На минувшей неделе медийная общественность отметила четвертьвековой юбилей самой рейтинговой программы отечественного телевидения «Взгляд». Медийка медийкой, однако не вся страна захлебывалась пафосно-восторженными дифирамбами. Не говоря уже о самих взглядовцах. В рядах матерых спецназовцев перестройки, которых ровно 15 лет назад (в канун десятилетнего юбилея) «Огонек» величал «народными героями», настроения царили отнюдь не праздничные. Я, например, так и не смог уговорить Политковского явиться в эфир Первого канала. Тяжелое слово «предательство» лейтмотивило всю неделю во время затяжных телефонных переговоров.

Угу. Все, все предатели.

Владимир Мукусев вынес сор из ТВ-избы и предал команду, рассказав в предновогоднем (1991) интервью про закулисье проекта и про роль кукловодов Александра Пономарева и Эдуарда Сагалаева. А последний, можно сказать, предал «молодежку» ради престижного «Времени», которое всегда оставалось державным, оставив свою героическую редакцию, уже ставшую к тому времени объектом травли всемогущего Политбюро.

Дмитрий Захаров, вероятно, предал, не присоединившись к остальным ведущим, когда они под патронажем Горожанкина затеяли компанию ВИD («Взгляд И Другие»).

Влад Листьев, предположим, предал тот же ВИD, возглавив Первый канал и продекларировав в кулуарах, что места обоим «взглядовским» Александрам нет: «Политбюро» Политковского и «Красный квадрат» Любимова выходить на «его канале» не будут.

Ну а сам Любимов, возможно, предал бренд, возобновив в 1994 году выпуск на пару с приглашенным Сергеем Бодровым; это все равно как если бы сейчас Пол Маккартни вместе с трендсеттером Мэттью Беллами начал гастролировать под маркой The Beatles.

Да и я, допустим, предал коллег, написав мемуары «The Взгляд — битлы перестройки» и «Влад Листьев. Пристрастный реквием».

А про саму программу многие свирепые эксфанаты сейчас говорят, что, мол, коварные предатели, открышеванные Лубянкой, там собрались. И страну во имя бабла разрушили. На полном серьезе говорят. Это я к тому, что предательство — очень термин жесткий. Срок годности такого рода заяв равен интервалу их озвучивания. Это ведь как «Я тебя люблю»: не многим придет в голову предъявлять счет за такую фразу четверть века спустя. Эмоции, гормоны, настроения.

Вот оказалось, что генерал КГБ Олег Калугин просто весь из себя сертифицированный предатель, а когда-то я пробивал интервью с ним в эфир, считая, что он, дерзко выступивший против одряхлевшего кремлевского режима, и есть истинный патриот Отчизны (я даже книгу написал про это — «Вещий генерал», тираж которой на корню скупил какой-то загадочный кооператив).

Все, повторю, относительно. Поэтому глагол ПРЕДАТЬ надо бы упаковать в кавычки. Читать летопись программы можно как «Черного принца» Айрис Мердок. Все так, и все иначе. Мукусев имел право выплеснуть на страницы СМИ ту правду, которая сжигала его изнутри. Сагалаев и в дирекции информации продолжал виртуозно гнуть линию, определившую вектор развития молодежной редакции, да и всего телевидения нашего. Захаров тогда попросту воздержался от сомнительной, как ему казалось, игры в коммерцию. Листьев зарабатывал на своем «Поле чудес» $$$ для всех и не готов был злоупотреблять служебным положением первого главы ОРТ во имя того, что именуется «страхом сделать свой собственный шаг» (©БГ). Любимов, будучи лицом героического проекта, пытался в постсоветском контексте реанимировать дело своей жизни. Я собрал свидетельства тех, кто еще жив.

Не могу объяснить своим студентам, что такое был «Взгляд» и почему его ведущие были «битлами». Сейчас другие стандарты. Вот в популярном телегиде мукусевскую сентенцию о том, что передача была «журналистской Меккой» и разрушена была деньгами, вложили в мои уста, при этом переврали, написав: «Взгляд» был журналистской… меткой. А ведь верно. Метка. Были отмечены они все (пишу «они», а не «мы» не из желания дистанцироваться, а потому, что я и Арт ем Боровик были приглашенными ведущими, в штате Гостелерадио не состояли, так как работали в «Совсеке» и книжки сочиняли). Всем повезло: вмазались волшебным драйвом революции, словили адреналиновый кайф настоящего риска, сдвинули ось планеты. Не бывает наркотиков без абстиненции. Четверть века ломок.

Это была прорывная программа. По драйву ни с чем не сравнить. И рейтинг — аршином не измерить. Кто и как воспользовался результатами штурма — иная песня. Знаю я, что напишут через 25 лет, к полувековому юбилею «Взгляда». И у меня есть свое мнение. Но скажу в который раз: я слишком дорожу своим мнением, чтобы делиться им со всеми.