Все нынешние киргизско-российские соглашения соответствуют стратегическому курсу России на евразийскую интеграцию. Это не могло вызвать в стране исключительно положительные эмоции.

Результатом переговоров лидеров двух стран стал целый ряд договоренностей (известно о шести подписанных соглашениях), которые в случае реализации могут довольно серьезно изменить ситуацию не только в самой Киргизии, но и повлиять на геополитическую расстановку сил во всем Среднеазиатском регионе.

Несомненно, наиболее важны соглашения в сфере гидроэнергетики и российского военного присутствия в Киргизии. Предполагается, что через 4–7 лет российская «Интер РАО ЕЭС» построит и совместно с киргизской стороной начнет эксплуатировать Камбаратинскую ГЭС-1 (мощность 1900 МВт), а «РусГидро» — Верхне-Нарынский каскад ГЭС, состоящий из Акбулунской и трех Нарынских гидроэлектростанций (совокупная мощность — 191 МВт). Доля активов двух стран будет разделена пополам.

В принципе эти гидроэнергетические объекты могли быть построены значительно раньше, еще в период правления Курманбека Бакиева, однако из-за неуемной жадности и недальновидности правящей «семьи» стратегически важные для самой Киргизии проекты так и остались на бумаге. Судя по всему, нынешнее киргизское руководство осознает, что только партнерство с Россией может решить значительную часть экономических и политических проблем республики. Не останется внакладе и Россия. Через реализацию крупных гидроэнергетических проектов в Киргизии она получит в перспективе не только экономические дивиденды, но и один из «водных ключей» от региона, находящихся именно в Киргизии. Ведь, как известно, вода в Центральной Азии имеет особое значение.

Говоря об оборонной составляющей визита российского президента, необходимо подчеркнуть, что в соответствии с подписанным соглашением о статусе и условиях пребывания объединенной российской базы в Киргизии, которое вступит в действие в 2017 году, наше военное присутствие в республике сохранится как минимум до 2032 года. Причем речь идет о целом комплексе российских объектов. На сегодняшний день в республике имеются: торпедно-испытательный полигон на Иссык-Куле, узел связи Военно-морского флота, сейсмологическая станция в Майлуу-Суу и функционирующая под эгидой ОДКБ база ВВС России в Канте, на вооружении которой находятся истребители Су-27, штурмовики Су-25 и самолеты военно-транспортной авиации.

Сохранение на долгосрочной основе российского военного присутствия в республике, несомненно, обеспечивает безопасность как самой Киргизии, так и России на юго-восточном направлении в целом, защищая ее национальные интересы на дальних подступах.

Для Центральной Азии весьма актуальны разнообразные угрозы со стороны Афганистана вплоть до возможности проникновения экстремистских группировок или просто крупных банд, связанных с наркобизнесом. А ведь есть еще и факторы внутрирегиональной и республиканской нестабильности, часть которых нейтрализуется присутствием российских воинских подразделений в Киргизии.

Несколько особняком стоит российско-киргизское соглашение о списании государственного долга Киргизии. Долг 2005 года в размере 189 млн долларов будет списан, как только вступит в силу новое соглашение. С задолженностью 2009 года ситуация несколько сложнее — 300 млн долларов будут списаны в течение десяти лет, начиная с 2016 года.

Несомненно, постепенное списание долга является определенной страховкой для российских проектов в Киргизии, поскольку опыт договоренностей с руководством республики во времена Бакиева оставил у российской стороны, мягко говоря, неприятный осадок.

В целом все нынешние киргизско-российские соглашения соответствуют стратегическому курсу России на евразийскую интеграцию. Главное теперь — детальная «техническая» проработка как экономических, так и военно-политических договоренностей. В этом смысле визит Путина в Киргизию — не итог, а лишь начало серьезной работы.

Наивно было бы ожидать, что сближение России и Киргизии вызовет в республике и в регионе исключительно положительные эмоции. И реакция сил, противодействующих такому сближению, не заставила себя ждать. Внутри страны оживились проамериканские СМИ и НПО, начавшие с националистических позиций активно критиковать курс на сближение с Россией. Такие силы проявили себя и в киргизском парламенте. Так, комитет по обороне и безопасности Жогорку Кенеша во главе с бывшим пограничником Талантом Мамытовым не поддержал ратификацию соглашения с Россией о производственной и научно-технической кооперации оборонных предприятий, хотя это соглашение в большей степени нужно самим киргизским производителям, в частности, многострадальному предприятию «Дастан», производящему торпеды. Подал свой голос и отставной военачальник Исмаил Исаков, известный своим бескомпромиссным отстаиванием национальных интересов США.

Не остались в стороне и радикальные оппозиционеры, которые чрезвычайно ревниво отнеслись к явным успехам правительства в сфере внешней политики. 3 октября в Бишкеке состоялся митинг, организованный лидером парламентской партии «Ата Журт» Камчыбеком Ташиевым и депутатом С. Жапаровым. Помимо декларируемых целей (национализация совместного золотодобывающего предприятия «Кумтор»), оппозиционеры, скорее всего, хотели сбить рейтинг нынешнего руководства республики, продемонстрировав, в том числе и Москве, непрочность нынешнего киргизского руководства.

Кульминацией митинга стала попытка демонстрантов во главе с депутатом Ташиевым взять штурмом Дом правительства. После того как протестанты перелезли через ограду, они были задержаны силами безопасности, а сам Ташиев получил травму, как сказано в протоколе, «третьей верхней части бедра» и разорвал брюки. Теперь радикальным парламентариям придется как минимум несколько месяцев провести за решеткой.

Несомненно, что на судьбу киргизско-российских проектов, особенно в сфере гидроэнергетики, будет влиять Ташкент. В соседнем Узбекистане традиционно не желают строительства крупных ГЭС в Киргизии и Таджикистане. Однако, судя по заявлениям российского руководства в Бишкеке, с узбекской стороной постараются найти компромисс. В интересах Москвы сотрудничать не с одной или двумя, но со всеми без исключения странами Средней Азии. Без этого полноценное возвращение в регион просто невозможно.

Дмитрий Александров -- заведующий сектором Центральной Азии Центра исследования проблем стран ближнего зарубежья РИСИ