В дни празднования юбилея битвы на Волге Сталинград вновь стал Сталинградом — по крайней мере, на некоторое время.

Эта инициатива волгоградских властей, несомненно, похвальна. Не менее похвально, что ее стремглав поддержал вице-премьер Дмитрий Рогозин, выведя вопрос из разряда местной самодеятельности на уровень общенациональный (что важно, и ниже мы к этому еще вернемся). Но в то же время именно половинчатость и даже в какой-то мере стеснительность этого решения доказывают одну простую вещь: историческое сознание нашей страны стоит враскоряку, и больше оно так стоять не может. Расползется и брякнется оземь. Вместе со страной.

Единый культурный код, о котором так красиво и убедительно говорит президент, не может существовать без опорных точек — очевидных, канонических, неоспариваемых. Это ключевые события нашей истории, самые яркие личности нашего народа, самые емкие и глубокие образы нашей культуры, самые непререкаемые понятия и ценности нашей жизни.

В современном же российском обществе с этими опорными точками полная неразбериха: разные группы и даже разные отдельные персоналии в своей самоидентификации опираются на слишком большое разнообразие несовпадающих опорных точек, что и называется «стоять враскоряку». Этот хаос по большей части достался нам в наследство от прежних эпох, но стараниями современников, то есть нас с вами, он заботливо воспроизводится и приумножается.

Одно только слово «Сталинград» — именно такая очевидная опорная точка. Она символизирует событие слишком яркое, слишком недавнее, слишком глобальное, чтобы быть предметом стыдливого (непонятно с чего) умолчания.

Именно поэтому в годовщину Сталинградской битвы вопрос названия города на Волге был предметно поставлен в российском обществе.

1. Почему Сталинград. Да, историческое название города на Волге не Сталинград, а Царицын. Но мы, требуя восстановить справедливость, говорим именно о Сталинграде. Потому что в историю планеты Земля вошел именно Сталинград. И именно Сталинград, таким образом, является опорной точкой нашего культурного кода.

Да, переименовывая город в первый раз, наши предки допустили, скажем так, волюнтаризм. Но они же его и легализовали навечно — своим великим подвигом 1942–1943 годов. И у нас сегодня есть только одно право — называть этот подвиг его настоящим именем.

2. Почему это вопрос национального масштаба. В принципе законодательство РФ предусматривает, что инициатива пе реименования населенного пункта — это прерогатива местных властей, наверху ее только рассматривают, одобряют и фиксируют. Соответственно, мы с вами, не имеющие волгоградской прописки, никаким таким субъектом в этом вопросе не являемся.

На эту тему — после того, как «Однако» по осени выступил со своей сталинградской инициативой — у меня даже состоялся твиттер-диалог с Дмитрием Рогозиным. Вице-премьер сказал, что сам-то он в принципе за, но, мол, жители Волгограда могут не согласиться.

Ну, во-первых, ответил я тогда, жителей Волгограда и спросить-то недолго: эта процедура законом предусмотрена. Во-вторых, что, на мой взгляд, куда более существенно, понятие «Сталинград» очень далеко выходит за рамки региональной компетенции — да и, честно говоря, даже за рамки национальной компетенции. Сталинград — символ всемирно-исторического значения. Но является при этом национальным достоянием народа России.

Ну и, кроме того, возвращение городу имени Сталинград — это юридическая коллизия, с точки зрения процедурной. Ведь исторически-то это — Царицын (см. п. 1). Стало быть, и эта формальная коллизия нуждается в прозрачном политическом решении. 3. О персональном деле Джугашвили И.В. Чу! Мы уже слышим возмущенные писки меньшинств. Вот, например, сокрушается вице-спикер Госдумы Николай Левичев: «Почему-то никому из нормальных людей не придет в голову переименовать улицу в честь Гитлера или Пол Пота, однако идея возвращения Волгограду «исторического названия» находит немалую поддержку по всей России». Ну, персонажей помельче упоминать не буду: аргументация та же, мотивация понятна, парализующий ужас перед символами и именами великой эпохи объясним, да и кто ж их считает.

Спешу утешить: речь никоим образом не идет о реабилитации Сталина. По одной простой причине: а мы вообще кто такие, чтобы предъявлять обвинения человеку, стоявшему во главе нашей страны в эпоху немыслимых испытаний, немыслимых свершений и немыслимых побед? Соответственно, нет обвинений — нет и реабилитации.

Тем не менее лично я нахожу только справедливым, что наряду с Екатеринбургом, Санкт-Петербургом, Ивангородом, Владимиром, Ярославлем на карту России вернется город, названный в честь еще одного ее легендарного лидера.