Если бы благосостояние государства хоть в малейшей степени зависело от количества международных встреч, в которых принимает участие его руководитель, Таджикистан был бы одной из самых процветающих стран мира.

Не успел президент республики Эмомали Рахмон вернуться домой с саммита ЕврАзЭС, состоявшегося в Москве, как стал хозяином новых мероприятий высшего уровня. 25—27 марта в Душанбе прошли саммит тройки (Афганистан — Иран — Таджикистан), четверки (Афганистан — Иран — Пакистан — Таджикистан), а также V конференция регионального сотрудничества по Афганистану (RECCA-V). В эти же дни в Душанбе были организованы торжества, посвященные Наврузу (день весеннего равноденствия, широко отмечаемый в некоторых, главным образом ираноязычных странах), и международная конференция в честь этого праздника.

Результативность всех этих мероприятий, мягко говоря, невысокая. Разговоры о сотрудничестве по Афганистану ведутся давно и явно в отрыве от реальной ситуации в стране. На этот раз речь шла о безопасности в свете реализации масштабных инфраструктурных проектов, в частности, о железной дороге, которая, по замыслу участников встречи, должна связать Китай, Таджикистан, Афганистан, Иран и Пакистан. А в ходе пятого трехстороннего саммита президентами Ирана, Афганистана и Таджикистана было даже подписано соглашение о разработке проектов автомобильных и железнодорожных трасс, которые соединят три страны.

Идея строительства железной дороги не нова, но вряд ли она будет реализована, по крайней мере в обозримом будущем. Во-первых, Китай, делегации которого, надо заметить, в Душанбе не было, придерживается своей позиции по этому вопросу. Он планирует проложить дорогу в Киргизию, с тем чтобы окончательно утвердиться экономически в стратегически важной Ферганской долине. Во-вторых, и это, пожалуй, главное, идея сотрудничества Таджикистана, Афганистана и Ирана по определению не может нравиться Соединенным Штатам, у которых есть свои планы на этот регион.

Кстати, американская делегация демонстративно покинула зал во время выступления Махмуда Ахмадинежада на Региональной конференции экономического сотрудничества по Афганистану. В своем выступлении иранский президент заявил, что причиной всех бед в Афганистане является присутствие там сил НАТО, в частности военных США. На этих словах американцы во главе с помощником госсекретаря вышли вон и вернулись только после того, как Ахмадинежад закончил речь.

Обсуждали в Душанбе и необходимость создания единой для всех стран — участниц саммита энергосистемы, вопросы водной безопасности и т. д. и т. п. Иранский президент пообещал поставлять Таджикистану нефть и газ, а также покупать у него воду. Об этом Эмомали Рахмон рассказал в ходе своей встречи с таджикской интеллигенцией.

Возникает, однако, вопрос: зачем, собственно, собирались? Представители той же таджикской интеллигенции отвечают на это однозначно: попраздновать. Как уже было сказано выше, в эти дни в Душанбе прошли торжества, посвященные Наврузу. К торжествам готовились всем миром. Это означает, что каждый мало-мальски платежеспособный гражданин Таджикистана обязан скинуться на праздник. Как сообщает агентство «Азия Плюс», чиновники из местных администраций обязали предпринимателей сдать «на Навруз» определенную сумму — в зависимости от размеров бизнеса. Для Таджикистана это ежегодная практика, причем собирают не только на Навруз, но и на День независимости, на Новый год и даже на 8 Марта.

Например, с представителей среднего бизнеса требуют от 1000 до 1500 сомони (1 сомони равен примерно 6 российским рублям. — Прим. авт.), с точки поменьше — 200, с торговца фруктами — 30—40, с продавца лепешек — 20. Во многих районах праздники спонсируют все поголовно: с мечетей — по 500, со школ — по 200, с учителей, врачей и даже физических лиц, не подпадающих ни под одну из категорий, и с тех берут по 1 сомони. Так что праздники в Таджикистане поистине всенародные, как, собственно, и будни: чего стоил один только массовый сбор денег на строительство Рогунской ГЭС, приостановленный из-за роста протестных настроений среди населения и негативной реакции МВФ.

Таджикистан продолжает оставаться самой бедной из постсоветских республик, и предпосылок к тому, что ситуация улучшится, объективно нет. Заявления о сотрудничестве, прозвучавшие в Душанбе, носят декларативный характер, пожалуй, то же самое можно сказать и о перспективах, связанных с участием страны в евразийских структурах. Таджикистан (а точнее, его руководство) вовсе не рвется в Таможенный союз и Евразийское экономическое сообщество. Да и зачем, если можно продолжать заигрывать с крупными внешними игроками, не давая ничего взамен. Таджикистан, по мнению эксперта Московского центра Карнеги Алексея Малашенко, как, впрочем, и большинство постсоветских государств, постарается как можно дольше усидеть на двух, а по возможности и на трех стульях. Но такая политика, которую эксперт назвал откровенно жульнической, грозит довести Таджикистан до того предела, после которого страна окончательно превратится в феодальную вотчину, а ее народ — в нацию гастарбайтеров.

Причем тактика заигрывания с далекими (Россия, США, Иран) партнерами сочетается с состоянием фактически холодной войны с ближайшим и стратегически важным соседом — Узбекистаном. Создается впечатление, что таджикское руководство сделало все возможное, чтобы максимально испортить отношения с Ташкентом. В местной прессе проходили сообщения одно невероятнее другого: чего стоила одна только поимка узбекских диверсантов, засланных, чтобы взорвать плотину Рогунской ГЭС.

Иногда достается и России, которую обвиняют в дурном обращении с таджикскими мигрантами в частности и шовинизме в целом. Правда, потом приходит время очередного визита Рахмона в Москву, и мир и дружба воцаряются еще на какое-то время. К сожалению, на этот раз программа пребывания таджикского президента в Москве оказалась несколько скомканной. Как сообщают наши источники, близкие к Кремлю, Рахмон намеревался встретиться не только с президентом Медведевым, но и с премьер-министром Путиным, к которому хотел зайти на «пять минут, чтобы поздравить с победой на выборах». Встреча не состоялась.

Самое интересное, что при всех всплесках антироссийской риторики, периодически случающихся в таджикской прессе и мини-кризисах в отношениях Душанбе и Москвы (взять хотя бы совсем недавнее «дело летчиков»), Таджикистану просто некуда деться из орбиты интересов России. И дело не в российском военном присутствии в республике и даже не в том, что РФ является основным экономическим партнером РТ (доля России в таджикском экспорте составляет примерно 30 процентов).

Сейчас более 15 процентов населения республики находится на постоянных или сезонных работах в России, а денежные переводы таджикских рабочих на родину достигли в 2011 году 3 миллиардов долларов (для сравнения: весь внешнеторговый оборот Таджикистана, включая электроэнергию и природный газ, в 2011 году составил 4 миллиарда 443,3 миллиона долларов). Это более 60 процентов бюджета республики.

Имея на руках такие козыри, Москва может влиять на курс Душанбе в выгодном для себя плане, и просто странно, что этого до сих не произошло.

фото: REUTERS