Жюри возглавит живой бог лихорадки в кадре Вонг Кар-Вай. Вопреки всем традициям, богу из Гонконга вместо хорошеньких актрис в помощь посланы завзятые умники, большей частью валькирии.

Судить берлинский конкурс приглашены заклятая подруга Ларса фон Триера и обладательница «Оскара» режиссер Сюзанна Биер, звезда греческой новой режиссуры и продюсер Афина Рахель Цангари, художникпостановщик Эллен Кёрас, за которой числится «Вечное сияние чистого разума», актуальный художник и с недавних пор кинорежиссер Ширин Нешат, а также один из лучших немецких режиссеров Андреас Дрезен и артист Тим Роббинс. Эти замечательные люди решат, кому достанутся фестивальные награды: Золотой и Серебряный медведи, а также призы жюри.

В конкурс вошли 19 картин. Еще пять фильмов официальной программы за награды бороться не будут, а просто скрасят рабочие будни самого социально озабоченного фестиваля.

Первая из пяти откроет фестиваль. Это «Великие мастера» председателя Кар-Вая, дань памяти учителю боевых искусств и наставнику Брюса Ли с гипнотически густым воздухом и умело остановленным временем.

«Перед полночью» (Before Midnight) Ричарда Линклейтера

завершает затянувшуюся трилогию с участием Итана Хоука и Жюли Дельпи, куда вошли «Перед рассветом» 1995 года и «Перед закатом» 2005-го.

В утренней части герои в одну ночь влюблялись, расставались и встречались уже в вечерней, спустя девять лет, чтобы разыграть дружелюбный интерес. Еще девять незаметных — и вот они в Греции как ни в чем не бывало. Куда делись почти двадцать лет — туда же, куда обрывки разговоров, утренние эрекции, гражданские позиции с марьяжным прицелом.

Голландская «Темная кровь» (Dark Blood) Георга Слуйзера примечательна тем, что съемки фильма были прерваны смертью главного актера Ривера Феникса в 1993 году. Фениксу сейчас было бы 43, но для «Темной крови» время остановилось.

Не меньше чем путешествием во времени чреват «Ночной поезд в Лиссабон» (Night Train to Lisbon) Билле Аугуста, знаменитого автора «Пеле завоевателя», застрявшего среди желтых трамваев-катафалков в городе на грани вымысла. В этот призрачный ветхий мир к несгибаемым артистам высокой пробы Джереми Айронсу и Шарлотте Рэмплинг затесалась новехонькая и блестящая Мелани Лоран с путевкой в жизнь от Тарантино и «Бесславных ублюдков».

Ну и ясно, что главное украшение всякого интеллектуального сборища — это большеротая 3D-анимация про первобытные времена. На этот раз «Семейка Крудс» Кирка де Микко и Криса Сандерса.

От России в конкурсе участвует фильм Бориса Хлебникова с протяжным названием «Долгая счастливая жизнь». Он не связан с альбомом Егора Летова и с фильмом Геннадия Шпаликова 1966 года. Снимали картину на Русском Севере у Белого моря, воображая быт и нравы местных фермеров, которых представляет постоянный актерский ансамбль: Александр Яценко, Евгений Сытый, Сергей Наседкин. Фильм посвящается вестерну «Ровно в полдень», а также земле, за которую на диких задворках между небом и морем — война. И не только потому, что война киногеничнее и интереснее черной пахоты, а потому что воздух ею пахнет.

Другую целину — гражданского самосознания — самыми радикальными методами возделывают Светлана Баскова в фильме «За Маркса…», он участвует в программе «Форум» и будет показан в один из первых дней фестиваля.

Фильмы в конкурс отобраны из Австрии, Бельгии, Боснии и Герцеговины, Канады, Чили, Франции, Греции, Ирана, Казахстана — дебют Эмира Байгазина «Уроки гармонии», Южной Кореи, Польши, Румынии, Голландии, Португалии, США, Южной Африки, но все равно едва ли не четверть из них является немецкой копродукцией. Немецкий фильм «Золото» Томаса Арслана с Ниной Хосс забирается в Канаду, где в конце XIX века горстка немецких переселенцев включилась в золотую лихорадку.

Вообще здорово заметно, что это Берлин, немецкое кино повсюду — в конкурсе, в обзорных программах «Форум» и «Панорама». В специальную программу «Перспективы немецкого кино» вошли 11 игровых и документальных фильмов, включая короткий метр. Даже нынешняя ретроспектива посвящена распространению немецкой киношколы в послевоенном мире и влиянию кинематографа Веймарской республики на мировое кино. Можно только радоваться тому, как Берлинале использует свой статус, свой авторитет и свои возможности, связанные с работой во время кинофестиваля крупнейшего кинорынка, для поддержки местной кинопродукции. При этом под кинопродукцией понимаются не потенциальные блокбастеры с миллиардными вложениями, как у нас, а не менее десяти различных направлений, по преимуществу просветительских и в помощь дебютантам. В том числе — документальное кино про зараженные радиацией области южно-уральских гор, до обитателей которых нет дела родине, зато немецкие власти дают деньги на то, чтобы о них узнали во всем мире. Мы это кино обязательно посмотрим и расскажем, как нас любят, не жалея немецких средств.

Среди тех, кто делает новости и лицо фестиваля, — Джафар Панахи, иранский режиссер, которому государство впаяло запрет на профессию и домашний арест. Но Панахи времени не теряет, и его новый фильм «Закрытый занавес» (Parde) снят буквально другим человеком. Его зовут Камбозия Партови. Эта картина о людях в бегах: мужчина с собакой, поскольку ислам признает собак нечистыми тварями, и дама, у которой неприятности с полицией. Они сидят за шторами и слушают мир снаружи, почти как сам Панахи, придумавший новое направление — дистанционное кино.

От Америки в конкурсе «Повелитель лавин» (Prince Avalanche) Дэвида Гордона Грина, «Неизбежная смерть Чарли Кантримена» (The Necessary Death of Charlie Countryman) Фредерика Бонда, «Побочные эффекты» (Side Effects) Стивена Содерберга и «Земля обетованная» (Promised Land) Гаса Ван Сента с Мэттом Деймоном и Фрэнсис МакДорманд. Гас Ван Сент взялся за ту же тему, что и Борис Хлебников, но с другой стороны. Его герои должны убедить местных фермеров продать им земли под добычу сланцевого газа. Метод добычи называется емко: fracking и ничего хорошего местным не сулит. Войной у Содерберга не пахнет, но на политический триллер коллизия вполне тянет.

Восточная Европа представлена тремя картинами. ≪Во имя≫ (W imię...) поставлена Малгошкой Шумовской, знаменитой тем, что ее предыдущая картина ≪33 сцены из жизни≫ получила все польские кинопремии и собрала нацию в кинотеатры. Кроме того, ≪Эпизод из жизни Айрона Пикера≫ (Epizoda u životu berača željeza) боснийского эксцентрика Дениса Тановича и румынский фильм ≪Поза ребенка≫ (Poziţia Copilului) Калина Питера Нецера.

Наиболее интересные сюжеты связаны с французскими дамами, одна из которых скульптор, подруга Огюста Родена и душевнобольная Камилла Клодель в фильме Бруно Дюмона ≪Камилла Клодель, 1915≫ (Camille Claudel, 1915) с участием Жюльетт Бинош. Другая — персонаж романа Дени Дидро, французского философа Просвещения и собеседника Екатерины Великой ≪Монахиня≫ (La Religieuse) в постановке Гийома Никлу. Прототипом Сюзанны Симонен у Дидро была Маргарита Деламар, которую спровадила в монастырь алчная мать, не желавшая делить с дочерью наследство покойного мужа. Полин Этьенн играет взбунтовавшуюся и укрощенную монастырскими пытками насельницу Лоншанского монастыря, а в заключение ее мытарств Изабель Юппер предстанет в роли ≪доброго следователя≫, сыграв настоятельницу-благоволительницу.

Обе героини уже побывали на экране. В 1988 году Изабель Аджани сыграла Камиллу в драме Бруно Нюиттена, а Жак Риветт поставил в 1966-м ≪Сюзанну Симонен, монахиню Дидро≫, где главную роль исполнила Анна Карина.

Трудно сказать, кого чаще поминают в берлинском конкурсе и вокруг него, —католических священников или геев обоих полов, но эти истории, несомненно, в центре внимания, хотя в Европе давно никого не интересует, кто с кем спит, а общение с Небом предоставлено личной совести каждого.

Ульрих Зайдль толкует небеса весьма широко. Он завершил райскую трилогию фильмом ≪Рай: Надежда≫ (Paradies: Hoffnung). Ранее в Каннах и в Венеции соответственно были показаны и награждены ≪Рай: Любовь≫ (Paradies: Liebe) и ≪Рай: Вера≫ (Paradies: Glaube). В завершающем фильме показано, как проводила время тринадцатилетняя дочь дамы из первого фильма и племянница дамы из второго. Времени та не теряла. В концентрационном лагере для похудания юная толстушка не столько выполняла свой долг по отношению к телу, сидя на диете и вися мешком на физкультуре, сколько совершенствовала дух. Поэтому у Зайдля ничего от лукавого, и по-видимому, это самый минималистский фильм в его фильмографии.