Думаю, жестокая история не без злого умысла поставила две эти даты — 12 и 22 июня — так близко друг другу. И еще зарифмовала для пущей доходчивости. Чтобы мы сначала отплясали День России, а потом подошли к зеркалу 22 июня и отшатнулись в омерзении.

В одну из них случилась катастрофа, которая закончилась торжеством справедливости, отмечаемым ныне как самый священный национальный праздник. В другую — случилась катастрофа, которую назначили государственным праздником.

В июне 41-го сдать страну было очень просто. Уважительные причины и объективные обстоятельства, которыми можно оправдать любое малодушие и предательство, громоздились друг на друге, и, казалось, никуда от них не деться. Невиданный в русской истории военный разгром. Стремительная утрата самых лакомых территорий — самых плодородных, самых населенных, утыканных самой развитой промышленностью и самыми передовыми научными центрами. Конец света и худо-бедно налаженной жизни.

Ну правда, паралич власти не наступил, но какой прок от самой что ни на есть организованной власти в таких обстоятельствах? В обстоятельствах, которые сами по себе неминуемо должны привести к тотальному параличу воли и разума?

Можно было поступить рационально, как принято у цивилизованных европейских наций, — расслабиться и смириться с обстоятельствами непреодолимой силы действия. В конце концов, у благоразумных французов к тому времени даже потребление устриц на душу населения не снизилось. Ценности демократии опять же — без комиссаров, жидов и прочих инородцев. Без невыносимого имперского бремени, мешающего непутевой русской нации счастливо развиваться в лоне европейской цивилизации.

…Но народ вцепился в страну зубами и глухо рыкнул: «Х... вам…» Эту отчаянную хватку не сумели разжать ни танковые клинья Гудериана, ни пикирующие бомбардировщики Геринга, ни зверьки Гиммлера, ни заманчивая ложь Геббельса. Этот глухой рык превратил положение вермахта в безнадежное.

Да, потом были Сталинград и Курская дуга, «Багратион» и взятие Берлина. Потом. Но май 45-го начался в июне 41-го, потому что нельзя отнять страну у народа, которому страна до такой степени нужна.

Вот тебе и вся демократия с референдумами.

Через 50 лет, чтобы сдать страну, даже враг не понадобился. Достаточно оказалось объективных обстоятельств и уважительных причин, которыми сейчас принято оправдываться. И даже не оправдываться, а возводить помутнение рассудка и здоровых инстинктов в доблесть. Ну логично же: зачем нормальному человеку родина без колбасы и шенгенской визы? К чему дергаться, если общечеловеческие исторические процессы доказали и обосновали? Зачем суверенным народам с правом самоопределения кормить друг друга, когда их всех накормят идеи демократии и свободного рынка? Во имя чего цепляться за свою страну, если вон там есть такие импозантные господа, которые готовы стать хозяевами? На кой ляд жить в своем доме, когда надо жить, как у людей? И какая нам польза от государства, если в Кремле недостойные люди, не иначе как с луны засланные? Конечно, логично. Рационально и благоразумно. Перед лицом таких смертельныхто угроз.

И вот что важно заметить. Красноармеец, убитый в Брестской крепости в нерациональном прорыве штык в штык, и живущее ныне благодаря ему благора зумное млекопитающее — они ведь не представители разных биологических видов, как может показаться на первый взгляд. Они оба — один и тот же народ. Это мы — люди, личности, способные на самостоятельные решения и действия. И очень хочется, чтобы мы сегодняшние не оказались позорным результатом необратимой генетической мутации нас прежних, тех, которые вцепились зубами в страну и написали человечеству его историю. Очень хочется, чтобы мы сегодняшние оказались всего лишь идиотами, которые приняли неверное решение, допустили ошибку, но способны ее исправить, а не бормотать оправдания про объективные обстоятельства, про «все побежали, и я побежал» и что «нас обманули».

…Кстати. В 1941—1943 годах на некоторых русских землях, временно приобщенных к наивысшим ценностям европейской цивилизации, на дату 22 июня был назначен праздник — День освобождения России. По известным причинам праздник не прижился. А через полвека его перенесли на 12-е.

Другие материалы главной темы