Картина геоэкономических сдвигов на рубеже XX и XXI веков определяется помимо устоявшихся и развивавшихся ранее трендов (таких как, например, закономерное превращение Китая в сверхдержаву или приближение США к суверенному банкротству) еще и новыми масштабными факторами, которых, кажется, не было со времен эпохи Великих географических открытий.

Комплексный процесс под названием «глобальное потепление» хоть и воспринимается в первую очередь через призму экологии, способен в среднесрочной перспективе дать начало существенным изменениям как раз в сфере экономики. Именно благодаря ему Арктика и Антарктика, единственные регионы планеты, остающиеся по объективным климатическим причинам за пределами активного экономического освоения, понемногу переходят в категорию мест, обладающих огромным потенциалом и стратегическим значением.

Нефть и газ в настоящее время являются самыми важными ресурсами, которыми обладают Арктика и Антарктика. Хотя, разумеется, это не единственная ценность, значение имеют также ресурсы биологические — таяние льдов позволит существенно расширить рыболовецкий промысел, а в перспективе и запасы пресной воды.

Для нас, разумеется, более актуальной является ситуация в Арктике. Как с точки зрения географической — Россия обладает самой протяженной арктической границей среди всех северных держав и потому не может не быть субъектом приполярных экономических процессов, так и с юридически-правовой.

А юридический статус Арктики с точки зрения межгосударственных соглашений и международного права — вопрос существенно менее определенный и гораздо более спорный. В отличие от южного приполярного пространства.

Гарантии, которые не гарантируют

В соответствии с Конвенцией об Антарктике, вступившей в силу 23 июня 1961 года, Антарктида не попадает под юрисдикцию какого-либо государства, на ее территории разрешена исключительно научная деятельность. Запрещено размещение объектов военной инфраструктуры, заход боевых кораблей и вооруженных судов южнее 60-го градуса южной широты, а с 80-х годов прошлого века введен запрет на появление в водах Антарктики судов с атомной двигательной установкой.

Впрочем, даже соглашение, подписанное 28 странами при поддержке множества наблюдателей, не гарантирует полного спокойствия Южного полюса. Державы, в разное время разместившие в Антарктиде китобойные и исследовательские станции, считают это достаточным основанием для требования права собственности на обширные приполярные территории. Австралия претендует на половину антарктического континента, соперничая за Землю Адели с Францией. Аргентина совместно с Чили и Великобританией претендуют на Антарктический полуостров. В индивидуальном порядке Великобритания полагает своей примерно четверть Антарктиды, в связи с чем была официально введена новая административная единица — Британская Антарктическая территория. Для легитимизации претензий Бразилии исследовательскую станцию этого государства в 1991 году посетил лично президент Фернандо Коллор де Мелло, положив начало традиции регулярных визитов высокопоставленных чиновников. Даже имеющая минимальные по сравнению с конкурентами запросы к Антарктиде Норвегия претендует на территорию, примерно в десять раз превышающую площадь самой Норвегии. Причины такого интереса к отдаленной земле не скрываются — перспектива доступа к богатейшим, нетронутым залежам углеводородов.

Конвенций, аналогичных антарктическим, оставляющих Приполярье исключительно науке, по Арктике нет. Государства, обладающие непосредственным доступом к Северному Ледовитому океану, имеют полное право разрабатывать в своих водах любые ископаемые, какие только позволяет технический прогресс. Согласно действующей Конвенции ООН по морскому праву от 1982 года, приарктические государства обладают суверенным правом на разработку недр в пределах принадлежащих им в регионе исключительных экономических зон и континентального шельфа. В вопросе о корректных способах разделения зон влияния, а также о том, кто имеет право претендовать на арктические ресурсы — государства, имеющие непосредственный выход в Северный Ледовитый океан, или все государства мира, — единство отсутствует. При этом по прогнозам экспертов Международного энергетического агентства (IEA) на одном российском шельфе площадью 6,2 млн кв. км (а подавляющая его часть приходится именно на бассейн Северного Ледовитого океана), занимающем 20% всего шельфа Мирового океана, перспективными с точки зрения нефте- и газодобычи являются 6 млн кв. км. По данным Минприроды РФ, на нашем континентальном шельфе находится 15,5 млрд т нефти и 84,5 трлн кубометров газа, что равняется примерно четверти всех мировых запасов углеводородов. Выявлено порядка двадцати крупных нефтегазовых месторождений, и по меньшей мере в половине случаев доказана целесообразность их разработки.

Холод может быть не минусом, а плюсом

Некоторые добывающие проекты Севера могут быть даже более выгодными, нежели аналогичные в более теплых широтах. Речь идет о сжиженном природном газе (СПГ), транспортировка которого осуществляется специальными газовозами, оборудованными криоцистернами, позволяющими поддерживать необходимую температуру — 162 градуса по Цельсию. Расходы на сжижение, которые составляют до 50% стоимости продукта (25 долларов на каждую тонну), и поддержание заданной температуры во время транспортировки СПГ конечному потребителю зависят в известной степени от температуры окружающей среды и от продолжительности пути. В настоящее время морская перевозка СПГ на расстояние 5 тыс. км обходится в ту же сумму, что и перекачка аналогичного объема газа по магистральному трубопроводу на расстояние 2,5 тыс. км. Хотя присутствуют потери — при перевозке газа из Объединенных Арабских Эмиратов, к примеру, в Японию испарение СПГ во время транспортировки составляет от 0,1 до 0,2% от веса груза в сутки, что составляет в общей массе перевозок весьма значительную сумму, учитывая дедвейт газовозов, от 140 до 155 тыс. кубометров.

Арктика выглядит весьма многообещающе с точки зрения СПГ, не в последнюю очередь из-за благоприятствующих таким технологиям температур. Специалисты компании Bechtel, участвовавшей в строительстве первого завода по производству сжиженного природного газа, работающего в субарктическом климате на Аляске, утверждают, что в холодные месяцы эксплуатационные затраты действительно снижаются и завод может работать с большей производительностью. Низкие температуры окружающей среды дополнительно удешевляют содержание СПГхранилищ, в которых хранится газ до погрузки на газовоз. Мировая конъюнктура также выглядит привлекательно. Основным потребителем является Азия, на которую приходится две трети мировых продаж СПГ, и по-видимому, эта доля будет расти, учитывая постоянное открытие новых СПГ-терминалов и всеобщий поиск источников «чистой» энергии после катастрофы на АЭС «Фукусима-1». Япония импортирует до 90% необходимых энергоносителей, в частности, в 2012 году было закуплено 87,3 млн т сжиженного природного газа, что на 11% больше, чем в 2011 году. Активно строит терминалы для приема газовозов Китай. Китай потребляет примерно столько же газа, сколько Великобритания, — 100 млрд кубометров в год, но, по оценке IEA, к 2020 году потребление в Китае превысит 300 млрд кубометров в год, а к 2030 году — 600 млрд. К 2020 году планируется увеличить число СПГтерминалов с 5 до 14, а также построить 60 газовозов, затратив на эту задачу порядка 12 млрд долларов. Как энергоресурс СПГ приоритетен для Бельгии, Испании и Франции. Таким образом, рынок СПГ велик и будет расти дальше. Рынок СПГ развивается динамично — примерно на 7% в год, в то время как рынок обычного природного газа — на 2–3%. Впрочем, на выгодном рынке велика и конкуренция. Лидеры по поставкам СПГ — Катар, Алжир, Австралия, Индонезия и Малайзия: от 20 до 50 млрд кубометров газа в год каждый. Россия также имеет определенную долю благодаря построенному в рамках проекта «Сахалин-2» завода на юге Сахалина, но эта доля не превышает 5–6% от общемировой. Что, разумеется, не может считаться удовлетворительным. Особенно в свете того, что у России уже имеется прямой выход на газовые рынки Азии — как обычного газа, так и СПГ.

Новая Панама

СПГ был заявлен как одно из основных направлений разработки находящегося в 550 км к северо-востоку от Мурманска Штокмановского месторождения с запасами 3,8 трлн кубометров газа и 53,4 млн т газового конденсата, газ которого должен был поставляться потребителям Европы и США. Известно, что США благодаря подходящим условиям для добычи сланцевого газа в последнее время перешли на самообеспечение, что было одной из причин приостановки освоения Штокмановского месторождения, однако с выходом США в настоящее время из списка потенциальных потребителей российского СПГ бурно развивается другой рынок, азиатский. К которому благодаря таянию льдов открывается уникальный доступ из приполярных районов. И эта возможность явно не осталась незамеченной, поскольку 5 декабря 2012 года газовоз «Река Обь» успешно завершил своеобразный эксперимент — первую в мире перевозку СПГ по Северному морскому пути.

Судно вышло из японского порта Тобата в октябре 2012 года, прибыло в норвежский Хаммерфест, 7 ноября покинуло его с грузом сжиженного газа и в декабре благополучно вернулось к СПГ-терминалу в Тобата. Поход сопровождался научной миссией — на борту находилась группа представителей Крыловского государственного научного центра и «Совкомфлота», проводивших научно-исследовательскую работу по изучению особенностей ледовой проводки судна в период интенсивного льдообразования в арктических морях.

Во время перехода в Баренцевом и Карском морях льда практически не наблюдалось, от пролива Вилькицкого до Берингова пролива газовоз шел в молодом льду толщиной до 30 см, а два рейса «Реки Обь» за одну навигацию полностью подтвердили техническую и коммерческую пригодность Севморпути для перевозок СПГ. Коммерческая пригодность прежде всего состоит в том, что рейс в оба конца занял 20 дней. Что вдвое быстрее, чем по традиционному маршруту через Суэцкий канал.

Проходы «в один конец» были и раньше: в 2011 году танкер- газовоз Perseverance прошел севернее Новосибирских островов и достиг «чистой» воды Берингова пролива, а в 2010 году танкер SCF Baltica стал первым крупнотоннажным судном, прошедшим транзитом по Севморпути с грузом нефтепродуктов. Но проход «Река Обь» «тудаобратно» — первый и уникальный. В денежном выражении, с учетом двукратного уменьшения пути, открытая возможность прохода газовозов по Севморпути экономит в каждом случае порядка 3 млн долларов США, из расчета стоимости фрахта газовоза 0,13–0,15 млн долларов в сутки.

Другими словами, Арктика не только содержит огромные объемы нефти и газа, она позволяет открыть новый транзитный путь для их доставки основному потребителю в Азии, экономичный и быстрый, способный стать весомой альтернативой Суэцкому каналу. Все это понимают. И поскольку, говоря словами классиков, политика есть концентрированное выражение экономики, вдруг ставшая доступной ресурсно-транзитная Арктика неминуемо будет вызывать все больший интерес политический.

Визит ревизора

Хотя в вопросе рассмотрения «политизации» Арктики уместнее бы использовать оборот «уже давно». Особенно показательным стало начало лета прошлого года, когда государственный секретарь США (ныне уже с приставкой «экс») Хиллари Клинтон совершила очередное турне с весьма широкой географической повесткой — Дания, Норвегия, Швеция, Армения, Грузия, Азербайджан и Турция.

В датском Копенгагене Клинтон провела ряд двусторонних встреч с представителями руководства Дании, после чего направилась в Норвегию, где встретилась с властями государства и посетила одну из самых северных точек Норвегии — город Тромсё. Госпожа Клинтон совершила поездку за Полярный круг по Норвежскому морю на борту научно-исследовательского судна и пообщалась с норвежскими специалистами и чиновниками по вопросам сотрудничества в деле защиты экологии Арктики.

По итогам вояжа Хиллари Клинтон заявила о том, что увиденные ею свидетельства позволяют сделать вывод: глобальное потепление развивается даже быстрее, чем это предсказывали специалисты. В связи с этим госсекретарь США призвала основные страны, владеющие территориями в Арктике, — Россию, Канаду и Норвегию — к сотрудничеству, чтобы обеспечить развитие региона, не вредящее его экологии.

Комментирующая турне Клинтон Би-би-си уточнила: экология экологией, но по мере того как в Арктике тают льды, в первую очередь облегчается разработка огромных запасов нефти, газа и полезных ископаемых этого региона, а сам визит государственного секретаря в северные страны вызван прежде всего тем, что США желают подчеркнуть свой интерес к Арктике. Сама госпожа Клинтон убеждена в том, что эта территория будет становиться все более важным регионом с точки зрения геополитики, поскольку разные страны будут соперничать за ее ресурсы.

Вся власть арктическому совету!

Путешествие Клинтон до обидного скупо было освещено в свое время. А ведь оно дало старт административно-политическим изменениям в районе Северного Ледовитого океана. Город Тромсё на севере Норвегии Хиллари Клинтон посетила совместно с министром иностранных дел Норвегии Йонасом Сторе. На пресс-конференции по итогам этого посещения норвежский город с населением 65 тыс. человек был провозглашен ни много ни мало «столицей Арктики», а США — «главным арктическим государством». Несмотря на то что с географической точки зрения Мурманск — такая же столица Арктики, как и Тромсё, к 2030 году в норвежском городе планируется построить инфраструктуру, которая позволит наполнить его задекларированный статус фактическим содержанием. Дополнительно станет возможным более интенсивное функционирование Арктического совета, который видится Хиллари Клинтон центральным органом не надзора, а управления всей Арктикой. У которой теперь, оказывается, есть своя «столица», и «главное государство», чьи интересы, как признал на той же встрече глава МИД Норвегии, являются доминирующими.

В настоящее время в Арктическом совете постоянными членами состоят Дания, Исландия, Канада, Норвегия, США, Швеция, Финляндия и Россия, а наблюдателями являются Великобритания, Германия, Испания, Италия, КНР, Южная Корея, Голландия, Франция и даже Польша. Основные задачи организации до сих пор сводились к чистой экологии. Последняя, девятая по счету конференция Арктического совета в 2010 году рассматривала вопросы биоресурсов, исследований климата и последствий таяния льда. Теперь же США намерены расширить полномочия этого совета и предоставить ему право контролировать разработки арктических нефтяных и газовых месторождений, а также, что особенно интригует, управление сугубо российским (!) Северным морским путем. Который по несчастливому для США стечению обстоятельств весь находится в территориальных водах России, — и это кое-кому особенно обидно в условиях, когда практикой доказана его пригодность к транзиту больших объемов самых различных грузов. Монопольное право России на транзит в собственных водах, по мнению Клинтон, — не вполне правильное явление. Что, впрочем, может считаться данью своеобразной традиции государственных секретарей США: коллега Клинтон Олбрайт в свое время не скрывала глубокого огорчения тем обстоятельством, что природные ресурсы России принадлежат ей самой, а не находятся под контролем мирового сообщества.

Мотивация Клинтон понятна: Северный морской путь протяженностью 13 тыс. км позволяет выйти из Атлантического в Тихий океан и, как говорилось, кратчайшим маршрутом связывает север Европы и Азию. Морской путь Роттердам — Токио через традиционный Суэц оказывается длиннее на 14 тыс. км. Справедливости ради следует отметить, что аналогичные претензии в «чрезмерном обладании» высказываются и в адрес Канады. Маршрут через крайний север Канады между арктическими островами, соединяющий Атлантический и Тихий океаны, по мнению правительства Канады, является национальной монополией, так как проходит через внутренние воды страны. США и Франция, напротив, утверждают, что данный морской путь должен иметь статус международного пролива. Как сказал посол Франции по международному сотрудничеству в Арктике и Антарктике Мишель Рокар, «хотя нам следует уважать суверенные права Канады в северном регионе, эта страна, возможно, не в состоянии обеспечить достаточное финансирование инфраструктур, необходимых для развития арктических торговых путей».

Примечательно, что на пресс-конференции в Тромсё, описывая исключительные способности членов Арктического совета, которые «собираются вместе, чтобы решать проблемы Арктики», госсекретарь Клинтон вообще ни разу не упомянула Россию, и тем более ее очевидные интересы. По мнению чиновницы, «центром Арктического совета» являются Норвегия, США, Исландия и Швеция, а также на повестке дня «возможность для других стран, очень далеких от Арктики, больше узнать об Арктике. Эти страны должны быть интегрированы в рамках, которые мы создаем, и устанавливая некоторые стандарты, хотим, чтобы им следовали все».

Фактически чисто природоохранную организацию предлагают преобразовать в некий наднациональный административный орган, наделенный полномочиями распределения арктических ресурсов. Причем вряд ли следует уточнять, в чью конкретно пользу. Ответ на этот вопрос легко можно найти в приведенном Клинтон перечне «центральных арктических государств». Вообще, изучая список участников и наблюдателей, нетрудно заметить, что подавляющее большинство государств в этом списке являются в той или иной степени союзниками либо прямыми сателлитами США, а Россия в лучшем случае будет пользоваться поддержкой Китая, что делает итоги любого голосования в рамках реформированного Арктического совета вполне предсказуемыми. А чуть ли не единственный потенциальный союзник в Арктическом совете, Китай, не отличается бескорыстием.

Не менее интересно, за счет чьих прав, территориальных вод и интересов госпожа Клинтон планирует предоставить «очень далеким от Арктики странам» возможность «больше узнать об Арктике»? Вряд ли за счет самих США и сателлитов, поскольку даже исконно русский Северный морской путь предполагают в будущем передать под управление совета, а Россию уже на стадии предварительного планирования выводят по умолчанию «за скобки».

Слетаются мухи на варенье

Спустя месяц после завершения содержащего столь интересные декларации турне Клинтон верховный представитель по внешней политике ЕС Кэтрин Эштон выразила мнение Евросоюза. 3 июля были обнародованы «ориентиры более активного внедрения Евросоюза в дела арктического региона». Представленная Еврокомиссией программа действий, согласно ее тексту, должна «показать миру решимость выполнять обязательства Евросоюза в отношении арктического региона. Развитие ситуации в Арктике делает еще более неотложной задачу борьбы с климатическими изменениями на мировом уровне, раскрывая ее возрастающее для Европейского союза стратегическое, экономическое и природоохранное значение».

Обтекаемая, построенная по всем канонам дипломатии фраза не содержит лишь одного — объяснения, кто именно потребовал от ЕС взять на себя обязательства по «раскрытию экономического значения» Арктики для себя же. Предоставленная позже подборка ответов на часто задаваемые вопросы, опубликованная в качестве дополнения к представленной Кэтрин Эштон новой арктической доктрине ЕС, сообщает следующее: «ЕС имеет отношение к Арктике, исходя из исторических, экономических и географических перспектив, а также потому, что является импортером природных ресурсов». О борьбе с климатическими изменениями и экологии говорится все меньше, зато «быстрое отступление льдов и технологический прогресс открывают новые перспективы в регионе, в частности для навигации, горной промышленности, производства энергии и рыболовства», — говорится в новой европейской стратегии.

Уже два крупных мировых игрока сделали практически синхронные заявления, позволяющие сделать вывод о том, что в обозримой перспективе Арктика может стать весьма популярным регионом. Тем более что не намерен оставаться в стороне и Китай. Примерно за неделю до проведения пресс-конференции ЕС китайские СМИ, в частности China Daily, начали публиковать посвященные Арктике аналитические обзоры. Их авторы были предупредительны и деликатно уверяли, что Китай превыше всего ценит суверенные права своих уважаемых европейских и прочих партнеров в Приполярье, но призывает достойных коллег разделять ресурсы локального значения — к которым у Поднебесной нет никаких претензий, — и глобального, имеющего отношение ко всем государствам на Земле. Особенно к тем, у кого есть мощная экономика и кровная заинтересованность в ресурсах. Также Китай заявил о своей готовности принять участие в обсуждении арктической повестки дня, а премьер КНР Вэнь Цзябао посетил Исландию, где подписал соглашение о совместном исследовании Арктики.

Para bellum

В соответствии с другой известной максимой война есть продолжение политики иными средствами. Перспективы, которые были озвучены во время прошлогодней поездки Хиллари Клинтон в Норвегию, нуждаются в реальных средствах для своего воплощения и поддержания. Потому за превращением Арктики из региона экологии в регион экономики и политики закономерно следует его милитаризация.

В прошлом году по Севморпути проходили не только танкеры-газовозы. Например, состоялись первые в российской истории военные учения в столь северных широтах. 28 сентября 2012 года в Североморск вернулся тяжелый атомный ракетный крейсер «Петр Великий», который за две недели дальнего похода прошел 4 тыс. морских миль по Белому, Карскому морям и морю Лаптевых. Экипаж выполнил ракетные и артиллерийские стрельбы, провел учения по обнаружению подводных лодок условного противника, отработал практику спасательных операций в условиях Северного Ледовитого океана. Всего в командно-штабных учениях было задействовано свыше 7 тыс. человек личного состава, более 20 надводных кораблей и подводных лодок, среди которых большие противолодочные корабли «Вице-адмирал Кулаков», «Адмирал Чабаненко», большой десантный корабль «Александр Отраковский», более 30 летательных аппаратов и свыше 150 единиц боевой техники.

Сопутствующие и предшествующие события также достаточно емко характеризуют, как это говорится, тренд. Несмотря на то что в 2010 году оборонное ведомство России подчеркивало отсутствие планов по усилению обороны в Арктике, в марте 2011 года было сообщено о решении развернуть на Кольском полуострове Специальную мотострелковую бригаду, а в июле 2011 года озвучены планы создания двух армейских бригад для защиты экономических и других российских интересов в Арктике. При этом структура и возможности арктических бригад должны планироваться с учетом возможностей вооруженных сил Финляндии, Норвегии и Швеции. Само усиление русского Северо-Запада проходит в рамках реализации принятых Советом безопасности России «Основ государственной политики РФ в Арктике на период до 2020 года и дальнейшую перспективу».

3 июля 2012 года командующий авиационным объединением Западного военного округа Игорь Макушев сообщил, что авиация округа «уже этим летом» начнет эксплуатировать ряд аэродромов в Арктике, «на Новой Земле, в Нарьян-Маре, на Крайнем Севере», вплоть до Земли Франца-Иосифа. Речь идет об аэродромах, которые активно использовались в советское время, однако потом были заброшены. МЧС России в этом и следующем годах планирует построить базы в Мурманске, Дудинке, НарьянМаре, Архангельске и Надыме. Позже их планируют построить в Воркуте и Тикси, а всего таких центров будет десять. На заводе «Авиастар-СП» был продемонстрирован самолет, который, по всей видимости, станет одним из основных пользователей восстановленных и построенных аэродромов. Модернизированный Ил-76 в модификации МД-90А представляет собой совершенно уникальный самолет, одним из главных достоинств которого наряду с кардинальной переработкой бортовой электроники двигателей и авионики называется полная готовность к работе в арктических широтах. В «гражданском» секторе интереса к Арктике также есть подвижки: 29 июня 2012 года генеральный директор «Атомфлота» Вячеслав Рукша сообщил, что в принятом постановлении правительства Российской Федерации №660 детально прописан порядок государственного финансирования строительства стратегического для страны атомного ледокола нового поколения. На строительство головного универсального атомного ледокола мощностью 60 мегаватт выделяется 37 млрд рублей, финансирование открылось в 2012 году и будет осуществляться в течение шести лет вплоть до ввода ледокола в эксплуатацию, запланированного на 2017 год. Причины спешки названы открыто: «...иначе в ближайшие годы Россия может лишиться весомого конкурентного преимущества в освоении морских арктических широт, каким не располагает ни одна страна в мире. Принятое постановление позволяет не допустить такого негативного развития событий».

Оближневосточивание Арктики

Причина чуть ли не первой со времен Великой Отечественной такой активности военноморских сил в указанном регионе достаточно проста: наши партнеры по Арктическому совету начали подготовку к возможному обоснованию территориальных — а стало быть, шельфовых, с запасами ресурсов, претензий, и их нужно догонять.

Директива Вашингтона по национальной безопасности №66 говорит следующее: «У Соединенных Штатов Америки имеются широкие и фундаментальные интересы национальной безопасности в арктическом регионе, и они готовы отстаивать эти интересы как самостоятельно, так и во взаимодействии с другими государствами. Среди этих интересов есть такие вопросы, как противоракетная оборона и дальнее обнаружение; развертывание морских и авиационных систем в интересах стратегических морских перевозок; стратегическое сдерживание; морское присутствие; морские операции по обеспечению безопасности; обеспечение свободы судоходства и полетов авиации». Отдельно стоит обратить внимание на тезис о противоракетной обороне — неужели противостоящая, по легенде, Ирану и Северной Корее американская ПРО будет находиться в Арктике? И кого США планируют «стратегически сдерживать»?

«Взаимодействие с другими государствами» в Арктике имеет свои особенности — Швеция и Финляндия в НАТО не входят, поэтому переговоры о совместном военном планировании проходят в формате «НАТО + Швеция и Финляндия». Ведется работа и в альтернативных направлениях. В частности, предлагается создать сотрудничающий с НАТО военный подблок северных держав, задачей которого, по словам экс-посла США в Норвегии, будет «присматривать за полярными медведями и русскими». Работа ведется серьезная: Торвальд Столтенберг, экс-министр обороны и иностранных дел Норвегии, даже предложил сформировать совместную комиссию по расследованию военных преступлений. Что, надо полагать, видится ему актуальным для Арктики будущего делом.

Весьма важным представляется то, что специальным статусом постоянных членов, имеющих право принимать решения вместе с правительствами стран — участниц Арктического совета, обладают шесть организаций коренных народов Арктики. В связи с принципами, озвученными на совместной пресс-конференции государственным секретарем Клинтон и министром иностранных дел Норвегии Йонасом Сторе, существенное значение приобретает поддерживаемая правительством Норвегии программа по «пробуждению национальных чувств» у народов Русского Севера. Таких как «поморы», до недавнего времени изобретавших себе язык, публиковавших при финансовой поддержке норвежских НПО собственные словари, сказки и культурологические открытия, сообщавшие о кардинальных различиях «поморов» и русских.

Потепление в Арктике дало начало интенсификации экономических, политических и военных процессов. Северный морской путь вполне может стать транспортным маршрутом, меняющим баланс в мировой перевозке углеводородов, а месторождения северного шельфа смогут обеспечить их производство. Военное присутствие с целью контроля и защиты всего перечисленного уже разворачивается. До сих пор главным сосредоточием экономических, политических и военных интересов был Ближний Восток, но есть объективные причины полагать, что эта парадигма, остававшаяся неизменной несколько десятилетий, в обозримой перспективе сменится другой.