Грузинские выборы, во вмешательстве в которые Саакашвили ожидаемо обвиняет Россию, не имеют для России никакого практического значения. Дело не в том, что нам все равно. Это не может быть так по факту исторической и геополитической реальности. Дело в том, что «оранжевая модель», тотально реализованная в Грузии, исключает возможность геополитической переориентации страны легальным путем. Не для того, собственно, старались ее модельеры. Плюс к тому «пятидневную войну» — притом что решение России выполнить свои легитимные международно признанные обязательства перед осетинами и абхазами было безальтернативно верным — по своим конкретным геополитическим результатам можно считать безусловным нашим провалом. Поскольку в итоге Запад признал Южную Осетию и Абхазию де-факто российским протекторатом, а Россия де-факто признала американским протекторатом Грузию. То есть стационировало оранжевый режим в Грузии — с Саакашвили или без Саакашвили — так, как ему и не снилось.

В этом контексте не имеет существенного значения ни реальный расклад сил на выборах, ни официальный результат подсчета голосов, также вполне ожидаемый, учитывая запредельные возможности режима Саакашвили манипулировать избирательными «мертвыми душами». Также не имеет существенного значения оценка качества и эффективности пресловутых грузинских либеральных реформ, даже с учетом той мазохистской мифологии, которую творят из них наши либеральные поклонники «саакашизма». Надо признать, что за счет мощной спонсорской и методологической поддержки извне Саакашвили удалось создать довольно эффективный, грамотно и без чрезмерных ненужных эксцессов работающий полицейский режим, обеспечивающий общее запугивание, локализацию и абсорбирование оппозиции на разных уровнях. С этой точки зрения мысль американских аналитиков Stratfor о том, что в современной Грузии «не выживет ни один лидер, открыто выступающий с пророссийских позиций», реализуется буквально. Таковые просто мрут как мухи при самых странных и неожиданных обстоятельствах. Потому восторги наших либералов по поводу успеха грузинской полицейской реформы вызывают некоторое подозрение. Надо хотя бы предупреждать, что вы именно это имели в виду.

Процветающая грузинская экономика на самом деле процветает довольно декоративно. Саакашвили достроил тип экономики, основанной на внешнем спонсорстве и перераспределении спонсорских трансфертов. Это колониально-паразитическая модель, имеющая перспективы только в расчете на неизменное желание и возможности спонсора ее содержать. В той же Прибалтике эта модель, например, публично дала дуба. Кстати, зачинщиком этой модели был не Саакашвили, а свергнутый им Эдуард Шеварднадзе. На вопрос Игоря Гиоргадзе, одного из авторов нашего номера (бывшего тогда министром госбезопасности Грузии), почему бы Грузии не стать кавказской Швейцарией для себя и своих соседей, он ответил: «Ты не понимаешь, мы должны стать для Америки кавказским Израилем». Что, собственно, и произошло с поправкой на скромные для Грузии военно-политические результаты. Тем не менее реинтеграция Грузии с Россией в единое экономическое, культурное и военно-политическое пространство в долгосрочном плане не имеет альтернатив. Кроме разве что исчезновения Грузии и России как таковых. Кстати, доказательством того, что отношения между нашими народами, несмотря ни на что, остаются, мягко говоря, нетривиальными, служат обстоятельства этой самой «августовской войны». На самом деле грузинская армия не была разгромлена физически превосходящими русскими силами. Она просто в массе своей рассосалась. Поскольку, что бы кто там ни говорил и ни думал, воевать с русскими грузины не нанимались. Нашли дураков?!

Что касается любви и взаимности: Игорь Гиоргадзе, генерал госбезопасности, и Андрей Битов... люди, мягко говоря, совсем разные. Ткань нашей с грузинами любви — она сложносотканная, и потому порвать ее не удается. Никак.

Главная тема: ГРУЗИНСКИЙ ВЫБОР