Эту ироничную дефиницию знаменитого ИД «Ъ» — Издательский дом «Диверсант» — озвучил как-то легендарный ТВ-гуру. Улыбнуло. Тем же вечером рассказал про шутку одному из именитых выпускников «Ъ»: мы обсуждали уход Сергея Мостовщикова из очередного проекта и его интервью, в коем тот точно объяснил: — Дети Яковлева, дети его гнезда — это культура таких пингвинов ученых, которые рассказывают воробьям, как долететь до загадочных стран, непостижимых воображению.

Мой собеседник, человек темпераментный & неравнодушный, завелся по поводу трансформации своей журналистской альма-матер и ее основателя Владимира Яковлева, изгнанного в прошлом году одним из кандидатов в президенты РФ «за растраты» (ТВ-канал «Дождь» озвучил: «Яковлев увел из бюджета «Сноба» большую часть денег, и факты этого преступления стали известны самому Михаилу Прохорову»). Смысл ламентаций моего визави сводился к тому, что был наивным слепцом и не понимал 20 лет назад, какой конторой был диверсионный «Ъ» и что за проходимец был его основатель.

Вот категорически я не согласен. Конечно, в известном смысле запуск «Коммерсанта» был разрушителен, но поначалу лишь для медиасреды: зарплаты в сотню долларов, которые стал платить Яковлев рядовым сотрудникам, были невообразимыми в то время, когда спецкорры органов ЦК ВЛКСМ получали в лучшем случае вдвое меньше. При этом Яковлев, вне сомнений, был новатором, а «Коммерсант» стал новым словом в истории отечественного медиабизнеса, мегабрендом, олицетворяющим этот самый бизнес. Но ничто не вечно в этом лучшем из миров, меняются и форматы.

Тот же ИД «Коммерсант», купив еженедельник «Огонек», трансформировал издание в совершенно иной продукт. Но разве должен этот журнал оставаться таким, каким делали его предшествующие команды или, например, революционным + прорывным, что был он под водительством Виталия Коротича? Нонсенс. Да и сам Коротич не обязан быть подвижником того перестроечного образца, который я попытался ретроспективно описать в книге «Красная дюжина. Крах СССР: они были против».

Люди меняются, их детища мутируют. Не всегда в худшую сторону, кстати. Однако публика, тоскующая по стабильности, не желает, как правило, замечать подвижки. И бывает разочарована, когда результаты трансформаций им предъявляют. Так, всю прошлую неделю в блогосфере кипели страсти по поводу цирка, который устроила из очередного дня рождения Аллы Борисовны «звездная пара» Пугачева/Галкин.

Телевед (редактор & ведущая программ «Смотрим телевизор» и «Время гостей») Анна Качкаева в своем Facebook’e отметила: «Алла на фоне пасхальных торжеств само по себе сильно). НТВшники довели идею сакральных «прямых линий», а заодно и будущих великих торжеств (вертолетный «полет Валькирии» над замком Галкина) до величайшего гротеска... Посмотрим, насколько Алла способна не надоесть стране».

По комментам к паре моих газетных публикаций на прошлой неделе, провивисективших «феномен Аллы Пугачевой», дерзну сделать вывод: внимание блогосферы к Женщине-Которая-УжеНе-Поет сродни брезгливому любопытству к неугомонной Ксюше Собчак: смотрят, но с омерзением. Страна же по-прежнему смотрит на Пугачеву вполне себе с симпатией, заставившей модный «Дождь» бежать вслед за эфирными каналами и изо всех сил зазывать супругу Галкина в программу к Ксюше, отцу которой Примадонна симпатизировала, а потому не смогла отказать. Любопытно было наблюдать за странным разговором столь разных существ. Особенно смешны были попытки Собчак вынудить Пугачеву признать ее своей «преемницей». Про ТВ-диалог этих двух дам та же Качкаева заметила: «Интервью идет, а разговор нет. Любопытно ощущение несовпадения, когда одна играет в шахматы, а другая — в нарды».

Что я хочу сказать. Рейтинг, тиражи, цитируемость и все прочее не всегда есть показатель любви/ почитания. Интерес — да. Восхищение — необязательно. Серийные убийцы вниманием прессы & социума не обделены, но восторг ведь не у многих, право, вызывают. Многие герои вчерашних дней сейчас и не герои вовсе, а даже как бы наоборот. Хотя востребованы порой ничуть не меньше. От любви до ненависти дистанция короче, чем кажется, интерес при этом может не пострадать. И «Коммерсант» не всем своим выпускникам ныне по нраву. А что касается словосочетания, меня позабавившего, то в комментах к посту в блоге, где упомянул о подслушанном приколе, вскоре узрел трансформированное: Израильский дом «Диверсант». Свобода интерпретаций. И метаморфоз.