Прошел уже год с тех пор, как в свет вышла программная статья Владимира Путина «Россия в меняющемся мире», в которой автор признал, что «на информационном поле Россию часто переигрывают». О том, почему это происходит, Алексей Панкин беседовал с американским медиааналитиком Уильямом ДАНКЕРЛИ.

Что вы думаете об образе России на Западе? Как формируется имидж страны, ее руководства?

— В целом американцы вашей страной интересуются мало. В новостях российских телеканалов гораздо больше информации об Америке, чем соответственно у нас о России. И средний американец, скорее всего, не будет искать ни подтверждений, ни опровержений этой информации, а примет ее как данность.

На американских каналах начинают мелькать новости из России, когда их продвигают частные лица, враждебно настроенные к руководству вашей страны. Как правило, это неприятная информация, из которой следует, что в стране творится нечто ужасное. А позитив заключается в том, что по всей России ширится борьба с «кровавым режимом».

Если говорить о Путине, то формирование основных составляющих его нынешнего имиджа (коварный экс-агент КГБ, авторитарный правитель и враг демократии, человек, которому нельзя доверять) началось, как только он стал премьер-министром при Ельцине, и продолжилось в первые же месяцы после избрания его президентом. Главными творцами этого образа были медиа, контролируемые Владимиром Гусинским. А после того как Путин порвал с Березовским, процесс лепки его негативного имиджа активизировался и ускорился. Уточню, что я не вхожу ни в какие политические обстоятельства, а говорю лишь о той картине, которую представляли нам СМИ.

Вообще, Эдуард Лозанский как-то остроумно заметил, что генерированием образа Путина в мире занимается КГБ: Ходорковский* — Гусинский — Березовский, триумвират опальных олигархов, которые, сохранив немалые ресурсы, по той или иной причине переместили свои усилия за границу. В последнее время по иронии судьбы к ним в США присоединился еще один иностранец — британский подданный Уильям Браудер, который подозревается в серьезных финансовых махинациях в России. Именно он пролоббировал в конгрессе США «закон Магнитского».

Иначе говоря, Путин нажил себе врагов, которые очень искусно ведут против него войну с использованием медийных средств.

Проблема в том, что ваш президент систематически уклонялся от боя на этом поле. Он позволил врагам формировать и контролировать его образ. Год за годом мы слышим, что он взрывает жилые дома в России, использует нефть и газ как инструмент давления на другие страны, что он убийца журналистов, отравитель, душитель Грузии и т.д. и т.п. Я специально привожу здесь набор недоказуемых утверждений, которые легко опровергнуть. Но ваши власти не протестовали, они не делали ровным счетом ничего — ни систематически, ни спорадически. А то, что остается без опровержения, оседает в голове общественности как установленный факт.

Недавно почти одновременно и премьер-министр Дмитрий Медведев, и пресс-секретарь президента Дмитрий Песков сказали, что дело Магнитского было политизировано людьми, преследующими личные цели. То есть, по существу, согласились с вами. Заметили ли вы какие-то изменения в практике контрпропаганды?

— На мой взгляд, стало только хуже. Например, была упущена возможность закрыть дело Литвиненко во время сентябрьского предварительного коронерского исследования. Как специалист я утверждаю, что это очень странное дело. Близкие к Березовскому источники информации, которые, собственно, и снабдили СМИ антипутинской версией, время от времени отказываются от своих утверждений. В этом деле есть и смехотворные свидетельские показания, подобные тем, которые позволили судье Высокого суда в процессе «Березовский против Абрамовича» назвать Березовского «ненадежным свидетелем», и весьма странная смена коронера по ходу расследования, и отказ нового коронера от обещаний своего предшественника подробно изучить роль британских спецслужб… Есть признаки конфликта интересов, явные профессиональные огрехи в работе следствия и т.д. Иначе говоря, есть все основания считать, что само расследование не будет ни полным, ни достоверным, ни всеобъемлющим. И на этих основаниях его можно было бы закрыть. Зачем тратить силы и бюджетные деньги, если истину все равно установить невозможно?

Но ваши чиновники не заметили протянутой руки, и теперь Россию ждет официальное расследование в мае этого года, а значит, и гарантированный всплеск антироссийской риторики. И что бы ни решил коронер, при всем уважении к нему, до международной аудитории в основном будет доходить информация в аранжировке врагов президента. Если, конечно, срочно не принять меры противодействия.

В деле о «законе Магнитского» ваши власти вроде бы прислушались к умным советам и наняли серьезного лоббиста. Но они неверно оценили характер угрозы — дело в том, что данная конкретная кампания развивалась преимущественно в медийном поле, и противостоять ей нужно было там же, а не в коридорах и кабинетах на Капитолийском холме. Ясно, что из этого ничего хорошего не вышло. Ну а ответная мера в виде «закона Димы Яковлева» — извините, просто подарок тем, кто все это затеял и кто преследует единственную цель — отомстить Путину.

Точно так же и с делом Pussy Riot. Я оставляю в стороне вопрос о том, соразмерно ли наказание проступку. Это дело суда. Но как можно было при первых же признаках разворачивания кампании не донести до сознания каждого по всем возможным каналам, что девушки эти — серийные эксгибиционистки самого дурного толка? Не сказать четко и ясно, что нормальная молодая мать воздержится от эскапад, за которые рискует получить семь лет лишения свободы? Вот этого я понять не могу. Одно дело, когда вас обличают за преследование инакомыслящих, совсем другое — когда критикуют за слишком жесткое наказание безобразного поступка. Впрочем, в последнем случае, скорее всего, и до критики бы не дошло.

Так что сейчас образ российского лидера, пожалуй, стал еще более мрачным, чем был несколько лет назад. В дополнение ко всем прочим грехам он теперь еще и гонитель слабых женщин и детей. А для иностранцев даже правда, не вписывающаяся в стереотипы, выглядит ложью.

Олимпиада в Сочи — вот, наверное, идеальная площадка для очередного решительного боя с Путиным. Недавно в Moscow Times была опубликована статья, в которой приводится внушительный список потенциальных угроз его репутации: беспрецедентная дороговизна строительства, подозрения в массовой коррупции, участие мафиозных кланов, разрушение экологии, принудительное расселение местных жителей, эксплуатация рабочих-мигрантов. И разумеется, самые озабоченные — Борис Немцов и Human Rights Watch, активные участники многих предыдущих кампаний. Не сомневаюсь, что для подобных подозрений есть определенные основания, но мы-то знаем, что в информационной войне значение имеют не факты, а контроль над их интерпретацией. Возможна ли, на ваш взгляд, информационная атака на Олимпиаду?

— Более того, это то, чем бы я занялся, будь я врагом Путина. А к списку угроз добавил бы еще и «дело Литвиненко». Представьте себе, что коронер вынесет вердикт о причастности российских властей к смерти Литвиненко. Тут возможно все: и демонстрации в Москве, и перенос их в Сочи на время Игр, и колоритное освещение противостояния манифестантов с полицией наряду с трансляцией спортивных соревнований.

Как застраховаться от этой потенциальной напасти?

— У большинства антироссийских пропагандистских кампаний есть одно уязвимое место: они либо не подкреплены фактами, либо реальная ситуация искажена до неузнаваемости. Западная публика самостоятельно не станет разбираться, где правда, где ложь. Но люди ужасно не любят, когда им морочат голову. То есть если показать аудитории на каком-то примере, что ее дурят, люди начнут подвергать сомнению и другую негативную информацию.

И я бы предложил начать именно с «дела Литвиненко». Во-первых, эта антироссийская кампания уже практически ведется, в то время как все остальные пока лишь потенциальные риски. Во-вторых, это очень громкое и долгоиграющее дело, нанесшее колоссальный ущерб репутации России и ее лидера. В-третьих, крайне высокие шансы на успех. А громкий успех даст возможность двигаться дальше в преодолении антироссийских стереотипов и реагировании на вновь возникающие угрозы.

Однако не стоит уповать на то, что правда сама найдет путь на экраны телевизоров, газетные полосы, в социальные сети и дальше — к сердцам и умам людей. Современные связи с общественностью (хотите, называйте их цивилизованным пиаром, а хотите — информационными войнами) — сложная наука. Существуют компании, которые манипулируют потоками информации в социальных сетях. Специалисты по оптимизации борются за верхние строчки в поисковиках. Фирмы, нанятые русофобами, рекламируют, в частности, и такую услугу, как нейтрализация влияния информации, распространяемой конкурентами. И весь этот арсенал необходимо задействовать при разворачивании кампании противодействия.

Досье

Уильям Данкерли. Консультант в области медиабизнеса. Много лет работал в России, объездил 17 регионов страны. В 2006 году на Всемирном газетном конгрессе в Москве был основным докладчиком на специальном «круглом столе», посвященном свободе прессы в России. Удивил собравшихся, показав с цифрами и фактами в руках, что при Путине законодательный и экономический климат для развития независимых медиа значительно улучшился по сравнению с периодом правления его предшественника. Кроме того, проявил глубокое знание коррупционных практик российских журналистов и менеджеров, в результате чего намечавшаяся тема «откат от демократии и наступление на свободные и независимые СМИ в путинской России» иссякла и утратила смысл. В 2007 году на Всемирном конгрессе Международной федерации журналистов в Москве продемонстрировал стереотипы освещения в британских и американских СМИ «дела Александра Литвиненко». Данкерли показал, что в основе версии, согласно которой Литвиненко был отравлен радиоактивным полонием по приказу российских властей, нет ни одного доказанного факта. Он единственный, кому пришло в голову задать прямой вопрос британскому коронеру: есть ли официальное заключение о том, что смерть Литвиненко была насильственной? Оказалось, такого заключения нет. В 2011 году Данкерли написал книгу с говорящим названием «Вымышленное убийство Литвиненко». Аналитик продолжает следить за всеми деталями этого нашумевшего процесса и его подачей в англо-американских СМИ.

 * По-английски эта фамилия пишется Khodorkovsky.

Другие материалы главной темы