«Однако» продолжает публиковать письма жительницы Дамаска, русской женщины, давно переехавшей в Сирию (во время одной из командировок в эту страну мы договорились, что она будет писать нам, сообщая о том, что происходит вокруг). В этом номере — очередная порция писем нашего непредвзятого автора. Стиль и орфография оставлены без изменения. Имена, адреса и другая информация личного характера по понятным причинам не публикуются.

19 АПРЕЛЯ

Почти весь день не работал INTERNET. Обзвонила знакомых, у них с утра не работал, потом включили. Оставалось только ждать. Подключили почти ночью.

Вчера был праздник. День независимости Сирии. Несмотря на напряженность, которой словно пропитан воздух, поехала в центр города — очень нужно было по делам. Выходной день, народу мало. К своему удивлению, обнаружила, что по нашему маршруту стал ходить большой автобус, в дополнение к маршрутному такси. День прошел спокойно. Но после 10 вечера началась интенсивная стрельба. Начитавшись сообщений в ANNA — news о «затишье перед бурей», подумала: вот оно! началось! атака на Дамаск! Однако звуки выстрелов оставались на расстоянии, явно не под окном, поэтому просто легли спать.

Утром стала звонить подруге, чтобы знать ее мнение о выстрелах. Но она сказала, что это было выражение радости и солидарности населения с президентом по окончании его речи по TV, которое вылилось в стихийную демонстрацию поддержки. Люди выходили на улицы, в основном на машинах с государственными флагами и портретами президента. Солдаты стреляли в воздух.

Другая подруга с другого конца Дамаска сообщила то же самое. Мы успокоились.

21 АПРЕЛЯ

Вчера уезжали сомалийцы. Нет, конечно, не все. Но это я в первый раз вижу — что сомалийцы покидают Сирию. Мы уже шутили, что скоро все сирийцы уедут (беженцы), и останутся в Сирии одни сомалийцы. Как прилепленные сидели.

Появились они тут давно, где-то в 1993–1994 годах. Страна у них практически перестала существовать, рассыпалась на отдельные анклавы, и хозяйничают там отдельные вооруженные группировки. Люди бежали от страха за свою жизнь и от голода. Я не знаю, почему они бежали в Сирию. Мы ведь не имеем общих границ. И язык разный.

Хотя Сомали входит в ЛАГ (Лига арабских государств) почему-то. Вот Сирия сейчас — не член ЛАГ, а Сомали — член. Не странно ли? Государственными языками были у них официально сомалийский и арабский, но я за все время ни разу не встречала здесь, в Сирии, сомалийцев, говорящих по-арабски. Если темнокожий говорит по-арабски — то это из Судана, скорее всего. Но молодое поколение, родившееся здесь, конечно, говорит по-арабски.

В принципе хлопот они не доставляли. Жилье снимали за свои деньги (может, им, как беженцам, оказывали помощь международные организации — не знаю). В основном семьи, состоявшие из женщин и детей. Мужчины — на заработках, приезжают раз в год в отпуск (мы шутили: «пиратами работают»). Они говорят — в Саудовской Аравии. Дети учатся в бесплатных школах, за одной партой с сирийцами. Медицина бесплатная, у частников — за свой счет. Высшее образование тоже бесплатное (по баллам) в местном университете. В армии не служат. В политику они не вмешивались. В последнее время число сомалийцев увеличилось. Я думаю, они просто бежали из горячих точек, из пригородов Дамаска, и их концентрация в нашем районе увеличилась.

А вчера смотрю — на площади стоит большой междугородний автобус и сомалийцы грузят вещи. Узнала семью, по соседству, на одной лестничной площадке жили. Спросила, куда едут? Отвечают: в Турцию. Пожелала им всего хорошего. Как они доедут? Как устроятся? Язык другой. Детям в школу надо. А жить где будут? Сколько в Сирии разных беженцев было, миллионами: и палестинцы, и иракцы, и ливанцы, и сомалийцы — а никто ни единой палатки не видел. Все в домах жили. А в Турции такое творится... Да и у других соседей тоже.

22 АПРЕЛЯ

У арабов есть поговорка: «Мы с родным братом ругаемся, но мы с родным братом вместе встанем против двоюродного брата, однако мы вместе с родным и вместе с двоюродным встанем против чужака».

Вот сейчас что-то похожее происходит в ситуации со взрывами в Бостоне. Все-таки чеченцы с русскими — братья, если не родные, то двоюродные, — точно. А Америка — чужаки. Нельзя давать в обиду народ только из-за того, что есть подозрения на кого-то из них. Ну а терроризм, он вообще не имеет ни национальности, ни родства. Убивают (или посылают на убой смертниками) и детей, и жен своих. Тут уж надо объединяться всем вместе против этой чумы-заразы.