Проходившие 16 марта выборы президента Молдавии следовало бы назвать «попыткой выборов». Молдавия — парламентская республика, и чтобы тот или иной кандидат стал президентом, за него должен был проголосовать как минимум 61 депутат из 101.

Поскольку между собой парламентарии договориться не могли, Молдавия почти три года жила без президента. Что, впрочем, не делало жизнь в республике ни лучше, ни хуже.

Материал сдавался в печать накануне выборов. На тот момент молдавские СМИ назвали единого кандидата от правящего альянса «За европейскую интеграцию». Это 63-летний председатель Высшего совета магистратуры Николае Тимофти. Высший совет — особый орган государственной власти, главными задачами которого являются подбор кандидатур на должности судей и прокуроров, а также осуществление функции дисциплинарного совета судей.

Правящая коалиция «За европейскую интеграцию» имеет 58 мест в парламенте, в нее входят три партии: демократы, либералы и либерал-демократы. Еще есть состоящая всего из трех депутатов группа социалистов Игоря Додона и многочисленные коммунисты (39 депутатов), которые бойкотируют заседания парламента и вот уже почти месяц проводят в Кишиневе митинги протеста, требуя роспуска парламента, досрочных выборов и отставки правительства. Они же грозили, что не признают результатов выборов, поскольку все, что ни предложит правящая коалиция, будет «просроченным товаром».

Возможно, коммунисты рассчитывали на то, что по Конституции провал голосования по кандидатуре президента автоматически запускает процедуру роспуска парламента. А такое начиная с 2009 года происходило в Молдавии дважды. Сначала голосов для избрания президента не хватило коммунистам, которые имели тогда большинство депутатских мандатов. В результате парламент был распущен, проведены досрочные парламентские выборы, которые и привели к власти нынешний альянс «За европейскую интеграцию».

Потом ситуация повторилась. Парламент был вновь распущен. После очередных выборов, прошедших в конце 2010 года, расклад сил в законодательном органе остался примерно таким же. То есть альянс «За европейскую интеграцию» сохранил власть и, поскольку имел в парламенте простое большинство, сформировал правительство. Мандатов не хватило лишь для избрания главы государства, но, повторимся, для Молдавии это было некритично.

С датой выборов президента можно было определиться уже давно, но, как утверждают наблюдатели, с этим шагом под разными предлогами затягивала Либеральная партия, которая, в частности, предлагала детально обсуждать сразу многих кандидатов на президентский пост. Но на этот раз либералы согласились с коллегами и проголосовали за проведение выборов. Говорят, что и социалисты из группы Игоря Додона тоже были настроены на выборы, а это как раз те самые три мандата, которые вкупе с 58 мандатами правящего альянса могли помочь республике наконец обрести главу государства.

Если говорить о последствиях выборов (попытки выборов) президента Молдавии, то их, скорее всего, не будет. Парламентарии могут избрать либерала, социалиста или даже коммуниста — эффект будет один и тот же. Специфика Молдавии как маленькой и лишенной ресурсов страны в том, что она очень зависит от более сильных и богатых соседей. В данном случае — от Румынии, Украины и, конечно, России, которая хотя и не имеет с Молдавией общей границы, но зато наряду с Евросоюзом является для местных жителей одним из альтернативных центров притяжения. Еще Россия поставляет сюда газ и является крупнейшим рынком сбыта молдавских фруктов, овощей и вина — в периоды, не омраченные разборками с Роспотребнадзором.

Одна часть жителей Молдавии считает, что их страна должна ориентироваться на Россию. Другая — сторонники объединения с Румынией и интеграции в Евросоюз. Правда, интеграционные настроения в 90 процентах случаев объясняются вовсе не братскими чувствами к румынскому народу и не приверженностью к европейским ценностям, а элементарным желанием беспрепятственно ездить на заработки в Европу (по некоторым данным, до 25 процентов трудоспособного населения страны работает за границей). Но это простые люди. Что же касается политиков по обе стороны молдавско-румынской границы, то для них все разговоры об объединении — обычная болтовня в борьбе за рейтинг. За рейтинг борются как молдавские, так и румынские националисты, которые поддерживают своих политиков и за счет этого живут.

Однако по здравому размышлению молдавским начальникам присоединение к Румынии ни к чему: для чего им расставаться с портфелями и идти в Румынию — на третьи (и это в лучшем случае) роли? Точно так же Румынии не очень нужна Молдавия. Земли здесь плодородные, но возникнет вопрос: куда девать людей, всех этих молдаван, гагаузов, русских, украинцев? Румыны у себя дома живут не так чтобы богато, а тут придут голодные и работящие «новые европейцы» — что тогда?

Тем более что румын за границей (то есть в старой, настоящей Европе) в последнее время берут на работу все неохотнее: зарекомендовали себя не очень, а молдаванину найти место значительно легче. Многие румыны даже специально косят под молдаван, о чем, впрочем, знают работодатели. Один кишиневский знакомый, долго работавший в Израиле, рассказывал, что там при приеме на работу гастарбайтерам, которые утверждают, что они молдаване, специально задают вопросы на русском языке. Если не понимают, значит, они не молдаване. Есть, правда, версия, что Румынии нужна даже не сама Молдавия, а территория, которую она считает своей и называет Северной Буковиной, а именно часть Одесской и Волынской областей. Для этого Румыния якобы и хочет Молдавию вместе с ПМР, с тем чтобы потом обменять Приднестровье на желаемую часть Украины.

Кстати, бывший украинский президент Ющенко в свое время продал Румынии часть украинского острова Змеиный (причем именно ту часть, где имеются разведанные месторождения нефти и газа). Факт, который многие понимают как начало румынской экспансии на Черном море. В начале 2012 года в Киеве состоялась встреча премьер-министра Украины Николая Азарова с его молдавским коллегой Владимиром Филатом. Речь шла о концептуальном подходе к модели будущего сотрудничества в области развития регионального энергетического рынка и его диверсификации (в данном случае снижении зависимости от поставок газа из России). Иными словами, Молдавия и Украина изучают возможность присоединения к газовой системе Румынии для получения газа от альтернативных поставщиков. Есть также предложение Украины о совместном строительстве в Одессе терминала по приему сжиженного газа, имеется также проект AGRI (Азербайджан — Грузия — Румыния), который предусматривает организацию поставок азербайджанского сжиженного природного газа (СПГ) в Европу.

Все эти вопросы находятся на стадии «изучения возможностей». Пока же Россия остается как основным импортером Молдавии (около 30 процентов импорта, на Румынию и Италию приходится соответственно 15 и 10 процентов), так и ее главным (более 20 процентов) экспортером — второе и третье места занимают Румыния и Украина. И реальность такова, что вопрос отношений между «чужими» Москвой и Киевом для молдаван важнее, чем количество депутатских мандатов у той или иной «своей» партии.