«Однако» продолжает публиковать письма жительницы Дамаска, русской женщины, давно переехавшей в Сирию (во время одной из командировок в эту страну мы договорились, что она будет писать нам, сообщая о том, что происходит вокруг). В этом номере — очередная порция писем нашего непредвзятого автора. Стиль и орфография оставлены без изменения. Имена, адреса и другая информация личного характера по понятным причинам не публикуются.

5 АПРЕЛЯ

Вчера был четверг. Утром встретила соседскую девчушку (3-й класс), спросила ее, почему она не в школе. Она ответила, что ее и сестер, и брата папа не пустил в школу, потому что каждый четверг случается что-то нехорошее. А ее сейчас выпустили в ближний магазинчик, чтобы она быстренько купила детские книжки на всех, и будут дома сидеть и читать. Ну и то хорошо, нечасто тут встретишь такую читающую публику.

А один раз, несколько лет назад, мне пришлось встретиться с одной женщиной-арабкой, которая вышла замуж и жила в Америке. Она приехала с сыном 4-х лет в гости к родителям. Мы встретились в магазине. Она жаловалась, что не знает, чем занять ребенка. Я ей показала на небольшие детские книжки-сказки. Наверное, ребенку понравится, там такие замечательные картинки... Но молодая женщина так посмотрела на меня, как на необразованную бабушку, и сказала: в Америке почти запрещены такие книги, потому что в них обман (?!). Эти книги вызывают у ребенка способность лгать. У меня глаза округлились. Но ведь это сказка! ...Наверное, в «американском» языке нет перевода этого слова. И потом, мы же не скрываем этого. Как в конце сказки говорится: сказка — ложь, да в ней намек, добрым молодцам урок. Бедные дети. Но это я так, к слову.

Мне еще нужно сходить в русское посольство. Отдала документы на визу для мужа, хотим навестить родственников в России и Эмиратах. Идти или не идти? Четверг все-таки. Вот дожили, теперь, чтобы пойти по делам, надо трижды подумать: вернешься или нет? Ладно, рискну.

Погода хорошая.

По нашей улице пустили новую маршрутку, поэтому уже не ту проблем с передвижением по городу. За минуты доехала до нужного места. Стояла небольшая очередь. Узнала нескольких знакомых. Вот радости-то было! Конечно, начались расспросы: а как у вас?..

Кто-то, спасаясь от ситуации, вынужден с семьей переехать в деревню. Кто-то потеснился и принял дополнительных членов семьи. Конечно, приходится нести материальные потери, крупные потери. Кто-то потерял дом, который приобрели для детей, у кого-то сожгли кабинет мужа-доктора.

Одна женщина рассказала, что ее сын имел аптеку в пригороде. Однажды началось что-то вроде «химической» атаки. Каким-то газом заполнили всю улицу селения, убегали кто как мог, бросив свои дома и магазины открытыми. Вроде бы обошлось без смертельных случаев, но когда через несколько дней люди вернулись в селение, то обнаружили, что все разграблено подчистую. То есть это был один из способов грабежа.

Пока стояла в очереди, позвонила дочка, сказала, что с визой для папы не получается. Мне дают — по русскому паспорту, а ему, как сирийцу, — нет. Жаль, расстроится теперь. Посмотрим, как получится с визой в Россию? Наконец открывается дверь консульства. Посетителей принимают только 2 часа в день и только 4 часа в неделю. Сначала пропускают каких-то своих служащих. Это всегда нервирует очередь. Было бы лучше, если бы пускали «своих», допустим, за час до официального открытия дверей или в какую-то другую дверь.

Первый «запуск» — 5 человек. А раньше запускали больше. Сначала — охранник — сириец, перед ним 12 шкафчиков, в которые надо сложить свои вещи и главным образом мобильники. (Недавно нам пришлось с мужем по делам зайти в сирийский военкомат. Там в приемной висело 5 плакатов, запрещающих пользоваться мобильниками — как посетителям, так и служащим, но абсолютно все, не скрываясь, пользовались мобильниками и хоть бы что. Вот такая дисциплина.)

Потом проход через «арку» и обследование ручным искателем. Внутри 4 окошка с дипломатами (каждое — по своему профилю: на оформление паспорта, на оформление гражданства, на визу и другие) и еще 2 — касса. Тут, конечно, свои сложности. Ведь могут войти все первые пять человек с одним вопросом и встать в одно окошко. В то время как другие дипломаты сидят и зевают от нечего делать. А люди на улице стоят и нервничают, что не могут войти, и боятся не успеть до конца приема. Но их не пустят внутрь, пока кто-то не выйдет. На выходящего один входящий. Хотя бы вошли в положение в это военное время, принимали бы людей не по часам, а пока не кончится очередь. Все-таки приезжать еще и еще раз — это подвиг.

А мне вообще не нужно было в те окошки, мне надо было в кассу. Я раньше уже все заполнила и заплатила — мне только получить. И что? Тоже стоять в общей очереди? Раньше, когда охранник был русский, можно было ему объяснить. А арабу не объяснишь (даже зная арабский язык). Он говорит: не положено. И он прав — его так научили. Такие правила работы. Но и мы по-своему правы. Я третий раз прихожу, и каждый раз стоять в очереди? Прошлый раз мне просто сказали: еще не готово.

Используя приоткрывшуюся дверь, я, размахивая квитанцией перед лицом охранника, врываюсь в приемную. Подаю квитанцию. Меня просят подождать. Сижу довольно долго. Сидят еще люди. Один из дипломатов входит к нам в зал и начинает «культурно» выгонять, при этом говоря, что из-за нас не могут войти следующие люди с улицы, как будто не их сотрудники заставляют нас ждать.

А визу все-таки мы получили. Надеемся, летом будем в Москве.

6 АПРЕЛЯ

Вернулась домой нормально. И до конца дня четверг никак себя не проявил. Однако уже к вечеру четверга начались какието странные то ли взрывы, то ли залпы. От выстрелов загорелись несколько домов в соседнем квартале. Я думаю, они были пустые. Там уже давно жители покинули свои жилища. Как раз пока я стояла в очереди в консульство, одна женщина говорила, что ее дочка с мужем зимой пошла в гости к его маме, а обратно не смогли вернуться. Их не пустили военные в дом, так как появился в том районе снайпер и стало опасно (упоминала этот самый район).

Зато утром всякие «Аль-Джазира» и «Аль-Арабия» по TV несли такую ерунду про то, что тот район якобы правительственные силы обстреляли ракетами «земля-земля». Некоторые пошли дальше и поместили в FB рисунки этих ракет с техническими данными (дальность полета 120 km, вес 500 kg, изготовитель — Россия).

Можно подумать, что такие «важные объекты» в том районе, что на уничтожение их понадобилось выпустить 16 ракет (как они говорят), каждая из которых стоит миллионы долларов. Судя по снимкам, это был минометный обстрел. А дома развалились глинобитные, а горели, правда, квартиры в хорошем здании. Но не развалились.

Пятница прошла спокойно.

Относительно.

7 АПРЕЛЯ

Сегодня примерно в час дня услышала звук взрыва или выстрела тяжелого орудия. Сначала не среагировала на это, мы ложимся с этими звуками, просыпаемся тоже с ними. Но вдруг в окно увидала: густой черный дым поднимается высоко в небо где-то через 4 здания от нас.

Позвонила подруге, у которой дом ближе к тому месту, но у нее окна упираются в стенку слишком близко стоящего дома и поэтому ничего не видно. Но расслышала голоса пробегающих мимо людей, говорили о взорванной машине. Взрыв небольшой силы, не почувствовали взрывную волну, а вот дыму было много.

Потом люди звонили издалека, им было видно. Горело недолго (10–15 минут). Может быть, затушили? Не знаю. Говорят, под днищем машины была заложена взрывчатка. Пострадал водитель (ноги). Больше в машине никого не было.

8 АПРЕЛЯ

Знаете ли вы, что Сирия жила и живет до сих пор по законам ШАРИАТА? В отличие, допустим, от Ливии.

Это я к сведению тех «братишек», которые едут в Сирию на ДЖИХАД, чтобы установить в стране законы ШАРИАТА.

А то ведь везде только и слышно: «...светское государство, светское государство...»

A ШАРИАТ — это не значит отрубание рук, ног и голов, как в Саудовской Аравии, в связи с чем, кстати, всегда возникал вопрос о том, что бывает с виновными после исполнения наказания? Государство ставит их на инвалидность? И кормит и поит? Я имею в виду безруких, с безголовыми там понятно.

Но ШАРИАТ — это свод законов и правил общественной и семейной жизни, по которым живет данное общество.

Я сейчас держу в руках небольшую брошюру. «Семья и брак в сирийском законодательстве». Брошюра издана по инициативе и при участии клуба соотечественников «Родник» при Русском культурном центре в Дамаске.

Составитель и переводчик — адвокат Муса Аббуд, кандидат юридических наук. Это небольшая книжечка, всего 23 страницы.

Переведены некоторые пункты, особо важные для нас, иностранных женщин, проживающих в Сирии.

Когда я была в Москве, зашла в ЗАГС, где регистрируют россиянок с иностранцами. Предлагала им бесплатно копию этой брошюры, но они отказались. Хотя должны были бы иметь небольшую библиотечку с такими книжицами из разных стран. Чтобы при подаче заявлений в ЗАГС молодые девушки ознакомились с некоторыми законами и чтобы поменьше было проблем в будущем.

Вот некоторые, на мой взгляд, интересные статьи: Административные 1077 е процедуры заключения брака Ст. 40, п. 1. Просьба о заключении брака направляется районному судье с приложением следующих документов:

1) справка от мухтара (старосты) района, где проживают вступающие в брак;

2) справка о гражданском состоянии вступающих в брак;

3) медицинская справка;

4) разрешение на вступление в брак для военнослужащих или подлежащих призыву;

5) согласие органов госбезопасности, в случае если один из вступающих в брак является иностранцем.

Ст. 44. Контракт о заключении брака должен включать в себя:

4) размер предварительного и отсроченного калыма и то, получен ли предварительный калым.

Ст. 48, п. 2. Брак мусульманки с немусульманином является недействительным.

Калым

Ст. 54, п. 1. Нет минимального или максимального размера калыма.

9 АПРЕЛЯ

И опять теракт. Опять гибнут люди. Как в Ираке — ежедневно теракт или даже несколько. В Ираке это длится уже 10 лет. В Сирии — почти 2 года. Пока что у нас не было каждый день по теракту, но в последнее время они участились. А, ну да, увеличилась помощь террористам. А мы все стоим и никак не поддаемся на «защиту мирного населения». Почему-то нам не нравится, когда нас таким образом «защищают». А почему никто не проливает слезы по мирному населению в Ираке? Ни Европа, ни Америка, ни арабские страны Залива — никто не видит теракты в Ираке, которые продолжаются ежедневно в течение 10 лет? Там кто воюет с народом? Правительство? Зато все «полюбили» население Сирии и так душой болеют за Сирию. Может быть, хватит нас «любить»? Чем меньше вы нас «любите», тем больше вы нам нравитесь.

14 АПРЕЛЯ

Хочу поблагодарить Александра Горбенко за статью «Наша война в Сирии продолжается. И мы потихоньку побеждаем».

Прямо как бальзам на душу. Прямо как в песне поется:

.....И просто и радостно

На душе у бойца

От такого хорошего

От ее письмеца.

И врага ненавистного Крепче бьет паренек... Стихи М. Исаковского. У нас перед пятницей было затишье дня 3. Мы были удивлены, перезванивались, спрашивали друг у друга и не могли понять, в чем дело?

В пятницу начались снова залпы из пушек и ракетные обстрелы окраин Дамаска. Там, где были скопления боевиков. На юге окраины Дамаска взметнулось огромное облако черного дыма. Горело почти полдня. Потом в интернете прочитали, что уничтожили мастерскую (террористов) по изготовлению взрывных устройств. Но там же где-то расположен завод по изготовлению моющих средств (стиральных порошков). Надеемся, он не пострадал.

По телеканалу «Аль-Джа зира» в пятницу сделали передачу, в которой пытались обелить «Джебга аль Нусра» («Фронт победы»). Ведущий рассказывал, какие они (члены этой организации) самоотверженные и высокоморальные. Но приглашенные в студию на эту передачу как-то не очень удачно были подобраны, и вся беседа свелась словно к разговору о покойнике: то есть или хорошо, или никак. A хорошего что-то не вспомнилось у них, поэтому получилось — никак.

Сегодня тоже по каналу «Аль-Маядин» выступал один оппозиционер-сириец (естественно, из-за границы, из Парижа), очень ратовал за «Джебга аль Нусра» и рассказал, что они делятся еще на три составные части: свои сирийцы-сунниты, пришлые иностранцы — джихадисты и члены «Аль-Каиды». И тоже все — очень «хорошие».

15 АПРЕЛЯ

Выбежала из дома буквально на 15 минут, заплатила за телефон. Время — 11 дня. Вспомнила, что как раз в это время привозят молоко, надо добежать до бакалеи.

В последнее время больше стало в продаже молока. Раньше возили с Голанских высот, а сейчас прибавилась доставка молока и из Восточной Гути, после ее освобождения от боевиков. На улице много народа. Проталкиваясь через толпу, я не сразу заметила, что впереди что-то не так. Сначала мой взгляд уловил несколько человек вооруженных солдат на разделительной полосе проезжей части. Я подождала идти, обдумывая, что бы это значило? Может быть, проводят проверки домов в нашем районе? Кажется, кто-то говорил, что идут проверки.

Я шла по тротуару мимо мечети и не сразу сообразила, что дальше путь закрыт. Что такое? Передо мной стоят какие-то стулья, подставки в виде столиков. Все так расставлено, что невозможно пройти. Оглядываюсь: вокруг много народу, каждый занят своим делом. Сидят торговцы зеленью, овощами и фруктами. По обе стороны улицы открыты магазинчики одежды и обуви, но мне нужно вперед, в бакалею. Вот она, примерно в 25 метрах. Вижу — открыто, работает, но пройти нельзя. Слышу голос, кажется, обращаются ко мне. Указывают, что надо свернуть в переулок. Я замечаю группу мужчин, одетых в гражданское, но с оружием. Я им объясняю, что мне нужно в бакалею. Мне советуют перейти улицу, обойти по противоположной стороне, а потом опять вернуться на эту сторону. Через эти 25 метров. Только тут я замечаю, что на протяжении этих 25 метров тротуар пуст. Киоски закрыты. Есть еще в глубине улицы сзади киосков небольшой скверик — тоже пустой. Я не стала делать этот маневр с переходом улицы, просто повернулась и пошла назад, по дороге нашла другую открытую бакалею и купила молоко. После обеда все-таки решила еще раз заглянуть туда, где было оцепление. Уже ничего этого не было. Тогда я спросила у продавца зелени, что тут такое происходило перед обедом? Он сказал, что обнаружили самодельное взрывное устройство и ждали, пока придут саперы и обезвредят его. Все закончилось благополучно.

16 АПРЕЛЯ

По поводу взрывов в Бостоне. По TV бегущая строка: Путин выразил соболезнования американскому народу в связи со взрывами в Бостоне. Как уже многие высказались: возникают двоякие чувства... Кому, как не нам, живущим в Сирии, ежедневно подвергающимся угрозам террористических атак и обстрелам из гранатометов, не знать, что это такое. Каждый раз, уходя из дома, сообщаешь родным, в какую сторону идешь, чтобы в случае чего знали, где искать.

С другой стороны, думаешь: а они много раз выражали соболезнования народам других стран? Я уже не говорю о том, кто является непосредственным «кашеваром» этого так любимого ими хаоса. И думается: а как они восприняли сейчас эти соболезнования? Как должное, потому что они какие-то особенные? Вот и Пан Ги Мун засуетился. И письма в Совбез ООН сейчас пойдут. Они — особенные. А все остальные люди на земле — не люди, по их мнению. Ну и хотелось бы сказать американскому правительству по аналогии: это что же вы своих мирных жителей убиваете? Сначала из огнестрельного оружия направо и налево расстреливаете, и детей в том числе, а теперь и до взрывов дошли?