МИРОВОЙ КОМПРОМИСС: КТО ВЫБИРАЕТ УКРАИНСКОГО ПРЕЗИДЕНТА

Не берусь анализировать причины массового помешательства. Могу лишь констатировать, что в такой атмосфере мы обречены на вечный кризис. И тот, кто думает, что политический коллапс случился на Украине в 2004 году, глубоко заблуждается. На самом деле политический кризис начался в далеком 1989 году, когда в итоге проигрыша в холодной войне на восточноевропейские территории была привнесена идея либеральной демократии как единственно верного государственного устройства, и вот уже 20 лет мы развиваемся в парадигме, которая задается за пределами нашего государства. Мы можем голосовать за кого угодно, но, пока управляющий проектом «либеральная демократия» вне Украины, до тех пор избранным президентом будет считаться тот, кого признали официальные структуры в Европейском союзе и США. Таковы правила игры. Ярлык на киевский престол выдают сегодня Госдепартамент США и Еврокомиссия. Поэтому говорить, что Янукович выиграл выборы, потому что набрал на 800 тысяч голосов больше, чем Тимошенко, в корне неверно. Янукович получил право быть украинским президентом только потому, что его электоральное преимущество легитимизировали извне. Все, включая Россию, которая не рискнула повторить дерзость пятилетней давности и приветствовать Януковича, затаив дыхание, ждали реакции США. И только после того, как свои поздравления прислал Барак Обама, все облегченно вздохнули.

Не исключаю, что украинские выборы стали разменной пешкой в геополитической игре США и России. Ровно в то время, когда США определялись, признавать ли Януковича победителем, шло массовое наступление на ближневосточном фронте — Кремль активно склоняли к санкциям против Ирана, а Израиль фактически развернул мобилизацию в регионе. Поэтому те украинские граждане, которые искренне верят, что они прямо влияют на то, кто будет главой государства, глубоко заблуждаются. Потому что суть проекта либеральной демократии заключается вовсе не в электоральных примочках, а во внешнем управлении квазисуверенными государствами.


ВОСТОЧНОЕВРОПЕЙСКИЙ КОМПРОМИСС: ЗАЧЕМ ВЫБИРАЮТ УКРАИНСКОГО ПРЕЗИДЕНТА

Украина является пограничным государством, находясь на линии геополитического разлома. Об этом еще в конце 80-х недвусмысленно говорил Бжезинский. Это имели в виду мировые державы, когда настаивали на лишении нас ядерного статуса. Именно на этом основании США и ЕС активно продвигали проект управляемого хаоса — «оранжевую революцию». Ровно поэтому Вла­димир Путин так активно боролся за якобы «своего» Виктора Януковича пять лет назад.

Украина — лакомый кусок в большой игре в Восточной Европе. Будучи вторым по значимости осколком империи, Украина является ключевым элементом геополитической мозаики. Суверенная, индустриально развитая Украина автоматически стремится к объединению с Россией, Белоруссией и Казахстаном, что чревато появлением нового серьезного геополитического игрока. Соответственно такая Украина не может никоим образом участвовать в евроатлантических интеграционных проектах НАТО и ЕС. Многовекторность имени Леонида Кучмы возможна лишь как кратковременный обман, который рано или поздно вскроется. Кстати, Кучма был вовсе не оригинален — автором восточноевропейской многовекторности можно считать юго­славского лидера Иосипа Броз Тито, который без малого 20 лет балансировал между СССР и Западом.

При этом надо понимать, что Украина не смогла вписаться в евроатлантический проект по двум причинам. Во-первых, Украина все еще достаточно ин­дустриализирована, а сворачивание промышленности является ключевым требованием для евроатлантической интеграции. Во-вторых, на территории Украины проживает слишком большое количество населения, которое связывает судьбу страны и своего региона с реинтеграцией в рамках бывшего СССР. В этом смысле Виктор Янукович вроде бы является выразителем интересов Юго-Востока. Но в то же время состояние фактически расколотого государства вряд ли позволит ему сделать значительные подвижки в вопросах реинтеграции и воссоединения. Таможенный союз, ЕЭП, ЕвразЭС, ОДКБ — все эти проекты развиваются без нас, иногда вразрез с нашими интересами. Мы не принимали участие в проектировании этих объединений и уж вряд ли будем принимать участие в управлении ими. Потому что те пять лет, которые Украина потеряла с Виктором Ющенко, придется наверстывать не одно десятилетие.

КОМПРОМИСС ЭЛИТ: КТО УПРАВЛЯЕТ УКРАИНСКИМ ПРЕЗИДЕНТОМ

Виктор Янукович может попытаться укрепить государственную вертикаль. В отличие от других украинских ФПГ, «донецкие» пошли по пути политического оформления своего влияния. Поэтому Партия регионов сегодня является, пожалуй, единственной партией в полном смысле этого слова. При этом, конечно же, как и весь украинский политикум она глубоко олигархична и непублична, но, в отличие от хуторского кумовства Ющенко и политического сектантства Тимошенко, хотя бы способна удержать и укрепить вертикаль власти. Конечно же, процесс этот будет проходить в фирменном «донецком» стиле — кондово, непублично и зачастую вразрез с общественным мнением. Но для государства Украина сей опыт, безусловно, полезен. Потому что по большому счету еще ни разу государственная власть не принадлежала политической партии.

Вторым явным плюсом Януковича является управленческая преемственность, которую смогли сохранить регионалы. В их рядах есть как еще советские мастодонты государственного менеджмента вроде Азарова, Звягильского, Тихонова и Богуслаева, так и молодая поросль, пришедшая преимущественно из крупного частного бизнеса (братья Клюевы, Колесников, Бойко и т.д.).

Повторюсь: Украине полезен опыт партийного управления государством. Тем более что регионалы будут находиться под постоянным давлением конкурентов и оппозиционеров, а это бодрит.

Правда, какой государственный менеджемент ни внедри, ситуация в целом вряд ли изменится, потому что украинская власть привыкла жить в тактической реальности и осуществлять оперативное управление. Последняя модернизация на территории Украины проходила в середине 70-х годов прошлого века, да и то частичная. Значительная часть производств в таких сферах, как, например, сельхозпроизводство, ЖКХ, черная металлургия, атомная энергетика, су­достроение, не реформировалась с момента возникновения. Частный же менеджмент в последние 15 лет хозяйствования рассматривал про­изводства исключительно как способ извлечения быстрой прибыли.

Так что Партии регионов, несмотря на достаточно крепкую управленческую вертикаль, вряд ли удастся справится со стремительно деградирующим индустриальным наследством Украины. Потому что для этого им по крайней мере нужно понять, что прибыль не есть главный критерий эффективности. Но Партия регионов, к сожалению, является типичной либерально-консервативной партией крупного капитала с тонкой прослойкой высокопоставленного чиновничества. И этой неповоротливой, состоящей из десятков групп влияния структуре будет сложно отвечать на вызовы времени, количество которых будет расти со скоростью снежного кома.

Именно поиск ответа на вызовы, которые будут возникать в ходе лавинообразного мирового кризиса, и будет новой повесткой дня. На этом фоне весь «оранжевый», «евроатлантический», «антисоветский», «языковой», «бандеровский» дискурсы отойдут на задний план и станут глубоко маргинальными. И если новой власти хватит исторической мудрости обсуждать с населением истинные вызовы, стоящие перед страной, то у Украины есть шанс стать современной страной. Но пока что мы вместе с Грузией и Молдавией остаемся восточноевропейским центром хаоса, на примере которого можно изучать то, как не стоит управлять собственным государством.