12 ноября министр промышленности и коммерции Исламской Республики Иран Мухаммад Ризо Нематзаде в ходе выступления на международной конференции Исламской корпорации по страхованию инвестиций и экспортных кредитов выступил с интересной инициативой. Речь идёт о предложении Ирана по созданию единого рынка мусульманских стран.

Что скрывается за данным намерением, какие цели преследует Иран, а главное, чем это грозит России и её среднеазиатским союзникам? Самое время дать ответы на данные вопросы.

35 лет под санкциями

Тегеран научился жить и развиваться под санкциями: Иран занимает третью строчку в мировом рейтинге производителей цемента, четвёртую по нефтедобыче и седьмую по производству битума. Потому мотивы Ирана по созданию ЗСТ с исламским миром понятны: республика уже 35 лет находится под санкционным прессом Запада, и очевидно, что продление санкционного режима  Вашингтоном отнюдь не свидетельствует о намерении США перейти от конфронтации к дружбе с Тегераном.

Кроме того, перспективы успешного завершения переговорного процесса исламской республики и так называемой «шестёрки» по ядерной проблеме Ирана до сих пор не ясны.

Очевидно, что ключевое требование Тегерана – одномоментное снятие всех санкций невозможно не только по процедурным причинам, но и потому, что США санкции снимать не намерены. Также нет гарантий успеха в деле восстановления  торговых отношений.

Не в интересах США мириться с Ираном, который является мостом, связующим уже бурлящий Ближний Восток с закипающей Средней Азией. Цель США — затянуть время для переговоров, уничтожить ближайшего союзника России и Ирана — Сирию, — а заодно и избавиться от Тегерана, всячески препятствующего разрастанию подконтрольных боевикам ИГ территорий.

Стало быть, мира между Вашингтоном и Тегераном быть не может: дружба ягнёнка и волка ещё ни к чему хорошему не приводила. Следовательно, у аятолл, осознающих масштаб стоящих перед ними угроз, нет иного выхода, кроме как воевать, причём не только в гибридных войнах, но и самых что ни есть классических. Пока война идёт на территории Ирака и Сирии, но Тегеран принимает в ней активное участие.

А так как войны являются крайне затратными мероприятиями, а персы и их потомки всегда были весьма амбициозными, то ресурсов для выживания много никогда не бывает.

Прорыв изоляции посредством торговли

Очевидно, что противники Ирана — арабские монархии — выступят противниками инициативы по созданию единого рынка мусульманских стран, а потому глобальная цель с объединением рынков всех мусульманских стран является утопией. Куда реалистичнее рассмотреть данную инициативу как попытку ускорения процесса создания зон свободной торговли Ирана со своими соседями.

Во-первых, из-за санкций пострадала торговля Тегерана и Анкары, которую теперь представители двух стран пытаются не только вернуть до предсанкционного уровня, но и развить.

Во-вторых, предпринимаются попытки по углублению торговых отношений с расколовшимся Ираком. Так, на границе Ирана и Курдистана, ставшего де-факто независимым, в приграничном городе Пенджвине начнёт  функционировать зона свободной торговли. А в конце октября стало известно о намерении Ирана и Ирака подписать комплексное соглашение о торговле, которое позволит увеличить товарооборот с 6 до 30 млрд долл.

Аналогичные процессы идут и на пакистано-иранской границе. 5 апреля представители Тегерана и Исламабада заявили о возможности созданию двух новых зон приграничной торговли, а заодно принялись решать проблему безопасности совместной границы. В апреле парламентом Ирана был ратифицирован договор о сотрудничестве в области безопасности.

Однако наибольшего прогресса Тегеран достигнул в переговорах с Азербайджаном.

Иран рубит коридоры в Европу и Азию

По итогам государственного визита Хасана Роухани в Баку был подписан пакет документов, в частности меморандумы о взаимопонимании в энергетике, экономике, высоких технологиях, а также по упорядочению приграничных рек.

Сам Азербайджан рассматривается Ираном как мост, с помощью которого исламская республика может выйти на рынок Европы.

«Мы можем объединить наши мосты от Оманского залива, Индийского океана до Азии и Европы. Посредством Азербайджана и Кавказа мы можем соединиться с Европой. А Азербайджан посредством Ирана может соединиться с южными коридорами и океанами. Мы должны лучше использовать этот коридор, воспользоваться им, ещё больше расширить его и стремиться к тому, чтобы, помогая друг другу, добиться строительства и соединения железных дорог Газвин-Решт и Решт-Астара. Чтобы посредством этого коридора мы вышли к Чёрному морю, Европе и России, присоединились к их системе железных дорог. Мы должны сотрудничать в этой области», — заявил Хасан Роухани.

Примечательно, что ранее пресса писала   о намерении Ирана заключить договор о свободной торговле с Арменией, однако дальше переговоров дело, по всей видимости, так и не продвинулось, по крайней мере, никаких сведений о серьёзном прогрессе автору найти не удалось. Хотя создание подобной зоны свободной торговли в интересах двух стран: Армения смогла бы компенсировать последствия азербайджано-турецкой блокады, а Иран — нарастить товарооборот.

Однако в действительности прогресс достигнут только в сфере налаживания железнодорожного сообщения между Ереваном и Тегераном. Продолжается подготовка к вводу в эксплуатацию железной дороги Иран-Туркменистан-Казахстан.

Если попытки Тегерана по прорыву экономической и политической изоляции увенчаются успехом, то это даст шанс постепенно стабилизировать как Ближний Восток, так и регион АфПака и Средней Азии. Заодно в перспективе станет возможным связать воедино реализуемый Россией, Китаем и республиками Средней Азии проект нового Шёлкового пути, а также кольцевой железной дороги вокруг Каспия и одноимённой  ЗСТ.

А теперь самое время понять, что с этого России и её союзникам, а также стоит ли опасаться активности Ирана в сфере экономики.

Враг моего врага – мой друг

Во-первых, у Евразии и Ирана общий враг — США и вскормленные ими исламисты, которые стараниями Вашингтона приблизились к 2 млрд долл. годового торгового оборота.

Во-вторых, и Россия, и Иран фактически уже ведут войну с радикальным исламом. Если Москва поддерживает Дамаск и Багдад системами вооружений, то Тегеран уже давно помогает войсками, следовательно, чем больше исламистов будут захоронено в песках Ирака, тем меньше их придёт в Среднюю Азию и Россию.

В-третьих, отношения Москвы и Тегерана, подписавших контракт по строительству в Иране 8 ядерных реакторов, стали более чем стратегическими, а количество точек соприкосновения между странами возросло на порядок.

В-четвёртых, Иран является одной из немногих стран, проводящих в регионе конструктивную политику, а потому усиление союзника никак не противоречит интересам России.

***

Пожалуй, единственная угроза интересам России со стороны Ирана — начало продаж иранского газа в Европу — купируется атомными контрактами и грядущей полной зависимостью Тегерана от поставок ядерного топлива. Впрочем, Хасан Роухани уже заявлял, что Иран не намерен становиться конкурентом России и выходить со своим газом на европейский рынок.