — с 2003 по 2005 год, с 2006 по 2007 год. В феврале этого года был переведен с поста вице-премьер-министра — министра экономического развития и торговли Украины на должность секретаря Совнацбеза, что многими было воспринято как понижение. За 2011 год Клюев задекларировал максимальный доход среди госслужащих Украины — 29,3 млн гривен. Андрею Клюеву и его родному брату Сергею принадлежат активы промышленно-инвестиционной корпорации «Укрподшипник», в которую входят предприятия цветной металлургии и топливно-энергетического комплекса. В 2011 году журнал «Фокус» оценил состояние Клюевых в 900 млн долларов, а годом ранее журнал «Корреспондент» — в 100 млн долларов. По информации прессы, в сферу интересов группы Клюева входят также космос и связь. Также пресса утверждает, что именно люди Клюева возвращаются к руководству украинским ВПК.

Игорь Коломойский

Наиболее закрытый персонаж высшей касты украинского бизнеса. Проживает в Швейцарии, имеет израильское гражданство. По данным журнала Forbes, состояние Коломойского по итогам 2011 года оценивалось в 3 млрд долларов (в 2010 году — 2,5 млрд долларов).

В марте 1992 года со своими партнерами создал группу «Приват», которая на сегодняшний день является одной из самых могущественных бизнес-империй Украины с интересами во всевозможных отраслях. Точно установить, какими именно активами на сегодняшний день владеет Коломойский, довольно тяжело — бизнесмен предпочитает действовать непублично через многочисленные подконтрольные ему офшорные компании.

Украинские СМИ и эксперты периодически заявляют о том, что именно Коломойский принимает активное участие в финансировании националистов из «Свободы». Сам бизнесмен в одном из интервью заявил, что видит, как «Свобода» явно сместилась от ультранационализма ближе к центру, стала более умеренной» «поэтому имеет все шансы стать очень перспективной силой».

Петр Порошенко

Украинский политик, предприниматель, в настоящий момент — министр экономического развития и торговли в правительстве Николая Азарова. По данным журнала Forbes, состояние Порошенко по итогам 2011 года оценивалось в 1 млрд долларов, в 2010 году — в 384 млн долларов. Контролирует группу «Укрпроминвест» и телевизионный «5 канал», имеющий и по сей день репутацию «прооранжевого». Кум Виктора Ющенко после победы последнего на президентских выборах в 2004 году был близок к премьерскому посту, но в итоге был назначен секретарем Совнацбеза. Также работал на должностях министра иностранных дел Украины, главы совета Национального банка, был депутатом Верховной рады.

Павел Лазаренко

Премьер-министр Украины при президенте Кучме — с мая 1996 по июль 1997 года, сейчас находится в заключении в США. Согласно рейтингу самых крупных коррупционеров мира, составленному в 2008 году Всемирным банком, вошел в число десяти самых коррумпированных государственных чиновников мира. По официальным данным ООН, похитил около 200 млн долларов из госбюджета Украины. В одном из интервью в 2009 году Лазаренко заявил: «Мое время еще впереди. Я обязательно вернусь на Украину и отвечу на все вопросы, расскажу правду, которую долгие годы, проведенные в изоляции, мне приходилось скрывать». В марте 2006-го на местных выборах Лазаренко был заочно избран в Днепропетровский областной совет. В настоящий момент срок его заключения в США подходит к концу.

Юлия Тимошенко

На президентских выборах 2010 года получила 45% голосов избирателей — всего на 3% меньше, чем победитель Виктор Янукович, однако сейчас находится в заключении и не участвует в парламентских выборах. По версии журнала Forbes, после «оранжевой революции», в 2005 году, являлась третьей по влиянию женщиной в мире. В 1991 году Тимошенко учредила совместно с мужем корпорацию «Украинский Бензин», которая к 1995 году превратилась в промышленно-финансовую корпорацию «Единые энергетические системы Украины» (ЕЭСУ) с годовым оборотом 11 млрд долларов. Согласно официальной версии, пользуясь поддержкой председателя партии «Громада», премьер-министра Украины Павла Лазаренко, располагала монополией на торговлю российским природным газом на Украине.

Леонид Кучма

В 1992–1993 годах — второй премьер-министр Украины, в 1994–2005-м — второй президент Украины. По некоторым оценкам, в частности журнала «Мысль», личное состояние Кучмы составляет 1,5 млрд долларов. Сейчас возглавляет благотворительный фонд «Президентский фонд Леонида Кучмы «Украина». Сразу после его победы на выборах президента Украины в июле 1994 года на высокие посты в государстве были назначены «днепропетровские», а к осени 1996 года, по данным СМИ, число представителей днепропетровской группы во всех трех ветвях украинской власти, а также в армии, банках, церкви, средствах массовой информации, профсоюзах, молодежных и женских организациях превысило 200 человек. Однако в июне 1996 года премьер-министр Павел Лазаренко (ранее губернатор Днепропетровской области) начал собирать собственную «днепропетровскую» команду, и Кучма воспринял эту деятельность премьера как вызов. После выяснения отношений и отставки Лазаренко с поста премьера могущественный днепропетровский клан раскололся на несколько отдельных групп.  

Другие материалы главной темы