Российская авиационная промышленность встречает МАКС-2011 совсем в другой форме и иными перспективами, чем прошлый авиакосмический салон.

МАКС-2009 проходил в разгар кризиса, когда обострились долговые проблемы компаний и стали недоступными кредитные ресурсы. За год до того МАКСа Алжир вернул в Россию поставленные ему по контракту 2006 года МиГ-29, и это до такой степени усложнило ситуацию на РСК «МиГ», что возникли опасения насчет будущего компании. Банкротились и уходили с рынка авиакомпании — заказчики Ан-148 и Ту-204. После того как по указанию президента была остановлена поставка в Иран зенитных систем С-300 ПМУ-2, эта страна в ответ заморозила проект по закупке в России 40 новейших коммерческих лайнеров Ту-204 СМ, чем, по сути, убила эту программу…

Сейчас совсем другое дело. Кризис если не преодолен, то уж точно не представляет больше критической опасности. Во многом это стало заслугой государства, которое, несмотря на высокий уровень бюджетного дефицита, оказало отрасли своевременную финансовую поддержку. Та же РСК «МиГ», например, получила субсидий на 30 млрд рублей, а ВВС России выкупили все 34 алжирских МиГ-29 СМТ/УБТ.

Источники нынешнего оптимизма лежат в трех областях.

Во-первых, достигнут серьезный прогресс в двух ключевых программах, которые реализует отечественный авиапром. В январе 2010-го поднялся в воздух первый опытный прототип истребителя пятого поколения Т-50, а в конце того же года к программе официально присоединилась Индия. Если первый полет машины означал технический успех, то подписание контракта на разработку индийского варианта гарантирует коммерческое и индустриальное будущее проекта. Что, в свою очередь, означает: Россия останется глобальным игроком на рынке пилотируемой боевой авиационной техники еще на 40—50 лет.

Весной этого года начал эксплуатацию региональный самолет SSJ-100 — результат реализации другого важнейшего суховского проекта, который должен создать условия для возвращения нашей страны на рынок коммерческой авиации. Емкость этого рынка на порядки превышает объемы закупок боевых самолетов, так что присутствие на нем критически важно. Примечательно, что, наверное, ни один другой авиационный проект в постсоветской России не был жертвой такого разнузданного и грязного охаивания, как SSJ. Сначала о нем говорили, что он никогда не будет спроектирован, затем — что его никогда не сделают в железе. Позже, когда самолет все-таки был спроектирован и был физически построен, прогрессивная авиационная общественность жила уверенностью, что он никогда не полетит, а буде такое случится — никогда не получит сертификата годности. Проект прошел тем не менее все эти стадии.

Во-вторых, в прошедшие два года Военно-воздушные силы России приступили к масштабным закупкам новых современных истребителей и авиационных средств поражения. С начала 2009 года размещены контракты на приобретение в общей сложности 130 тактических истребителей, а всего по новой Государственной программе вооружения до 2020 года предполагается поставить 600 машин. Это даст надежную загрузку заводам на годы вперед. Более того, такие масштабные планы ставят перед промышленностью новый беспрецедентный для постсоветского времени вызов: как за короткий срок в разы, а по некоторым позициям на порядок, увеличить производство. Это весьма нетривиальная задача, которая потребует радикально модернизировать производство и, самое главное, решить кадровые вопросы. Наконец, в-третьих, стабильно высокими оставались продажи боевых самолетов на экспорт. За два года получено контрактов на 90 самолетов, и по этому показателю Россия уступила, если вообще уступила, только США.

Впрочем, мы бы покривили душой, если бы сказали, что все лучезарно и безоблачно на небосводе отечественного авиапрома. Были и серьезные, почти катастрофические неудачи. О крахе программы Ту-204 СМ мы уже сказали. Новые приключения западных демократий в Северной Африке и на Ближнем Востоке уже привели к аннулированию уже подписанных контрактов минимум на 2 миллиарда долларов. Кроме того, Ливия должна была стать первым экспортным заказчиком Су-35 и Ка-52 — возможно, пройдут годы, прежде чем «Рособоронэкспорт» найдет новых покупателей на эти системы. Сейчас на очереди Сирия — а это треть портфеля заказов РСК «МиГ», а в более широком смысле — десятая часть всех российских экспортных контрактов на оружие вообще.

…А в общем, все как обычно: несмотря на привычные временные трудности — полет нормальный.