Специалисты-ядерщики утверждают, что в скором времени Иран сможет начать обогащение урана в промышленных масштабах, что позволит ему уже в 2013 году изготовить атомное оружие. Чтобы предотвратить такое развитие событий, говорят эксперты, Вашингтону и Иерусалиму следует поторопиться и нанести удар по ядерным объектам ИРИ в течение ближайшего полугода. Ограничатся ли все локальным «хирургическим вмешательством» или на Ближнем Востоке разразится большая война, пока неясно, но первый сценарий проработан союзниками до мельчайших деталей.

 Перспектива получения Ираном ключевых элементов ядерного топливного цикла неприемлема как для США и Израиля, так и для прозападных государств Ближнего Востока. Иран в силу своего демографического и экономического потенциала уже превращается в регионального гиганта, а создав ядерное оружие, вообще сделает колоссальный рывок вперед. Его мощь подкрепит не только радикальное военное преимущество над арабскими странами (традиционными недругами персов), но и возможность непосредственно угрожать Израилю, который со своей малой площадью и высокой плотностью населения не сможет эффективно противостоять Ирану ни обычными, ни даже ядерными средствами. Но самое главное, благодаря появившемуся у Ирана потенциалу ядерного сдерживания совершить безнаказанное военное нападение на ИРИ станет невозможным для США.

Крайний срок

Ратифицировавший еще в 1970 году Договор о нераспространении ядерного оружия, Иран всегда отрицал военный характер своей ядерной программы. Впрочем, достаточно очевидно, что целью ИРИ является получение всех необходимых переделов начальной стадии ядерного цикла, включая обогащение урана, дающего доступ к широкому спектру мирных и военных ядерных возможностей, и в том числе сравнительно быстрого создания ядерного оружия. Ясно, что сегодня для любого индустриального государства, располагающего атомной промышленностью, получение ядерного оружия — вопрос не выполнимости, а сугубо политической целесообразности. Причем создание ядерного оружия и наработка небольшого количества обогащенного урана оружейного качества может быть осуществлена и в обстановке секретности, без официального провозглашения.

Иран организовал разветвленную инфраструктуру своей ядерной программы. В Язде и Наригане ведется добыча природного урана, а в Исфаханском ядерном технологическом центре из него получают урановый концентрат, который обогащают на центрифужном заводе в Натанзе и строящемся аналогичном заводе в Куме. При этом если строительство завода по обогащению в Натанзе велось открыто, с инспекциям МАГАТЭ, то о том, что готовится к пуску завод в Куме, МАГАТЭ узнало не сразу. Официально на заводах должно производиться низкообогащенное (3—5% U-235) ядерное топливо для легководных реакторов. Фактически уже к 2012 году Иран начал обогащать уран до 20%. Предположительно, заводы в Натанзе и Куме способны производить оружейный высокообогащенный уран (90% U-235), а также U-238. На 1 ноября 2011 года Иран имел 4922 кг низкообогащенного гексафторида урана, в том числе 379 кг, произведенных с 14 августа 2011 года. Этого количества при обогащении до оружейного урана может хватить для создания четырех единиц ядерных зарядов.

Если Иран доведет число центрифуг на заводах в Натанзе и Куме до 100 тысяч (к 2014— 2015 г.), то он сможет, при наличии освоенной центрифужной технологии (третьего-четвертого поколения — о начале установки четвертого поколения было объявлено в начале прошлого года), выдавать на-гора до 1000 кг оружейного урана в год. Этого окажется достаточно для ежегодного производства 50—60 мощных ядерных боеприпасов.

В Араке Иран строит 40-мегаваттный тяжеловодный реактор, способный вырабатывать плутоний. Ввод его в строй предполагается в ближайшие годы, а возможность выработки плутония станет реальной в 2015 году. Для МАГАТЭ назначение реактора в Араке до сих пор неясно. Официально Иран планирует получать на нем тяжелую воду для экспорта и для исследовательских реакторов. Но в случае переориентации на плутоний реактор в Араке будет способен вырабатывать 8 кг этого материала в год, что достаточно для создания одного ядерного боеприпаса. Наконец, в Бушере по российскому проекту завершено строительство 1000-мегаваттного легководного энергетического реактора, работающего на поставляемом Россией топливе (которое должно возвращаться в Россию). Он номинально не может быть использован в работах по ядерному оружию.

Среди других объектов ядерной инфраструктуры Ирана можно отметить старый исследовательский реактор в Тегеране, а также исследовательский центр Парчин в 30 км от столицы, где, по некоторым предположениям, ведутся военные ядерные разработки, включая, видимо, проектирование самих боеприпасов. Таким образом, к 2012 году Иран вплотную подошел к возможности масштабного обогащения урана центрифужным способом с выработкой необходимого количества материала для изготовления нескольких ядерных боеприпасов в год. Это означает, что при успехе проектных работ в Парчине Иран сможет в 2013— 2014 годах при желании создать первые атомные бомбы. Неудивительно, что 2012 год рассматривается США и Израилем как точка невозврата в отношении иранской ядерной программы.

Главные мишени

Ни США, ни Израиль не заинтересованы в полномасштабной войне с Ираном. Их цель — «хирургическая» операция по уничтожению иранского ядерного потенциала, желательно с минимальными затратами, а главное, последствиями. Идеальным представляется повторение израильских операций по уничтожению иракского ядерного реактора в Озираке в 1981 году и сирийского ядерного объекта в 2007 году. В обоих случаях в подвергшихся удару странах ядерные программы сильно замедлились. Конечно, если Иран в результате нападения будет дестабилизирован, это станет приятным бонусом для Вашингтона, однако в целом администрация Обамы очевидно не хочет новой крупной войны в Персидском заливе.

В свою очередь, Иран, в случае нападения на его ядерные объекты, грозит эскалацией конфликта. Угрожает блокировать Ормузский пролив, атаковать флот США, Израиль и дружественные Америке арабские страны. Однако очевидно, что Иран тоже не заинтересован в полномасштабном боестолкновении с самой могущественной на планете военной машиной. Ибо исход такой войны ясен, как ясно и то, что Иран проиграет гораздо больше, чем его противник.

Скорее всего, удар по ядерным объектам Ирана не приведет ни к войне в регионе, ни к серьезной эскалации. Армагеддона в Персидском заливе не предвидится. Максимум, чего можно ожидать, — не слишком интенсивного обмена ударами между ВВС и ВМС США и Ирана с очевидно затратными последствиями для иранской стороны, что еще более охладит пыл иранцев.

Первоочередными целями для Израиля и США будут заводы в Натанзе и Куме, ядерный центр в Исфахане и военный ядерный объект в Парчине. Целями второго уровня окажутся реактор в Араке и, возможно, реактор Бушерской АЭС. Видимо, одновременно удары будут нанесены по объектам по разработке, производству и базированию иранских баллистических ракет средней дальности. Это, предположительно, объекты в Бахтаруне (близ Арака, подземные укрытия и пусковые установки баллистических ракет); Хорремабаде (близ Арака, предприятие по производству баллистических ракет); Манзарии (близ Арака, центр по разработке ракетного топлива); Куме (испытательный ракетный полигон) и Хасе (близ Исфахана, производственное предприятие). Наконец, нападающей стороне придется прибегнуть к мерам по нейтрализации системы ПВО и ВВС Ирана.

Застрельщиком операции выступит Израиль, хотя очевидно, что его возможности по гарантированному поражению указанного списка целей явно недостаточны, и он будет взаимодействовать с вооруженными силами США. Скорее всего, именно на США ляжет задача уничтожения основной части целей, а также подавления иранских ВВС и ПВО. Таким образом, фактически Израиль выступит в качестве своего рода прикрытия для масштабной военной акции США, в которой действия израильтян будут своего рода верхушкой айсберга.

Иранские ядерные объекты — крепкий орешек. Известно, что обогатительное предприятие в Натанзе имеет площадь 60 тыс. кв. м. Обогатительный комплекс построен на глубине 8 м под землей и защищен двумя бетонными стенами, одна из которых — 2,5 м толщиной. Толщина железобетонных перекрытий составляет несколько метров, а сверху насыпано 22,5 м земли. Видимо, еще лучше защищен строящийся подземный завод в Куме.

В то же время в Исфаханском ядерном технологическом центре только надземные сооружения площадью 9 тыс. кв. м. Реактор в Араке занимает 5 тыс. кв.м и также не имеет подземных сооружений.

Сценарии удара

Основным средством поражения иранских ядерных объектов станут американские управляемые авиационные бомбы (УАБ) с лазерной системой наведения:

GBU-27 — калибр 2 тыс. фунтов (900 кг), проникающая боевая часть BLU-109 массой 240 кг. Пробивает от 1,8 до 2,4 м железобетона;

GBU-28 — калибр 5 тыс. фунтов (2,25 т), проникающая боевая часть BLU-113 массой 306 кг. Пробивает до 6 м железобетона или до 30 м земляной насыпи.

GBU-10 — калибр 2 тыс. фунтов, фугасная боевая часть весом 428 кг.

Состоящий на вооружении ВВС Израиля истребитель F-16I способен нести на требуемый радиус полета одну или две бомбы GBU27 или GBU-10, а истребитель-бомбардировщик F-15I — одну или две бомбы GBU-28. Считается, что для полного вывода из строя центра в Исфахане и Парчине требуется пять бомб GBU-27, а для полного разрушения — девять бомб GBU-27. Аналогичные оценки для предприятия в Натанзе (и, видимо, Куме) — соответственно 25 и 55 бомб GBU-28. Для полного разрушения реактора в Араке требуется четыре бомбы GBU-10, и, видимо, столько нужно использовать и для Бушера.

Таким образом, суммарный наряд сил для поражения перечисленных объектов составил бы 25 F-15I (F-15E) и 36 F-16I при условии, что каждый самолет несет по две УАБ, или 50 F-15I (F-15E) и 72 F-16I при условии, что каждый самолет несет по одной УАБ. Кроме того, еще 38 самолетов F-16С и F-16I должны составить наряд сил воздушного прикрытия и подавления ПВО противника. В итоге в налете на иранские ядерные объекты должны участвовать не менее 100 боевых самолетов.

Напомним, что ВВС Израиля сейчас располагают примерно 440 машинами: около 60 F-15A/ B/C/D, 25 F-15I, около 140 F-16A/B/C/D, 118 F-16I. Таким образом, ВВС Израиля вполне способны выставить требуемый наряд сил для удара по территории Ирана.

Для нанесения удара по ядерным объектам Ирана ВВС Израиля могут использовать три полетных маршрута:

Северный — над морем вдоль побережья Ливана и Сирии, затем на восток над районом сирийско-турецкой и иракско-турецкой границы. Это маршрут в обход сирийских районов дислокации систем ПВО и основных сирийских авиабаз и использовался ВВС Израиля при нанесении удара по сирийскому ядерному объекту в сентябре 2007 года;

Центральный — на северо-восток вдоль сирийско-иорданской границы и затем на восток над иракским Курдистаном. Этот маршрут может вызвать серьезные политические осложнения ввиду фактического нарушения мирного договора с Иорданией;

Южный — на восток и северо-восток вдоль иордано-саудовской границы, затем на восток над центральной и южной частью Ирака. Маршрут использовался при нанесении удара ВВС Израиля по иракскому ядерному реактору в Озираке в 1981 году.

Однако сегодня этот маршрут представляется наиболее рискованным в политическом отношении из-за неизбежного осложнения отношений с Саудовской Аравией и Ираком.

Единственно реальным представляется северный маршрут. Он сейчас облегчается и возможной дезорганизацией ПВО Сирии (особенно в северных районах) вследствие гражданской войны в этой стране. При общей протяженности маршрута от северного Израиля до Исфахана в 1110 морских миль (2055 км) для каждого боевого самолета потребуется одна дозаправка топливом в воздухе на пути к цели на дистанции 550 миль и еще одна дозаправка на таком же удалении на обратном пути. Для обеспечения дозаправки указанного выше наряда из 100 боевых самолетов потребуется минимум 16 самолетов-заправщиков. Сейчас Израиль располагает 11 заправщиками КС-130 и Boeing 707. Однако вполне вероятно, что содействие своими заправщиками Израилю окажут ВВС США.

В целом очевидно, что самостоятельная операция ВВС Израиля против иранских ядерных объектов вполне возможна, однако потребует использования большинства сил и будет сопряжена со сложностями и со значительным риском.

Поэтому данная операция наверняка будет поддержана действиями американских ВС. Американцы, скорее всего, нанесут удары крылатыми ракетами Tomahawk (в том числе с проникающими боевыми частями) с боевых кораблей ВМС США, а также используют малозаметные стратегические бомбардировщики В-2А с УАБ со спутниковой коррекцией типа JDAM. В обоих случаях удары будут нанесены и по самим ядерным (или ракетным) объектам, и будут направлены на подавление сил ПВО и ВВС Ирана (по сценарию, обкатанному в Югославии, Ираке, Ливии). Одновременно ВВС (с американских баз в странах Персидского залива) и авиация ВМС (с авианосцев) США могут провести отдельную операцию по подавлению сил ПВО и ВВС Ирана.

Все это позволит значительно сократить необходимый для атаки наряд сил ВВС Израиля, дав возможность израильтянам сосредоточиться на нескольких первостепенных и важных (в том числе в политико-пропагандистском плане) иранских ядерных объектах.

Возможности ответа со стороны Ирана

Потенциал Ирана к отражению американо-израильского нападения представляется весьма скромным. Скорее всего, Иран окажется не в состоянии защитить свои основные ядерные объекты и может рассчитывать лишь на малозначимые частные успехи — несколько сбитых самолетов противника. При этом попытки отразить нападение и вступить в прямой контакт с американо-израильской авиацией, скорее всего, дорого обойдутся ПВО и особенно ВВС Ирана, нанеся немалый ущерб и без того достаточно ограниченному потенциалу последних.

Сейчас ВВС Ирана оценочно имеют около 200 заслуживающих внимания боеспособных истребителей: 25 F-14A, 50 F-4E, 50 F-5E/F и их иранских вариаций, 20 Mirage F.1Q, 30 F-7 и 25 МиГ-29. Все они устарели, не имеют современного авиационного вооружения и, видимо, находятся в невысокой технической готовности.

Номинально у Ирана есть значительное количество зенитных ракетных систем, включая HAWK, С-200ВЭ, С-75/HQ-2, «Тор-М1», «Квадрат», Rapier и FM-80 (и их иранские клоны). Однако из них действительную боевую ценность для противодействия современной американской и израильской армии, скорее всего, имеют только 29 боевых машин российских систем ближнего действия «Тор-М1» и некоторое количество недавно модернизированных с российской помощью комплексов средней дальности «Квадрат». Они способны как максимум обеспечить ограниченное прикрытие отдельных объектов.

Система ПВО Ирана выглядит полностью устаревшей, как по техническим средствам, так и по организации. Известно, что Иран испытывает недостаток в современном вооружении и в системах оповещения и управления. Система управления силами ПВО устаревшая полуавтоматическая, с ручным вводом данных. Средства обнаружения воздушных целей недостаточны, особенно это касается обнаружения маловысотных целей. ВВС и силы ПВО Ирана имеют низкую боеготовность и страдают от нехватки запасных частей.

Иранские официальные лица намекают на возможность в случае американо-израильского нападения прибегнуть к блокаде Ормузского пролива, через который нефть вывозится морским путем из Персидского залива, а также осуществить «акции возмездия» в отношении Израиля.

Перспективы длительной блокады Ормузского пролива выглядят не слишком вероятными. При самом радикальном варианте развития событий Иран может прибегнуть к установке в проливе минных заграждений. Или использовать против танкерного судоходства комбинацию действий малых подводных лодок (которых Иран уже построил более 20), малых боевых катеров (которых у Ирана до нескольких сот) и активного применения различных противокорабельных ракет с подвижных береговых пусковых установок. Однако не вызывает сомнения, что такие действия спровоцируют массированный ответ со стороны США, которые способны сосредоточить в районе Ормузского пролива мощную военно-морскую и воздушную группировку во главе с несколькими авианосными ударными группами и большим числом кораблей с крылатыми ракетами Tomahawk. Возможности же Ирана по противодействию собственно военно-морским силам США представляются весьма низкими, и здесь Иран сможет добиться в лучшем случае единичных успехов минным либо противокорабельным оружием. США, в свою очередь, будут вынуждены предпринять масштабную воздушно-морскую операцию против сил ВМС Ирана, сконцентрировавшись на уничтожении иранских военно-морских единиц в пунктах их базирования, а также на выявлении и уничтожении подвижных береговых установок иранских противокорабельных ракет. Нет сомнений, что результатом этих действий станут тяжелые потери иранской стороны.

Наибольшую проблему может составить возможное минирование иранцами Ормузского пролива, что затруднит его использование для судоходства на срок до нескольких недель.

Еще менее результативными для Ирана выглядят возможности по нанесению с его стороны ответных ударов по территории Израиля либо по американским базам в арабских государствах Персидского залива. Иран располагает парком баллистических ракет средней и меньшей дальности, теоретически способных достигать Израиля. Но крайне низкая точность этих ракет (как и сомнительная степень надежности) делает их применение для нанесения ударов с обычными боевыми частями (неядерными и нехимическими) практически бессмысленным. Обстрелы такими ракетами могут иметь только морально-пропагандистское значение. При этом Израиль располагает средствами перехвата вражеских ракет в виде противоракетного комплекса Arrow 2 (Hetz, развернуты три батареи), а также противоракетного варианта PAC3 зенитного ракетного комплекса Patriot. Самое главное — подобные действия со стороны ИРИ приведут только к значительной эскалации конфликта, послужат еще большему вовлечению Израиля и западных стран в войну и к повторным ударам по иранской территории. Что вряд ли в интересах Ирана.

В принципе Иран может использовать против Израиля также во многом ориентирующуюся на Тегеран ливанскую шиитскую группировку «Хезболлах» и палестинскую исламскую группировку ХАМАС, правящую в секторе Газа. Однако, как представляется, эти объединения вовсе не горят желанием таскать из огня каштаны для Ирана и в конфликте будут действовать исходя прежде всего из собственных интересов, в круг которых вряд ли входит вой на с Израилем. Хотя проведение с их стороны отдельных силовых приемов, например, ракетных обстрелов, вполне возможно. Но эти акции вряд ли выйдут за пределы ставшего рутинным для Израиля уровня.

Таким образом, при сегодняшнем соотношении сил Израиль и США вполне способны провести успешную масштабную операцию против объектов ядерной инфраструктуры и атомной промышленности Ирана со значительными шансами на успех и с вероятно низким уровнем собственных потерь. Также западные силы способны нанести значительный ущерб ВВС и ПВО Ирана.

фото: REUTERS

Другие материалы главной темы