От редакции. 5 марта у нас объявлено наступление «московского Майдана», как и в Киеве в 2004-м, независимо от результата президентских выборов. «Однако» начинает публикацию цикла материалов наших украинских коллег, свой Майдан уже прошедших. Думается, опыт их столкновения с «оранжевой» смутой очень пригодится нам сегодня.

Наших бледнолицых братьев отличает от нас предельный прагматизм. И проистекающая из прагматизма технологичность. Достаточно посмотреть на североамериканскую кухню — блюд не более десятка, но любое из них можно поставить на поток и научить готовить любого болвана, умеющего исполнять инструкции.

Желание технологизировать все и вся — ключ к пониманию действий США. Можно, конечно, порассуждать о светочах демократии и правах человека, анализируя технологии, но это только на руку нашим друзьям из Госдепартамента и посольств. Аборигены должны молиться пушкам, а не делать их.

Разобрать по винтикам, как трофейный вражеский танк

Технологии уничтожения государства в ходе выборов придуманы в США не вчера. Им на самом деле уже лет 50. И ничего нового в них не появляется. Схема одна и та же — паралич власти в ходе противостояния с толпой, а затем коллапс государства под внешнеполитическим прессингом. Дальше в зависимости от успешности внедрения технологии либо феодальная раздробленность, либо оккупация ключевых регионов, либо провокация гражданской войны, — что именно по большому счету не имеет значения.

Что меня больше всего удивляет в «болотном» противостоянии в РФ, так это нежелание или неумение анализировать собственно технологичность происходящего. Вроде бы и примеров много: вот тебе Сербия, Грузия, Украина, Киргизия, не считая стран Латинской Америки, Ближнего Востока и Юго-Восточной Азии.

Причем сильно глубоко и залезать-то не надо: и времени нет, да и на самом деле технологии настолько просты, что достаточно почитать брошюры-инструкции для грузинской «Кмары», сербского «Отпора» или украинской «Поры», — там все расписано. Вдобавок я бы еще порекомендовал книгу покойного харьковского политика Евгения Кушнарева «Выборы и вилы»: с моей точки зрения, это наиболее концептуальный и адекватный анализ истинных целей экспорта «болотных» технологий.

Так как это технологии, то и бороться с ними надо, как с любыми другими технологиями. То есть активно их изучать, разбирать по винтикам, как мы делали это, например, с трофейными танками. А поскольку это технологии манипулятивные, то их, как любой трюк, надо разоблачать. Потому что фокусник силен, пока не знаешь секрета фокуса.

С моей точки зрения, сейчас самое важное — обозначить ключевые точки технологий, то, благодаря чему в обществе и государстве запускаются механизмы самоуничтожения, на улицы выплескивается ненависть, поражаются основные органы госуправления и деморализуются правящие элиты.

Механизм самовнушения: как «хомячок» принимает себя за народ

Для «болотной революции» обязательно нужны выборы. Почему? По меткому выражению моего коллеги, «выборы — это холодная форма гражданской войны». Действительно, во время выборов атмосфера в обществе наэлектризована. Активная часть населения так или иначе сопереживает своим избранникам. Народ обсуждает на работе и за ужином, как Зюганов врезал Жириновскому и как Путин поразил голым торсом. «Фейсбук» кипит, в ЖЖ ломают копья тролли против ботов. Короче, все слегка на взводе.

Толпа в столице появляется именно в тот момент, когда накал предвыборных страстей находится на пике, когда становится понятно, кто же победитель. И вот в одном месте собираются несколько десятков тысяч человек, которые настроены оппозиционно по отношению к власти. То есть ОНИ ТОЧНО НЕ ГОЛОСОВАЛИ за победителя гонки — представителя власти.

И вот тут в толпе срабатывает банальный стадный рефлекс: вокруг меня тысячи людей, и они ВСЕ НЕ ГОЛОСОВАЛИ за власть, и создается иллюзия, что весь народ против власти. Оппозиционно настроенный человек, стоящий в толпе единомышленников, думает, что с ним вся Россия. Он шлет эсэмэску своему однокласснику в Нижний и радостно пишет: «Вся Россия восстала против тирана!» Он обновляет статус в «Твиттере» и радостно читает каменты от друзей, которые тоже здесь — с народом.

Так простой человек, «хомячок» — наш брат, — начинает ощущать себя частью великого народа и начинает верить, что он делает великое дело.

Подавляющее большинство участников «болотной революции» — наши непутевые братья. Люди, которые в силу разных обстоятельств оказались в толпе себе подобных и попали в ловушку. Примерно в такую же ловушку попадают, например, солдаты, пережившие приступ паники. Или участники религиозных сект на массовых стадионных молебнах. К непутевым братьям бессмысленно применять репрессии. Они не со злого умысла участвуют в разрушении государства.

Это немаловажный фактор — его надо четко понимать.

«Болотные» инженеры: утопить в мелочах, а лучше изолировать

Совсем другое дело — профессионалы, инженеры «болотных» технологий. То, что для нашего очарованного брата — единение с народом, для Чириковой, Немцова и их менеджеров — сложный рутинный труд. Нужно поставить палатки, организовать биотуалеты, следить, чтобы митинг шел беспрестанно и ни на секунду не останавливался. Нужно чередовать выступления политиков и музыкантов. Для того чтобы наш брат-«хомячок» испытал эйфорию на площади, инженерам «болотной революции» предстоит серьезно попотеть. И вот у них на самом деле никаких иллюзий нет. Поэтому они выглядят уставшими, в то время как наши братья воодушевлены и готовы стоять на площади неделями.

Это люди совсем другого порядка: они будут всячески мимикрировать под рядового «хомячка-революционера», испытывающего эйфорию. Они будут говорить вам о невиданном единении, восторженно зачитывать сообщения из ЖЖ. Но голова у них будет занята на самом деле биотуалетами, очередностью выступлений на сцене и свежим постом в «Фейсбук».

Итак, мы имеем дело с двумя принципиально разными типами «болотных революционеров». Это надо обязательно артикулировать при каждом удобном случае — в частных беседах, в СМИ, в социальных сетях.

Главная задача по отношению к «болотным» инженерам — изолировать любой ценой. А в случае если изолировать не получается, то максимально ломать организационные схемы — жизнедеятельности лагеря, обеспечения едой, подвоза новых рэволюсьёнеров: «болотные» технологии достаточно многозадачны, поэтому могут погрязнуть в мелочах и забуксовать.

Но все это не будет актуально, если с «болотными» инженерами поступить неполиткорректно, но по совести — задержать по обвинению в государственной измене. И это вопрос политической воли, а не технологий.

Стейк должен быть с кровью

Следующий принцип технологии тоже обязательный: «болотная революция» нуждается в трупе. Как минимум в одном. У нас на Украине таковым трупом был Георгий Гонгадзе. Для тех, кто забыл: режим Кучмы пал уже после ВТОРОЙ «болотной революции». Первый раз Кучму пытались «сковырнуть» в марте 2001 года.

Труп обязательно необходим, потому что «кровавый режим» должен стать действительно кровавым. В прямом смысле этого слова. В крайнем случае, если нет трупа, нужно покушение — как «отравление» Ющенко за две недели до выборов в 2004 году.

Сложно сказать, как именно будет внедрен этот технологический этап, — то ли это будет истеричная Чирикова, то ли одержимый Навальный, то ли душка Немцов. Может быть, это будет взрыв в «болотной» толпе в разгар митинга. А может быть, в камере задушат Ходорковского. Это вопрос, скорее, к спецслужбам, а не к публицистам. Думаю, что кандидатов на труп несколько и определятся с конкретным сценарием уже непосредственно перед реализацией. А может быть, запустят сразу несколько.

На самом деле, КТО ИМЕННО будет ТРУПОМ, не имеет значения. Понятно лишь то, что он обязательно нужен. Так задумано по технологии. Потому что лучший стейк в ресторанах штатовской кухни надо готовить с кровью. Так по крайней мере рекомендуют авторы рецептуры «болотных революций». А наши североамериканские братья, напомню, отличаются от нас склонностью технологизировать все и вся. И придерживаться технологии до тех пор, пока она не даст сбоя. Пока что все работало как часы.

(Продолжение следует)